По следам народного подвига

 
 

По следам народного подвига

Это компиляция фотографий, как моих, так и других авторов, за использование которых приношу искренние извинения. В качестве комментария для большинства памятников, приводится книга В.И.Шамко и Е.Н.Шамко; По следам народного подвига ; изд.Таврия 1986г.



СИМФЕРОПОЛЬ - БАХЧИСАРАЙ - СЕВАСТОПОЛЬ

СИМФЕРОПОЛЬ. Итак, путешествие наше по местам Соевой славы партизан и подпольщиков начинается из Симферополя. Поэтому и рассказ наш начнем с событий, происходивших в городе в период Великой Отечественной войны.
21 июня 1941 года... Мирным трудом закончили Симферопольцы этот день. Теплым субботним вечером юноши и девушки, получившие аттестат зрелости, собирались у покидаемых ими школ, шли в городские парки, к берегам Салгира, чтобы встретить там рассвет. А ранним утром 22 июня мирная жизнь неожиданно и трагически прервалась...
Утром симферопольцы узнали о вероломном нападении на нашу страну фашистской Германии. Крым сразу же стал прифронтовой зоной. Советские люди работали с большим патриотическим-подъемом. Их девизом стало: «Все для фронта! Все для победы!» Большинство предприятий переключилось на выпуск продукции, необходимой для армии,— минометов, противотанковых мин, гранат. Рабочие становились на трудовую вахту, выполняя по две-три нормы за смену.
В Симферополе, как и по всей стране, развернулось движение за создание фонда обороны. Трудящиеся отдавали свои сбережения, ценности...
Около тысячи женщин приняли участие в оборудовании госпиталей для раненых бойцов. Патриотки готовили помещения — мыли окна, двери, набивали матрацы, стирали белье, собирали посуду и другие вещи. Уже в первых числах июля в городе было подготовлено 8 госпиталей.
Тысячи симферопольцев шли добровольцами на фронт, туда, где решалась судьба Родины. Военкоматы, горком, райкомы партии и комсомола буквально осаждались коммунистами, комсомольцами и беспартийными патриотами, которые просили отправить их в действующую армию. Многие из них прославили себя воинскими подвигами и были удостоены правительственных наград. В числе особо» отличившихся девять Героев Советского Союза: А. В. Гладков, II. Л. Карлов, М. П. Мальченко, В. С. Новиков, Г. Ф. Покровский,,. С. Д. Пошивальников, А. М. Раснецов, И. Ф. Рыбалко, А. И. Шардаков.
Под непосредственным руководством обкома партии были сформированы | два полка народного ополчения и коммунистический отряд, который вошел в состав ополчения и был его авангардом. Возглавил ополченцев полковник А. В. Мокроусов. Кроме того, для борььы с вражескими десантами было создано три истребительных батальона.
Уясе тогда, в первые дни и месяцы, дело не ограничивалось, оборонной работой. Шла усиленная и каждодневная подготовка к народной борьбе в тылу врага. Из жителей Симферополя и прилегающего сельского района было создано три партизанских отряда.
Их общая численность составляла 582 человека. В отряды вступали партийные и советские работники города, руководители предприятий и организаций, рабочие и служащие. Около 50 коммунистов и комсомольцев остались в городе и составили в дальнейшем ядро большевистского подполья.
2 ноября советские войска оставили Симферополь. Как только враг вступил на крымскую землю, он почувствовал силу народного-сопротивления. 3 ноября 1-й Симферопольский партизанский отряд завязал жестокий бой с врагом в лесах госзаповедника. В течение-одного лишь ноября 1941 года — первого месяца борьбы — партизаны провели 14 боевых операций. Оккупанты потеряли убитыми 160-солдат и офицеров, было подорвано 36 автомашин.
Тогда же, с ноября, начинают действовать первые подпольные группы и организации. Во главе стояли коммунисты Ф. И. Колонков и И. Г. Лексин. Впоследствии, когда эти организации окрепли, в них входило до 100 человек.
Под руководством И. Г. Лексина работала комсомольская группа Игоря Носенко. Из листовки, написанной комсомольцами-подпольщиками, симферопольцы раньше других крымчан узнали о разгроме немецко-фашистских войск под Москвой.
Мало-помалу патриотическое подполье принимает все больший размах. В декабре 1941 года включаются в борьбу еще несколько комсомольско-молодежных групп. Их организовали юные патриоты — вчерашние школьники: Василий Бабий, Николай Долетов, Анатолий Косух ин, Семен Кусакин, Лидия Трофименко, Борис Хохлов. В течение 1942—1943 годов в городе создаются подпольные организации я группы под руководством А. С. Дагджи, Я. П. Ходячего, учителей А. А. Волошиновой, С. В. Урадова, Е. Л. Лазаревой, рабочего хлебозавода П. П. Топалова и других. Подпольщики вели разведывательную и диверсионную работу, распространяли листовки, из которых население города узнавало о событиях на фронтах Великой 'Отечественной войны. Весной 1943 года для укрепления связи с подпольными организациями и оказания им помощи обком партии направил в город своего уполномоченного И. Я. Бабичева.
В мае 1943 года из отдельных подпольных молодежных групп создается Симферопольская подпольная комсомольская организация (сокращенно «СПО»). Секретарем ее был избран Семен Кусакин, а после его гибели — Борис Хохлов. Погиб в фашистском застенке и Б. Хохлов. В октябре 1943 года подпольщиков возглавил Анатолий Косухин.
Организация располагала радиоприемником, типографией. С июля 1943 по апрель 1944 года молодые патриоты выпустили 19 листовок «Вести с Родины», общий тираж которых составил около 10 тысяч экземпляров. В типографии были напечатаны прокламации «К молодежи Крыма», «С Новым годом, товарищи!» и листовка о кровавом терроре оккупантов в селах Крыма. Листовки печатали Анатолий Косухин. Виктор Долетов, Яков Морозов, Элизе Стауэр.
Каждая успешная акция подпольщиков поднимала боевой дух «имферопольцев. В борьбу с фашизмом включались все новые и новые люди. За весь период оккупации в городе действовали 82 патриотические организации и группы.
Подпольщики успевали сделать многое: круг их деятельности был разнообразен и широк. Командованию Красной Армии и партизан они сообщали о движении поездов, расположении и переброске вражеских войск. Они предупреждали партизан о подготовке карательных экспедиций. На протяжении нескольких месяцев (осень 1943-зима 1944 годов) подполыцики совершили 63 нападения на фашистские военные объекты. В результате было взорвано или пущено под откос 11 эшелонов с боеприпасами, горючим, вражескими поисками. Неоднократно горели подожженные патриотами склады с горючим.
Под неусыпным контролем патриотов находились производственные предприятия. А это значило, что постоянно нарушался на них технологический процесс, рабочие уничтожали сырье и готовую продукцию, затягивали ремонтно-восстановительные работы, прежде всего там, где предполагался выпуск военной продукции.
Бяагодаря усилиям подпольщиков многие симферопольцы были спасены от угона в гитлеровскую Германию. Патриоты организовывали побег военнопленных из фашистских концлагерей.
Вот одна из их операций. В январе 1944 года подпольщики узнали, что в фашистском госпитале находятся 8 советских военнопленных. Через Василия Алтухова, служившего по заданию «СПО» в полиции, удалось установить пароль. Ночью члены организации Анатолий Косухин, Василий Бабий, Владимир Енджеяк, Борис Бригов, Владимир Ланский и Василий Алтухов, одетые в немецкую форму, подошли к госпиталю, сняли часовых и освободили военнопленных. Участвовавшая в подготовке операции А. И. Иванова впоследствии рассказывала: «По правде говоря, я почему-то думала, что на такое дело должны быть посланы здоровые, сильные люди, косая сажень в плечах, с кулачищами, как гири... Передо мной же стоял худенький зеленоглазый юноша (речь идет о Косухине.— Ред.). Я сначала перепугалась. Что могут сделать дети? Но вспомнила прочитанный мною перед этим рассказ о героях Краснодона, поговорила с Толей и сразу уверовала в успех». И действительно, операция была проведена блестяще.
Дервкую операцию совершили члены «СПО» на станции Симферополь. Эта акция позволила задержать воинские эшелоны, предназначенные для отправки на фронт. Днем, в обеденный перерыв, подпольщики зашли в машинное отделение водокачки, заложили взрывчатку, подожгли бикфордов шнур и никем не замеченные удалились. Через несколько минут последовал взрыв. Была разбита вся аппаратура, вышел из строя мотор водокачки. Гитлеровцам потребовалось немало времени, чтобы устранить последствия взрыва.
Диверсии на железнодорожной станции следовали одна за другой. Особое мастерство в этом деле и исключительное мужество-проявила группа подрывников под руководством В. К. Ефремова, служившего «русским начальником» станции. Они совершили 22 крупные диверсии. Один из заминированных ими составов с боеприпасами взорвался на станции Кара-Кият (ныне Битумная). Рвавшиеся авиабомбы произвели на станции огромные разрушения. На сутки остановилось движение поездов. На боевом счету группы — множество уничтоженных или поврежденных паровозов и вагонов, взорванных и сожженных грузов противника.
Неверно думать, что все у подпольщиков шло гладко. Были и ошибки, просчеты, срывы. Просачивались в их ряды предатели, фашистские агенты. И тогда гитлеровцы жестоко расправлялись и с самими патриотами, и с членами их семей. Погибли от рук оккупантов Александра Волошинова, Семен Кусакин, Борис Хохлов, Зоя-Рухадзе, Абдулла Дагджи, Виктор Ефремов, Игорь Носенко, Александра Перегонец, Николай Барышев, Степан Урадов и многие другие.
Остались письма героев. Последние... Многие написаны незадолго до казни. Но какая в них вера в победу, сколько беззаветного мужества, стойкости! Герои умирали непобежденными.
Комсомолец Леня Тарабукин в своей последней записке писал: «Мамочка! Не плачь и не горюй. Живи долго, моя любимая. Я честно выполнил свой долг комсомольца перед Родиной, партией, своим-народом. Твой Леня».
Комсомолка Вера Гейко накануне казни передала из фашистского застенка залитую кровью косынку, на которой написала: «Вот и приходит жизнь к концу. Через день-два меня и товарищей по-борьбе расстреляют. Жаль уходить из жизни в 19 лет. Это так; мало на фоне человеческой жизни, но это и много, потому что кое-что сделано... Все равно мы победим!»
Как завещание друзьям, современникам, потомкам звучат слова из дневника Игоря Носенко, расстрелянного фашистами: «Я остаюсь верным и преданным партии, Родине, моему народу. Я горжусь. тем, что я юный ленинец, молодой большевик. Я сознаю, непосредственно ощущаю на себе всю великую мощь и силу марксистско-ленинских идей, подкрепляющих и питающих мою веру в дело пашен победы...» Поражаешься непоколебимой твердости юноши, не дожившего и до двадцати: «...Большевики победят, большевики восторжествуют, ибо они являются носителями будущего. Гитлеризм есть вчерашний день человечества...»
13 апреля 1944 года войска 4-го Украинского фронта, преследуя врага, освободили Симферополь. Большую помощь советским воинам-освободителям оказали партизаны и подпольщики. Утром, незадолго до появления советских войск, на окраины Симферополя вышли партизаны 1-й бригады (командир Ф. И. Федоренко), с южной стороны подошли отряды 4-й бригады (командир X. К. Чусси). В самом городе действовали подпольщики под руководством Анатолия Косухина и Василия Бабия и группа партизан Анатолия Сосунова. Совместно с передовыми частями Красной Армии они заняли железнодорожную станцию и вокзал, телеграф, радиостанцию и другие объекты. Неожиданно атаковав вражеских диверсантов, боевые группы народных мстителей спасли от взрыва и уничтожения ряд промышленных предприятий, мосты, драматический театр, административные и жилые здания.
Два с половиной года боролся с врагом Симферополь. Два с половиной года горела под ногами оккупантов крымския земля. И радость победы с полным на то правом разделили с воинами Красной Армии партизаны и подпольщики.
С тех пор прошло более 40 лет. За эти годы Симферополь неузнаваемо изменился. Раздвинулись его границы, появились новые жилые районы, парки, скверы. Но город помнит своих защитников и освободителей, свято чтит память о них, воинах Красной Армии, партизанах, подпольщиках. Пройдите по городу, и памятники его, мемориальные доски, улицы расскажут о героических событиях военных лет.
Есть в Симферополе улицы Ивана Козлова и Виктора Ефремова, улицы Зои Жильцовой, Зои Рухадзе, Бориса Хохлова, улица Волошиновых, Лени Тарабукина, Николая Долетова, Василия Никанорова,, улица Крымских партизан и Молодых подпольщиков...
На доме № 33 по улице Карла Либкнехта, где находилась одна из конспиративных квартир подпольного горкома партии, установлена мемориальная доска. На здании вокзала — барельеф в память В. К. Ефремова и его боевых друзей. Отмечены мемориальными досками здание технического училища по Совнаркомовскому переулку (здесь была школа, в которой учились комсомольцы-подпольщики Евгений Семняков, Борис Хохлов, Николай Долетов, Владимир Дан-ский и другие), школа Л» 1 и школа № 14 —в память о юных патриотах. На городском кладбище сооружен мемориал в честь павших борцов и горожан — жертв фашизма. У кинотеатра «Мир»-памятник партизанам и подпольщикам, погибшим в годы Великой Отечественной войны.
Своеобразным памятником является здание бывшей типографии издательства «Таврида» на проспекте Кирова 32/1. Это отсюда в мае 1943 года молодой подпольщик Иван Нечипас, долгое время после войны работавший директором издательства, вынес шрифт для подпольной типографии.
В честь двухсотлетия основания Симферополя в сквере у площади Советской установлена скрижаль, на которой увековечены славные имена, вошедшие в историю города. Двенадцать из них — это долг нашей памяти партизанам и подпольщикам, отличившимся в боях за освобождение Симферополя в годы Великой Отечественной войны.
В областном центре живут ветераны народной борьбы — участники партизанского и подпольного движения. Здесь работает секция бывших крымских партизан и подпольщиков военно-научного общества при гарнизонном Доме офицеров. Она ведет большую воспитательно-патриотическую работу, приобщая горожан, прежде всего молодежь, к славным традициям недавнего героического прошлого..
Давно уже погасли партизанские костры. Ныне крымскую землю озаряют огни мирной жизни. События Великой Отечественной войны, ставшие достоянием истории, все более отдаляются от нас.. Однако узы боевого братства, скрепленные кровью, нерасторжимы. Ежегодно второго мая собираются на свою традиционную встречу бывшие участники народной войны, их зарубежные побратимы.
Подвиг героев партизанского леса, коммунистического подполья никогда и«; померкнут в памяти народной...
А теперь наш путь в город-герой Севастополь. Дорога между Симферополем и Севастополем весь период фашистской оккупации была ареной ожесточенных боев. И населенные пункты вдоль трассы, и сама трасса (в равной мере шоссе и железнодорожное полотно) находились под контролем народных мстителей. Партизаны совершили здесь сотни успешных боевых операций. В 1941—1942 годах удары по вражеским военным объектам наносили отряды трех партизанских районов — 3-го, 4-го и 5-го. В этих районах действовали все три Симферопольских отряда, Бахчисарайский, Евпаторийский, 5-й Красноармейский, ближе к городу-герою — Севастопольский в Балаклавский отряды. Зимой 1942/43 года, несмотря на то, что численность партизан резко сократилась, гитлеровцы не чувствовали себя в безопасности. В ту пору постоянно беспокоили их, совершая неожиданные, ошеломляющие нападения, партизаны 1-го сектора.
Военные действия в этой части Крыма достигли апогея осенью 1943 года. Они продолжались вплоть до освобождения Крыма. В 1943 —1944 годах здесь вели бои с фашистскими захватчиками партизаны 4-й и 6-й бригад (командиры — X. К. Чусси, М. Ф. Самойленко). Активно действовали отряды Г. Ф. Грузинова, И. И. Урсо-ла, Н. Г. Гордиенко. В Бельбекском долине, в районе деревни Фоти-Сала (ныне село Голубинка) и станции Сюрень (Сирень) постоянно напоминали о себе смелыми нападениями и диверсиями партизаны 7-й бригады, которой командовал Л. А. Вихман.
А началось все в те печальной памяти дни, когда враг впервые ступил на крымскую землю. Уже 2 ноября 1941 года группа народных мстителей под командованием начальника 4-го района И. М. Бортникова вступила в бой с фашистскими разведчиками. В перестрелке был убит один солдат и подбит мотоцикл. 6 ноября прошел боевое крещение Бахчисарайский отряд. Несколько часов продолжалась интенсивная перестрелка с оккупантами. Враг встретил упорное сопротивление со стороны бахчисарайцев и вынужден был отступить, потеряв убитыми и ранеными 17 солдат. 17 ноября группа партизан Красноармейского отряда во главе с Ф. И. Федоренко
устроила засаду в районе урочища Рукав. Итог боя — подбито пять вражеских автомашин, убито и ранено пять фашистов.
24 и 25 ноября Евпаторийский отряд под командованием И. А. Калашникова и Н. С. Хроленко занял позицию у деревни Новый Бодрак (ныне село Трудолюбовка). Количественно враг в •несколько раз превосходил партизан. Но патриоты не отступили. Победа была в этом бою на их стороне. Оккупантам пришлось позорно ретироваться...
И так каждый день. Партизанская пуля настигала фашистов всюду. Для охраны магистрали Симферополь — Бахчисарай — Севастополь им пришлось отвлечь значительные силы. Но и это не помогло. Нащупав уязвимые места противника, народные мстители совершают здесь смелые боевые операции. Вот лишь один эпизод из множества.
30 декабря 1941 года группа бойцов 5-го Красноармейского отряда в районе Альма-Кермен (ныне Заветное) обстреляла немецкий обоз. Выведены из строя автомашина и одно орудие.
Так же обстояло дело и на железной дороге. Не располагая современной подрывной техникой, партизаны сами изготовляли мины. С помощью самодельных мин, заложенных у деревни Приятное Свидание, Бахчисарайский отряд взорвал в иарте 1942 года железнодорожный состав.
Прошло всего несколько дней, я почти на том же месте диверсия была повторена. Группа под командованием И. И. Суполкина пустила под откос воинский эшелон, направлявшийся к Севастополю. Эшелон этот должен был доставить свежее подкрепление и боевую технику...
Партизаны успешно справлялись со своей задачей — отвлекать врага от Севастопольского оборонительного района, держать фашистов в постоянном страхе и напряжения.
Так было в начальный период народной борьбы. Активность партизан на коммуникациях Симферополь — Севастополь еще более возросла во время подготовки и проведения решающих боев за освобождение Крыма. Теперь боевые операции осуществлялись Южным соединением, участвовали в них 13 отрядов. Придерживаясь избранного маршрута, расскажем о некоторых эпизодах борьбы.
Село Чистенькое находится всего в нескольких километрах от Симферополя. В годы фашистской оккупации в этом населенном пункте концентрировались крупные вражеские соединения. Тем не менее партизаны наведывались и сюда. Несколько раз село посещали партизанские разведчики, и на Большую землю поступали сведения о противнике. В сборе их деятельно помогало партизанам местное население.
12 ноября 1943 года на задание в сторону села Чистенького ушли трое партизан, которых в отряде в шутку называли «братья-славяне»: Василий Кочкарев — русский, Василий Угня — украинец, Василий Сапоушек — чех. Много дерзких боевых операций выполнила отважная тройка. На сей раз, надев фашистскую форму, партизаны под видом патруля вышли к шоссе. Мимо прошла одна колонна вражеских машин, другая. Наконец показалась одиночная машина с десятью солдатами. Подпустив ее на близкое расстояние, командир группы Кочкарев приказал открыть огонь. Машина остановилась, один из фашистов успел метнуть в партизан гранату. Л тут произошло непостижимое: на лету поймав гранату, Кочкарев отправил ее обратно в кузов. Взрыв, короткие автоматные очереди, а все десять фашистов были уничтожены. Прихватив с собой их документы, оружие и боеприпасы, партизаны возвратились в отряд. От села Чистенького по проселочной дороге можно проехать к селу Партизанскому. Не случайно оно носит это имя.
Как только началась Великая Отечественная война, десятки жителей Партизанского — тогдашней деревни Саблы — ушли в ряды Вооруженных Сил СССР. Они сражались под Ленинградом и Москвой, в Белоруссии и на Украине, защищали Крым, Кавказ. А когда создавались (партизанские отряды, многие саблынцы вступили в ряды народных мстителей. Отважными разведчиками стали Григорий Рябошапко, Иван Гнатенко, Герман Тайшин. Бесстрашно громили врага бойцы Николай Бондаренко, Василий Сапоушек, Василий Кочкарев, Василий Угня.
В селе действовала подпольная организация, с которой поддерживал тесную связь Г. К. Рябошапко. Он приходил в село, приносил листовки, советские газеты. Подпольщики активно помогали партизанам — передавали им сведения о противнике, снабжали про
довольствием, устанавливали связь с патриотами из других сел и городов. Только в августе 1943 года в лес было вывезено около 300 тонн пшеницы и ячменя. Саблынцы составили ядро 7-го партизанского отряда, который возглавляли Матвей Гвоздев (командир) и Алексей Палажченко (комиссар).
9 ноября 1943 года крупное воинское соединение противника было направлено в лес на прочес. Близ урочища Казенные поляны карателей обнаружили разведчики 7-го отряда. Группа партизан во главе с Алексеем Молодцовым напала на фашистов. Около четырех часов продолжался бой. Ошеломленный внезапностью нападения, враг безуспешно пытался контратаковать, а затем бежал, оставив на поле боя убитых. Партизаны захватили в качестве трофеев 140 лошадей, пулемет, 40 винтовок, 5000 патронов и другое военное снаряжение.
Напуганные размахом народного движения, фашисты решили сровнять с землей села, расположенные около лесов, чтобы лишить партизан поддержки со стороны местного населения. В ноябре-декабре 1943 года они сожгли полностью или частично 127 населенных пунктов, а над их жителями учинили дикую расправу.
В первые же дни оккупации гитлеровцы арестовали в Саблах председателя колхоза Анастасию Семеновну Андрющенко, агронома И. Майстренко, депутатов сельсовета М. Гончаренко, А. Забияченко, П. Семенченко, А. Пономаренко, Е. Кудрю. После пыток арестованных ресстреляли.
2 декабря 1941 года фашисты собрали жителей села и загнали их в дома на Шоссейной улице. Им приказали лечь на пол, вниз лицом. По лежащим стреляли из автоматов: одна очередь по голове, другая по ногам. Затем обливали дом керосином и, заколотив его двери и окна, поджигали. И так по всей улице. Раненые и те, кто случайно уцелел от фашистской пули, сгорали заживо. Подпольщика М. Гончаренко, бывшего бухгалтера колхоза, человека преклонного возраста облили горючей жидкостью и бросили в горящий дом... В этот день погибло 90 человек, в основном старики, женщины, дети. А на следующий день в селе начался грабеж. Отобрав у саблынцев, оставшихся в живых, все сколько-нибудь ценное, гитлеровцы подожгли их дома, а самим жителям велели покинуть село. Днем Село Чистенькое находится всего в нескольких километрах от Симферополя. В годы фашистской оккупации в этом населенном пункте концентрировались крупные вражеские соединения. Тем не менее партизаны наведывались и сюда. Несколько раз село посещали партизанские разведчики, и на Большую землю поступали сведения о противнике. В сборе их деятельно помогало партизанам местное население.
12 ноября 1943 года на задание в сторону села Чистенького ушли трое партизан, которых в отряде в шутку называли «братья-славяне»: Василий Кочкарев — русский, Василий Угня — украинец, Василий Сапоушек — чех. Много дерзких боевых операций выполнила отважная тройка. На сей раз, надев фашистскую форму, партизаны под видом патруля вышли к шоссе. Мимо прошла одна колонна вражеских машин, другая. Наконец показалась одиночная машина с десятью солдатами. Подпустив ее на близкое расстояние, командир группы Кочкарев приказал открыть огонь. Машина остановилась, один из фашистов успел метнуть в партизан гранату. Л тут произошло непостижимое: на лету поймав гранату, Кочкарев отправил ее обратно в кузов. Взрыв, короткие автоматные очереди, а все десять фашистов были уничтожены. Прихватив с собой их документы, оружие и боеприпасы, партизаны возвратились в отряд. От села Чистенького по проселочной дороге можно проехать к селу Партизанскому. Не случайно оно носит это имя.
Как только началась Великая Отечественная война, десятки жителей Партизанского — тогдашней деревни Саблы — ушли в ряды Вооруженных Сил СССР. Они сражались под Ленинградом и Москвой, в Белоруссии и на Украине, защищали Крым, Кавказ. А когда создавались (партизанские отряды, многие саблынцы вступили в ряды народных мстителей. Отважными разведчиками стали Григорий Рябошапко, Иван Гнатенко, Герман Тайшин. Бесстрашно громили врага бойцы Николай Бондаренко, Василий Сапоушек, Василий Кочкарев, Василий Угня.
В селе действовала подпольная организация, с которой поддерживал тесную связь Г. К. Рябошапко. Он приходил в село, приносил листовки, советские газеты. Подпольщики активно помогали партизанам — передавали им сведения о противнике, снабжали про
довольствием, устанавливали связь с патриотами из других сел и городов. Только в августе 1943 года в лес было вывезено около 300 тонн пшеницы и ячменя. Саблынцы составили ядро 7-го партизанского отряда, который возглавляли Матвей Гвоздев (командир) и Алексей Палажченко (комиссар).
9 ноября 1943 года крупное воинское соединение противника было направлено в лес на прочес. Близ урочища Казенные поляны карателей обнаружили разведчики 7-го отряда. Группа партизан во главе с Алексеем Молодцовым напала на фашистов. Около четырех часов продолжался бой. Ошеломленный внезапностью нападения, враг безуспешно пытался контратаковать, а затем бежал, оставив на поле боя убитых. Партизаны захватили в качестве трофеев 140 лошадей, пулемет, 40 винтовок, 5000 патронов и другое военное снаряжение.
Напуганные размахом народного движения, фашисты решили сровнять с землей села, расположенные около лесов, чтобы лишить партизан поддержки со стороны местного населения. В ноябре-декабре 1943 года они сожгли полностью или частично 127 населенных пунктов, а над их жителями учинили дикую расправу.
В первые же дни оккупации гитлеровцы арестовали в Саблах председателя колхоза Анастасию Семеновну Андрющенко, агронома И. Майстренко, депутатов сельсовета М. Гончаренко, А. Забияченко, П. Семенченко, А. Пономаренко, Е. Кудрю. После пыток арестованных ресстреляли.
2 декабря 1941 года фашисты собрали жителей села и загнали их в дома на Шоссейной улице. Им приказали лечь на пол, вниз лицом. По лежащим стреляли из автоматов: одна очередь по голове, другая по ногам. Затем обливали дом керосином и, заколотив его двери и окна, поджигали. И так по всей улице. Раненые и те, кто случайно уцелел от фашистской пули, сгорали заживо. Подпольщика М. Гончаренко, бывшего бухгалтера колхоза, человека преклонного возраста облили горючей жидкостью и бросили в горящий дом... В этот день погибло 90 человек, в основном старики, женщины, дети. А на следующий день в селе начался грабеж. Отобрав у саблынцев, оставшихся в живых, все сколько-нибудь ценное, гитлеровцы подожгли их дома, а самим жителям велели покинуть село. Днем изгнанники брели в сторону Симферополя, а к ночи, свернув с дороги, были уже в партизанском лесу.
Так образовался гражданский лагерь. Пополнился бойцами и партизанский отряд, созданный из жителей села. Отряд хорошо себя зарекомендовал. Саблынцы самоотверженно сражались до полного освобождения Крыма от немецко-фашистских захватчиков.
Ныне на одной из площадей Партизанского возвышается памятник жителям села, погибшим в годы Великой Отечественной войны.
От Партизанского вновь возвращаемся на автотрассу и продолжаем путь на Севастополь.
Станция Почтовая — первая на пути к Севастополю. Через нее шли все грузы, поступавшие в город по железной дороге. В годы фашистской оккупации станция Почтовая (тогдашняя станция Альма) и близлежащее село Почтовое (Базарчик) были зоной особых интересов партизан: причиняя здесь гитлеровцам массу хлопот, держа их в постоянном напряжении, народные мстители помогали сражающемуся Севастополю. Прежде всего их рейды нарушали нормальное движение поездов, затрудняли переброску грузов автотранспортом.
22 января 1942 года группа бойцов 5-го Красноармейского отряда под командованием Н. П. Кривошты уничтожила пятитонную автомашину. Противник был застигнут врасплох. Убиты шофер в офицер связи, захвачены секретные пакеты, 43 письма и оружие. На другой день группа того же отряда (командир И. Н. Столярев-скин) близ станции Альма обстреляла еще одну вражескую автомашину. В короткой перестрелке убито и ранено десять фашистов.
28 марта 1942 года боевая группа Бахчисарайского отряда развинтила рельсы к северу от станции. Вскоре товарный поезд, шедший из Бахчисарая в Симферополь и состоявший из паровоза, трех вагонов и двух платформ (последние были загружены военной техникой), потерпел крушение. Партизаны ушли без потерь.
5 июля 1942 года группа партизан И. И. Суполкина заминировала близ станции полотно железной дороги. Ночью подорвался поезд с войсками и грузами противника. Вышли из строя семь вагонов и паровоз. При проведении операции особо отличились Павел Жаднов, Михаил Горский и Александр Пермяков.
Весной 1944 года партизаны не давали противнику покоя ни днем, ни ночью. Несколько раз совершал смелые налеты на станцию отряд под командованием Георгия Грузинова.
Жора Грузинов... Его любили в отряде за исключительную смелость и находчивость, за доброту, за неиссякаемую веселость. Ему легко прощали недостатки: Жора был не в ладах с дисциплиной, рисковал порой там, где следовало проявить осторожность, трезвый расчет. Но когда Георгию доверили отряд, он очень изменился. Оно и понятно: одно дело рисковать только своей жизнью и совсем иное, когда тебе вверены судьбы твоих товарищей.
Грузинов-командир был отважен и осмотрителен. Его отряд атаковал противника внезапно, причем атаке предшествовала тщательная разведка; партизаны наносили удар и уходили от преследования, как правило, без потерь.
В числе наиболее удачных операций отряда можно назвать и три нападения на станцию Альма.
Разведчики установили, что на станцию прибыл эшелон, состоящий из двух вагонов с авиабомбами, двух цистерн с горючим ц десяти вагонов с зерном. Взорвать его было поручено опытным бойцам, которыми командовали Сергей Половченя и Владимир Олейников. Операция длилась не более 20 минут. Партизаны уничтожили состав, платформу с легковой автомашиной, сожгли воинскую ка-нарму, повредили железнодорожное полотно.
Через несколько дней движение на станции возобновилось. Подрывники снова взялись за дело. Были повреждены пути, взорвана юдокачка.
А спустя некоторое время — третий налет на станцию. Его результат— взорванный эшелон с танками и войсками.
За два с половиной года партизаны и подпольщики Крыма провели на железных дорогах в общей сложности 81 операцию, уничтожили 48 паровозов, 947 вагонов, 2 бронепоезда. Диверсии эти, особенно участившиеся в период освобождения Крыма, нарушали нормальное снабжение фронтов и тыла противника.

БАХЧИСАРАЙ — центр большого сельскохозяйственного района — был известен в довоенную пору своими садами, плантациями эфироносов, памятниками старины, В годы Великой Отечественной войны район стал партизанским краем, и ныне бахчисарайцы по праву гордятся подвигами земляков — партизан и подпольщиков.
С первых дней войны город, как и вся страна, жил под девизом: «Все для фронта! Все для победы!» Осенью 1941 года в Бахчисарае был создан партизанский отряд. В него вступали добровольцы разных возрастов и профессий — рабочие, служащие, колхозники, районный партийный и советский актив, комсомольцы и молодежь. Отряд возглавил К. Н. Сизов, погибший вскоре (в ноябре 1941 года) в неравном бою с фашистами. Его место занял М. А. Македонский. Человек совершенно мирной профессии (до войны работал бухгалтером), в своей новой должности он проявил недюжинные организаторские способности. В партизанских формированиях Крыма он вырос от командира группы до руководителя самого многочисленного Южного соединения.
Организатором и комиссаром отряда был секретарь райкома партии В. И. Черный. В прошлом комсомольский, а затем партийный работник, Василий Ильич умел найти путь к сердцу каждого бойца. Требовательный к себе и другим, но исключительно корректный и доброжелательный, он говорил всегда правду, как бы она ни была горька. Именно это заставляло верить ему, идти за ним.
В короткий срок М. А. Македонский и В. И. Черный создали замечательную, на редкость сплоченную боевую единицу — Бахчисарайский партизанский отряд. На счету народных мстителей много славных дел, настоящих ратных подвигов.
Читатель уже знает о некоторых из них. Отряд первым в Крыму начал боевые действия на железной дороге. Легко сказать: десятки операций, в итоге которых взорваны железнодорожные рельсы, разрушены на станциях здания, выведены из строя паровозы, вагоны, аппаратура... Но каких усилий, какого мужества это стоило!-В самую трудную минуту (а таких было более чем достаточно) бахчисарайцев утешала мысль, что победа близка и надо любой ценой выстоять...
В Бахчисарайском отряде широко было развито снайперское движение. Снайперами руководил лейтенант Красной Армии Анатолий Румянцев.
Смелые рейды народных мстителей на вражеские гарнизоны наводили на оккупантов панический страх. В январе 1942 года бахчисарайцы разгромили крупный гарнизон противника в селе Шуры (ныне Кудрино), неоднократно отряд совершал нападения на воинские формирования гитлеровцев, расположённые в селе Коуш (Шелковичное) , Бия-Сала (Верхоречье), Улу-Сала (Зеленое) и других.
Приходилось вести бои и с вооруженными до зубов карателями, ставившими целью уничтожить партизан. Это были тяжкие испытания. Бои начались чуть ли не с первых дней народной борьбы и продолжались осенью 1941, зимой и летом 1942 года (до расформирования отряда). Сначала враг сделал все, чтобы лишить партизан продовольствия. Об этой акции карателей признавался позднее, на Нюрнбергском процессе, бывший командующий 11-й немецко-фашистской армией Эрих фон Манштейн: «В горах Яйла в Крыму есть... недоступные места, где скрывались партизаны. Но мы не могли до них добраться, так как у нас не было подготовленных для этого войск. Единственное, что мы могли предпринять, это попытаться заморить партизан голодом».
Приказ фашистского командования «заморить партизан голодом» тщательно выполнялся. Враг небольшими подразделениями совершал нападения на отряды, ставя главную цель — захватить и разграбить партизанские базы. Фашисты прекрасно понимали, что без продовольствия и боеприпасов «лесные призраки» долго не продержатся. Однако в «битве за базы» патриоты стояли насмерть и отстояли большинство своих тайников от ограбления.
У бахчисарайцев были тесные связи с жителями прилегающих к лесу населенных пунктов. Они веля там активную политическую работу, приносили туда газеты и листовки, проводили собрания. Население в свою очередь помогало партизанам продовольствием, теплой одеждой, пополняло отряды новыми бойцами.
Более 50 успешных боевых операций крупного масштаба — таков вклад бахчисарайцев в победу над фашистами.
Отряд послужил подлинной «кузницей» командных кадров. Командирами и комиссарами отрядов в 1943 году были назначены бывшие бахчисарайцы — А. П. Бережной, И. И. Урсол, М. Д. Гвоздев, командиром бригады стал М. Ф. Самойленко, а М. А. Македонский — командиром соединения.
Мужественно боролись с врагом и бахчисарайские подпольщики.
Уже в первые месяцы оккупации в Бахчисарае начала действовать подпольная организация, в которую входило 15 человек. Патриоты имели тесную связь с партизанами и выполняли их задания. Они сообщали командованию о передвижении войск противника, об их численности, о планах врага, о подготовке карателей к операциям против партизан. Организаторами подполья были коммунисты А. М. Болек и И. Г. Касиев. В организацию вступили комсомольцы Леонид Сушко, Екатерина Лебеденко, Александр Алексеев, Илья Кацаиль. Подпольщики установили радиоприемник, принимали сводки Совинформбюро, а затем распространяли их в виде листовок по городу.
Однажды патриотам стало известно, что в селе Бешуй готовится против народных мстителей карательная экспедиция. На партизанскую заставу немедленно отправились связные. Бригада под командованием М. А. Македонского внезапно налетела на врага и наголову разбила его.
Вместе с партизанами подпольщики участвовали в нескольких боевых операциях. В октябре 1943 года комсомольцы-подпольщики подорвали вражеский эшелон.
Жизнь патриотов оборвалась трагически. Провокатор, проникший в организацию, выдал ее членов. Почти все подпольщики были арестованы. Их расстреляли незадолго до освобождения города.
На территории Бахчисарайского дворца-музея в братской могиле покоятся 14 погибших подпольщиков. А при въезде в старый город, на развилке дорог, возвышается памятник павшим партизанам Бахчисарайского отряда.
Частенько наведывались партизаны на станцию Сирень (в ту пору Сюрень). Здесь они совершали нападения на фашистов из засады, пускали под откос вражеские эшелоны. Особенно отличились на этой коммуникации группы подрывников Георгия Грузинова, Мемета Молочникова, Николая Гордиенко, Сергея Половчени, Дмитрия Аверьянова.
Крупнейшая по масштабам диверсия проведена в ночь на 10 сентября 1943 года. Весь участок железной дороги от станции Сюрень до станции Альма (ныне Почтовая) полностью выведен из строя. В ту ночь на задание вышло 11 диверсионных групп. В два часа ночи они были у исходных точек. Часы перед операцией сверили. Одновременно каждая из групп заложила взрывчатку, а вскоре — с интервалами в три-четыре минуты — начались взрывы, полетели в воздух рельсы. Партизаны отошли в лес без потерь.
В подготовке подрывников принимал участие майор Антонио Белабардини, испанский коммунист, в прошлом грузчик барселонского порта, а позже, во время гражданской войны в Испании, летчик республиканской авиации. Белабардини возглавлял группу инструкторов-испанцев (Бальдемиро Гарихо, Кустодио Соллер и другие), которые прилетели в лес для помощи партизанам.
Последний крупный населенный пункт на пути к Севастополю — село Верхнесадовое (бывший Дуванкой). На отрезке дороги от Дуванкоя до Севастополя в 1941—1942 годах действовали три отряда — Бахчисарайский, Ак-Шеихский, Севастопольский. Беспрерывно выходили группы народных мстителей к этой коммуникации. На их боевом счету — десятки подорванных вражеских эшелонов. В одну из майских ночей 1942 года на железной дороге близ Дуванкоя группа Ивана Суполкина в нескольких местах заложила мины. Операция прошла успешно: подорвался эшелон противника из 12 вагонов. Солдаты фашистской пехотной дивизии, следовавшие из Франции в Севастополь, не достигли пункта назначения...

СЕВАСТОПОЛЬ. В годы Великой Отечественной войны защитники Севастополя покорили весь мир своим мужеством, приумножив славу прадедов — героев обороны 1854—1855 годов. 250 дней и ночей жил и боролся город. Окруженный со всех сторон, отрезанный от Большой земли сотнями километров, засыпаемый бомбами, обстреливаемый с суши и с моря, он стойко отражал натиск врага.
Славную страницу в летопись Великой Отечественной войны вписали моряки Черноморского флота и воины Приморской армии. Но и после того, когда в июле 1942 года по приказу Ставки Верховного Главнокомандования город был оставлен нашими войсками, борьба не прекращалась. Севастопольцы продолжали сражаться, в них жил несломленный боевой дух.
Фашистское вторжение в город сопровождалось жестокими репрессиями. За период оккупации гитлеровские палачи расстреляли, сожгли, утопили в море 27 306 человек и угнали на каторжные работы в фашистскую Германию 45 тысяч мирных жителей и военнопленных. Но террор оккупантов не испугал советских людей.
Крымский обком и Севастопольский горком партии приняли ряд мер по организации коммунистического подполья еще до вторжения фашистов на крымскую землю. Были подготовлены люди, конспиративные квартиры, необходимая подпольная техника. Не все получилась так, как было задумано. Многие из намеченных для подполья людей погибли во время обороны, лежали в руинах дома, выделенные для устройства явок и опорных пунктов.
Жестокий неравный бой... Эти слова точно определяют подпольную борьбу севастопольцев.
Одну из первых патриотических организаций создал коммунист инженер судоверфи П. Д. Сильников. В нее вошли, составили ядро организации, рабочие и инженерно-технические работники судоремонтной мастерской. Вот некоторые имена: мастер Г. Я. Максюк и его сын Андрей, М. С. Гаврильченко, К. В. Федоров, Н. Г. Матвеев, Т. А. Брацилова, Т. П. Силышкова. Подпольщики принимали сводки Совинформбюро и, размножив их, распространяли среди населения. Диапазон деятельности патриотов был достаточно широк: тормозили производственный процесс, портили станки, моторы, ценные материалы, собирали оружие, вовлекали новых людей в борьбу против оккупантов.
Почти одновременно возникла другая подпольная организация — из военнопленных и жителей города. Ее создал участник обороны Одессы и Севастополя коммунист В. Д. Ревякин. Находясь в отряде прикрытия на мысе Херсонес, Ревякин 6 июля 1942 года был захвачен в плен, но уже вечером ему удалось бежать. Помогла счастли
вая встреча: его укрыла комсомолка Лидия Нефедова, ставшая впоследствии боевым другом и женой Ревякина.
Мало-помалу организация росла и крепла. Ряды ее пополняли коммунисты и комсомольцы, бывшие моряки Черноморского флота и красноармейцы. Сложные, рискованные задания выполняли военнослужащие И. П. Пиванов, М. М. Пахомов, К. М. Анзин, М. В. Балашов, жители города А. С. Мякота, Н. А. Михеев, Н. Н. Михеев, А. О. Киселева, Т. П. Бадухина, пионеры Толя Лопачук, Костя Попандопуло...
В начале 1943 года в лагере военнопленных сформировалась подпольная организация под руководством бывшего помощника секретаря горкома партии Н. И. Терещенко. Актив организации составили участники обороны Севастополя А. С. Комарова, Г. М. Смагло, В. Н. Громов, А. М. Воронов, жительницы города Е. В. Висикирская, Н. А. Николаеико, Е. И. Тютрюмова, Г. В. Прокопенко и другие.
В марте 1943 года патриоты, руководимые Ревякиным и Сильниковым, образовали «Коммунистическую подпольную организацию в тылу немцев» (сокращенно — КПОВТН). В мае влились в ее ряды подпольщики Терещенко. В. Д. Ревякин написал Устав и Программу организации, Сильников изготовил печать. Программа определяла задачи и конечную цель борьбы. В ней сказано, что КПОВТН ставит своей задачей вести агитацию среди населения города, военнопленных в лагерях, среди солдат оккупационной армии, устраивать диверсии на военных объектах противника, одновременно накапливая оружие. Конечной целью организация считала подготовку и проведение вооруженного восстания. Согласно Уставу подпольщики обязаны были хранить тайну организации, беспрекословно выполнять задания. Вступающие в КПОВТН давали клятву. Девизом их борьбы стали слова: «Трудящиеся Севастополя! Объединяйтесь на борьбу с гитлеризмом!»
Программа успешно претворялась в жизнь. Особенно большое внимание подпольщики уделяли агитационной работе. 21 марта 1943 года была выпущена первая листовка — «Воззвание к трудящимся Севастополя». Ее написал В. Д. Ревякин, а затем подпольщики размножили ее от руки в 25 экземплярах. Патриоты призывали севастопольцев активно включаться в борьбу с захватчиками. «День расплаты с врагом настал,— гласила листовка.— Враг получил смертельную рану от ударов Красной Армии, но он не добит и стремится в тылу собраться с силами... Вставайте на борьбу с этим врагом, чтобы вместе с Красной Армией окончательно добить его и поднять над Севастополем победоносное Красное знамя!..»
В распоряжении подпольщиков были приемник, пишущая машинка. Это давало им возможность принимать и размножать сводки Совинформбюро, доводя тираж каждой такой листовки до 100 экземпляров. Всего было создано и распространено 36 машинописных листовок. Подпольщики стремились воздействовать и на врагов, и на друзей: «К солдатам и офицерам немецкой армии», «Обращение к военнопленным Севастополя»... Листовки сослужили добрую службу. Например, удалось сорвать ряд мероприятий фашистской администрации, таких, как вербовка в РОА — пресловутую «Русскую освободительную армию», как выезд горожан на работу в фашистскую Германию, и другие.
И все же тираж листовок не удовлетворял патриотов. На повестку дня стал вопрос о создании типографии. Наиболее подходящим для нее помещением было подземелье в доме, где жил В. Д. Ревякин (бывшее Лабораторное шоссе, ныне ул. Ревякина, 46). Смастерили станок, добыли краски, бумагу, шрифт. Наборщиками стали бывшая работница типографии Евгения Захарова, Иван Пиванов, Лидия Нефедова-Ревякина.
Теперь можно было выпускать не только листовки, но и газету. Первый номер подпольной газеты «За Родину» был отпечатан 10 июня 1943 года. Редактировал ее коммунист Георгий Гузов.
Газета помещала сводки Совинформбюро и собственные материалы, разоблачавшие фашистский так называемый «новый порядок», страстная и правдивая публицистика призывала севастопольцев к борьбе против захватчиков. Выходила она 2—3 раза в месяц тиражом 500—600 экземпляров. Так, в номере от 28 сентября 1943 года была помещена статья «Антифашистские силы растут» и обзор сообщений Совинформбюро о наступательных действиях Красной Армии. В номере от 26 ноября речь шла о задачах подпольщиков в борьбе за освобождение Крыма. 4 января 1944 года напечатана статья «Отомстим гитлеровским палачам за зверства над русским народом».
Газета подпольщиков так досаждала гитлеровцам, что они обещали тому, кто сообщит адрес подпольной типографии, награду в 50000 рублей и обеспеченную жизнь в дальнейшем. Однако никто не польстился на обещанные блага, и газета продолжала выходить. Последний, двадцать пятый номер вышел 8 марта 1944 года.
Не только газета беспокоила оккупантов. Не давали им покоя и диверсии патриотов. В. Д. Ревякин направлял своих людей на работу в особо важные предприятия и учреждения: на железнодорожный транспорт, на военные объекты, хлебозавод, в порт, типографию городской управы, биржу труда... Подпольщики совершали там смелые диверсионные акты.
В группе Николая Терещенко было 60 подрывников. Особенно успешно действовали железнодорожники: отец Владимир Яковлевич Кочегаров и его сын Виктор, М. С. Шанько, В. И. Ленюк, К. М. Анзин, М. М. Нахомов, А. С. Мякота, А. П. Калганов, М. В. Балашов, М. С. Фетисов, Н. Г. Матвеев, К. В. Федоров и другие. Подпольщики засыпали песком буксы и заливали их водой вместо масла, вследствие чего подвижной состав выходил из строя. Они разбирали железнодорожные пути, и эшелоны шли под откос; задерживали отправку срочных поездов, затягивали ремонт паровозов, взрывали эшелоны, груженные боеприпасами...
Бесстрашно боролась с врагом диверсионная группа П. Д. Сильникова. Патриоты портили станки и ценные материалы, уничтожали плавсредства противника. В Южной бухте они сожгли судно «Орион», у судоподъемных мастерских — склад и две казармы.
Николаю Терещенко удалось взорвать котлы на электростанции в Северном доке. Срочные работы по ремонту фашистских судов были сорваны из-за отсутствия электроэнергии.
Севастопольские подпольщики держали под особым контролем лагеря военноплевдйлх. Благодаря этому удалось вызволить из фашистского плена более 200 человек. Часть освобожденных воинов осталась в Севастополе и пополнила ряды подпольщиков. Некоторых, снабдив необходимыми документами, патриоты переправили в район Мелитополя на соединение с войсками Красной Армии.
Первый удар обрушился на севастопольскую организацию в октябре 1943 года. Были схвачены Павел Данилович Сильников и его жена Таисия Петровна, Николай Григорьевич Матвеев, К. В. Федоров, Т. Л. Брацилова, К. Каратаев, Сейдали Агаев. На квартире Сильниковых фашисты нашли радиоприемник, документы, дневник. Сильников и его товарищи вели себя мужественно и погибли, никого не выдав врагу.
В феврале 1944 года последовал новый удар — были арестованы и погибли семья Владимира Яковлевича Кочегарова, жена Татьяна) и сын Виктор, Людмила Осипова и Михаил Шанько. А спустя месяц фашистам удалось схватить Василия Ревякина и вслед за ним его жену Лиду, Николая Терещенко, Евгению Захарову — всего более 20 человек. На допросах в фашистском застенке арестованные держались исключительно стойко. О мужестве Василия Горлова рассказывает подпольщица Анастасия Лопачук:
- Старшина первой статьи Василий Горлов был высокий, статный, могучий. Когда враги схватили его раненого, руки ему связали не веревкой, а колючей проволокой... Я увидела Горлова во дворе тюрьмы и не узнала. Лицо было синим от кровоподтеков, из рассеченного лба струилась кровь, одежда свисала клочьями. Мимо Горлова проводили арестованных, и следователь спрашивал:
— Кто из них большевик? Кто? Говори...
Василий молчал.
Следователь избивал его палкой, а он смотрел на него тяжело, ненавидяще...
Обеспеченное будущее взамен предательства сулили Лиде Ревякиной, которая должна была вот-вот стать матерью. Лида не ответила ни на один вопрос фашистских палачей.
14 апреля 1944 года всех арестованных подпольщиков повезли на расстрел. Когда на 5-м километре Балаклавского шоссе грузовик остановился и последовала команда: «Арестованным выходить!», Ревякин и Терещенко бросились на конвоиров. Но силы были слишком неравны...
Полиостью уничтожить подполье гитлеровцам не удалось. Оставшиеся в живых патриоты продолжали борьбу. Они передавали по рации разведданные командованию Черноморского флота, готовились нанести удар по фашистам, как только передовые части Красной Армии подойдут к городу. И они ударили с тыла. Николай Михеев
и его товарищи помогли. советским воинам разгромить артиллерийскую батарею на Историческом бульваре.
Севастопольцы свято хранят память о мужественных патриотах. В канун 50-летия Великого Октября на улице, носящей имя Василия Дмитриевича Ревякина, открыт дом-музей. Героически погибшим подпольщикам установлен памятник на кладбище Коммунаров, их именами названы улицы, школы, пионерские отряды, дружины.
Родина высоко оценила подвиги борцов подполья. Около 60 из них удостоены правительственных наград — орденов и медалей. Руководителю «Коммунистической подпольной организации в тылу немцев» В. Д. Ревякину посмертно присвоено звание Героя Советского Союза, руководители подпольных патриотических групп П. Д. Сильников и Н. И. Терещенко посмертно награждены орденами Ленина.

СИМФЕРОПОЛЬ - АЛУШТА - ЯЛТА - СЕВАСТОПОЛЬ

Мы рассказали уже о том, что происходило в Симферополе в годы фашистской оккупации, о том, как боролись с гитлеровцами советские патриоты. А теперь на маршрут... Туристам представляется возможность ознакомиться в пути с памятниками и памятными местами, за которыми стоят героические события, замечательные человеческие судьбы.
Первая наша остановка — в Пригородном, вернее — бывшем Пригородном. Поселок под таким названием, находившийся некогда в 2—3 километрах от Симферополя по дороге на Ялту, в послевоенные годы слился с городом. В марте 1944 года, когда произошли события, о которых пойдет речь, это было пригородное селение Битак, а в нем, как стало известно партизанам, расположились так называемый сельскохозяйственный комендант и его помощник. Оба они принадлежали к числу персон довольно высокого ранга, были хорошо информированы о положении дел в оккупационных войсках и потому представляли несомненный интерес для командования Красной Армии.
Организовать похищение этих двух гитлеровцев было поручено отряду Якова Саковича. Партизаны переоделись в немецкую форму и в ночь с 14 на 15 марта на автомашине подкатили к особняку на окраине поселка. Быстро сияв часового, охранявшего особняк, постучали в дом. Комендант, ворча и ругаясь, открыл дверь. В мгновение ока партизаны связали ему руки, в рот сунули полотенце. Осмотрели помещение. Стол был уставлен яствами, а сам комендант изрядно пьян. В соседней комнате спал его помощник. Надежно связав хозяев особняка и разместив их в кузове автомашины, партизаны занялись портфелем с бумагами. Пленных привезли в лес. Оттуда они были отправлены на Большую землю.
Уже в освобожденном Симферополе произошла встреча командования партизан с начальником разведки 4-го Украинского фронта. Он-то и сообщил, что оба «языка» дали исключительно важные показания, которые были использованы при подготовке операции по освобождению Крыма.
Продолжаем путь. На трассе — село Пионерское. Через это село, расположенное неподалеку от леса, пролегает дорога Симферополь—Ялта. В годы войны здесь разворачивались события, связанные с борьбой патриотов. Многие жители села, носившего тогда название Джалман, ушли на фронт, в партизанские отряды. В селе действовала подпольная комсомольская организация, которая оказывала большую помощь партизанам, снабжая их продовольствием, теплой одеждой. На околице села у дороги народные мстители неоднократно наносили фашистам смелые и неожиданные удары.
Расскажем об одной лишь операции — ее исход много значил для жителей Симферополя. В апреле 1944 года партизаны 6-го отряда Южного соединения (командир отряда Николай Дементьев, комиссар Андрей Сермуль) атаковали у села Джалман отступающего противника. В жаркой схватке было уничтожено более 100 гитлеровских солдат и офицеров. Среди взятых в плеи оказались подрывники с большим количеством взрывчатых веществ, предназначенных для диверсии на расположенном поблизости Аянском водохранилище. Единственный источник, питавший в то время город водой, был спасен.
Далее на маршруте — село Заречное (бывший Шумхай), жители которого весь период оккупации активно помогали партизанам — вели разведку вражеских позиций, доставляли в лес продукты, пря
тали и выхаживали раненых патриотов. В ноябре 1943 года почти все его жители, против которых готовилась фашистами карательная акция, ушли в партизанский отряд. Мужчины пополнили партизанские группы, а дети, женщины, старики образовали так называемый гражданский лагерь.
Несколько раз вражеский гарнизон, окопавшийся в селе, подвергался нападению народных мстителей. Расскажем об одном таком рейде. Тогда же, в ноябре 1943 года, отряд под командованием Н. А. Сороки и В. М. Буряка нане« противнику особенно ощутимый урон. Это была часть единого большого замысла, при исполнении которого отряды 1-й и 6-й бригад одновременно совершили нападение на гарнизоны врага в разных населенных пунктах. Руководил действиями партизанских отрядов командир 1-й бригады Ф. И. Федоренко. Впервые народные мстители применили здесь пушки и гвардейские минометы, расположив их на развилке дороги и держа под прицелом несколько гарнизонов врага.
К исходным позициям партизаны шли пешком, ехали на машинах и лошадях. Во время марша пошел сильный дождь. Дорога узкая, скользкая — того и гляди сорвешься. Проводники сообщили, что впереди большой камень. Чтобы объехать его, пришлось еще сбавить ход. Спустились в балку, поехали по ее краю. Внизу пропасть. Правые колеса шли по самой кромке, иногда даже начинали сползать. Но вот и конец пути — окраина села совсем близко. Залегли, приготовились к бою. Было тихо-тихо. По команде «Огонь!» разом ударили минометы, взмыли ввысь ракеты, осветив улицы села.
Группа партизан во главе с командиром отряда Н. А. Сорокой атаковала школу, которую гитлеровцы превратили в укрепленный пункт. Оттуда бил пулемет — не подойти. И тогда боец Гавриил Андрейченко поднялся во весь рост и метнул в окно школы одну за другой гранаты. Пулемет умолк, но и в партизан полетели гранаты. Осколком одной из них был ранен Андрейченко.
Партизаны ворвались в здание, схватились с гитлеровцами врукопашную. Враг был выбит из школы.
В это время другая группа под командованием комиссара отряда В. М. Буряка атаковала табачный сарай, где засели фашисты. Смелый бросок — операция успешно завершена...
Противник понес большие потери и был полностью дезориентирован. Даже через час после того, как партизаны ушли из села, его подразделения продолжали палить друг в друга из пушек и пулеметов.
Одновременно народные мстители совершили нападение на гарнизон противника в селе Ангара — нынешнем Перевальном. Именно к нему мы и держим путь.
Итак, на 22-м километре от Симферополя въезжаем в красивое, утопающее в зелени село Перевальное. С первых дней войны многие его жители ушли в армию, остались дома лишь старики, дети, женщины, подростки. Много горя пришлось им хлебнуть во время фашистской оккупации. Гитлеровцы грабили, жгли, насиловали, убивали...
В один из октябрьских дней 1943 года все жители села ушли в лес к партизанам.
Вскоре наступил час расплаты.
Это было 22 ноября. Три отряда 6-й партизанской бригады Северного соединения под командованием Георгия Свиридова уничтожили вражеский гарнизон. В результате боя 57 румынских солдат и один офицер были убиты, 13 солдат взяты в плен. Противник потерял множество боевой техники, военного имущества, восемь подвод с продовольствием. В боях отличились бойцы В. Совопуло, Г. Годлевский, В. Козина, А. Челединов, Вл. Тимофеев, медсестры Анна Фролова, Галина Смаженко...
От села Перевального незаметно начинается подъем на Ангарский перевал. Шоссе проходит в глубокой котловине между довольно высокими горами. На 26-м километре от Симферополя его пересекает лесная тропа. На ней от Южного к Северному соединению, где находился аэродром, шли связные, тянулись партизаны с носилками, неся тяжелораненых товарищей. Здесь народные мстители не раз, спускаясь с гор, совершали боевые операции или — бывало и так — отступали, теснимые превосходящими силами карателей. Это была дорога жизни и смерти. Нередко, переходя шоссе, партизаны сталкивались с засадой врага, завязывались бои, короткие и жестокие. Но чаще сами устраивали засады, нападали на транспорты противника, уничтожали его живую силу, связь, технику. Невозможно
перечислить и сотую долю этих операций. Остановимся лишь на некоторых.
3 ноября 1941 года 1-й Симферопольский отряд вел жестокий бой с врагом. Встретив сильнейший отпор народных мстителей, фашисты вынуждены были отступить.
15 ноября группа партизан под командованием Л. А. Вихмана вывела из строя три вражеские автомашины и уничтожила шестерых гитлеровцев.
26 ноября группа партизан 2-го. Симферопольского отряда под командованием 3. Ф. Амелинова напала иа автоколонну противника. Подбив первую машину, партизаны перекрыли дорогу. Образовалась пробка. Следующие за ней, не успев остановиться на крутом повороте, полетели под откос. Противник потерял девять автомашин, в том числе две легковые. В одной из грузовых машин оказались боеприпасы. Народные мстители подорвали их и отошли без потерь на свои базы.
29 ноября группой партизан 2-го Симферопольского отряда под. командованием Ф. А. Шейко были уничтожены в районе перевала две вражеские автомашины. Потери врага — пять человек убитыми.
Читатель не мог не заметить, что за один лишь месяц партизаны совершили в этом районе несколько операций. Так было на. протяжении всей оккупации: то один отряд, то другой выходил сюда, на эту дорогу, и, как правило, увеличивал свой боевой счет с противником.
Теперь на месте былых боев стоит памятник. Он прост и вместе с тем оригинален: глыба камня, высеченная в виде шапки-папахи, словно выросшая из земли. Посредине наискосок протянулась красная лента, тоже из камня. Это так называемая «партизанская шапка» — один из лучших монументов в честь народных мстителей. Отдельно от памятника на постаменте установлены стелы, на которых высечены имена героев-партизан, погибших за Родину, патриотов многих национальностей, сражавшихся плечом к плечу против общего врага.
Идею памятника подсказал один из руководителей партизанского движения в Крыму Н. Д. Луговой. Проект и эскиз создали художник Э. М. Грабовецкий, участник партизанских боев в Крыму, художник И. С. Петров, скульптор Б. Ю. Усачев, архитектор Л. П. Фруслов. Глыбу гранита привезли из Фрунзенского — поселка, расположенного на восточном склоне Аю-Дага. Сооружала его бригада строителей, среди которых были и партизаны. Открыт памятник 21 июля 1963 года. Все работы по проектированию, обработке глыбы, перевозке выполнены на общественных началах.
На фоне серо-зеленого крутого косогора конусообразный контур памятника всегда виден очень четко. В День Победы над фашистской Германией — это стало уже традицией — сюда, к скромному и вместе с тем величественному монументу, приезжают школьники, здесь партизаны и старые большевики повязывают им красные галстуки, здесь вступающим в комсомол вручают комсовюльские билеты.
От памятника шоссе поднимается на А игарский перевал. В годы Великой Отечественной войны и на перевале часто гремели выстрелы, горное эхо разносило далеко вокруг мощный гул взрывов.
Действия партизан начались здесь с первых дней оккупации. Боевые группы всех трех Симферопольских, Алуштинского, Зуйского, Биюк-Онларского отрядов, сменяя одна другую, а иной раз действуя совместно, совершали сюда незаметные вылазки и молниеносные рейды. В итоге враг терял убитыми и ранеными своих солдат и офицеров, выходил из строя фашистский транспорт...
Оккупационные власти в Крыму принимали чрезвычайные меры, чтобы обезопасить движение по дороге Симферополь—Алушта. На перевале разместился крупный вражеский гарнизон. По дороге непрерывно патрулировали фашистские солдаты, постреливая то в одну, то в другую сторону. Но это было только на руку партизанам. Обнаружив себя, патрули давали возможность совершить операцию в ином месте.
Безопасности движения гитлеровцы не добились до конца оккупации. Потери их от партизанских налетов и прицельного огня из засады были немалыми. А главное, врагу приходилось отвлекать войска с фронта на охрану тыловых объектов.
Уместно привести здесь несколько цифр. За два с половиной года крымские партизаны свыше тысячи раз нападали на колонны, обозы и группы оккупантов — это только на дорогах. В результате нападений было уничтожено более 10 тысяч фашистских солдат и офицеров, взорвано или повреждено 1940 автомашин, 13 танков, 3 бронемашины, 211 орудий разных калибров, 83 тягача. В боях партизаны регулярно брали трофеи — автомашины, оружие, боеприпасы...
От Ангарского перевала до Алушты дорога идет все время на спуск. На этом отрезке были особенно удобные места для боевых операций.
Перед селом Верхняя Кутузовка (б. Шумы) старая шоссейная дорога делала крутой зигзаг. В краеведческой литературе он известен под названием «Марусин поворот». С правой стороны дороги располагался высокий косогор, с левой — крутой обрыв. С этим-местом связано несколько легенд. Одна из них — довоенная — рассказывает об отважной девушке-партизанке Марусе, которая в годы гражданской войны пустила под откос машину с белогвардейскими: офицерами.
В Великую Отечественную войну родилась еще одна легенда. Героическая девушка обрела вторую жизнь, чтобы здесь, на повороте своего имени, еще раз совершить подвиг. Снова вела она машину с врагами. И снова не дрогнула ее рука, когда, круто повернув руль, направила она машину прямо в овраг. Кто знает, может быть, своим вторым рождением обязана легенда партизанам, ходившим на боевые операции к «Марусиному повороту»!..
Здесь, на легендарном повороте, как и на Ангарском перевале,, число операций не поддается учету. Они проводились на протяжении: всего периода оккупации.
19 ноября 1941 года 3-й Симферопольский отряд под командованием П. В. Макарова на одном из крутых спусков взорвал оползни. Движение по дороге было прервано на несколько суток.
8 декабря близ «Марусиного поворота» группа Ивана Крапивного «•ожгла две вражеские автомашины. Потери врага — пять человек убитыми.
20 января 1942 года в том же районе 3-й Симферопольский партизанский отряд уничтожил из засады три грузовые автомашины и одну легковую. Убиты один офицер и 19 солдат, четыре фашиста ранены.
Ис доезжая Алушты (примерно в двух километрах от нее) есть крутой поворот направо. Дорога уходит в глубь леса, на территорию Крымского государственного заповедно-охотничьего хозяйства.
. В 1941—1942 годах здесь находилось 10 партизанских отрядов: Алуштинский, три Симферопольских, Евпаторийский, Красноармейский, Ак-Шеихский, Ак-Мечетский, Ялтинский и Бахчисарайский. В заповедных лесах дислоцировался в ту пору штаб 3-го партизанского района под командованием Георгия Северского и Василия Никанорова; здесь же располагался штаб 4-го района под командованием Ивана Бортникова, а затем Ильи Вергасова. До марта 1942 года отсюда руководил крымскими партизанами Центральный штаб во главе с Алексеем Мокроусовым и Серафимом Мартыновым.
Зимой 1942/43 года заповедные леса составляли 1-й партизанский сектор. А в заключительный период народной борьбы, в 1943—1944 годах, хозяевами этого леса стали 4-я, 6-я и 7-я бригады Южного соединения. Командовал соединением Михаил Македонский, комиссаром был Мустафа Селимов.
На местах боев партизан установлены памятники, мемориальные доски, надгробные плиты. Увидеть их можно повсюду — на горах Черной и Чучели, в Центральной котловине, на Депорте, на кордонах Чериореченском, Светлая поляна, Рынковских, Буковского, на высоте Барлакош, у подножия горы Чатыр-Даг. Отсюда, из лесов заповедника, выходили на задания партизаны: нападали на военные объекты я гарнизоны врага, устраивали засады на шоссейных и железных дорогах, шли на связь с подпольщиками.
Уже с первых месяцев военных действий народные мстители прекратились в грозную силу для оккупантов. На Нюрнбергском процессе над главными немецкими преступниками генерал-фельдмаршал Машнтейн, командующий 11-й немецкой армией, говорил: «Партизаны стали реальной угрозой с того момента, как мы захватили Крым»
В конце ноября 1941 года Манштейн отдал приказ «Об организации и методах борьбы с партизанами». Приказ требовал «ликвидировать уже обнаруженные многочисленные партизанские отряды, не допустить образования новых вооруженных отрядов и таким образом обеспечить безопасность коммуникаций». В нем подчеркивалось, что решение этих задач является «важным предварительным условием» окончательной оккупации Крыма. При армии был создан специальный штаб по борьбе с партизанами. Первую крупную операцию штаб запланировал на декабрь 1941 года.
Готовясь ко второму штурму Севастополя, намеченному на 17 декабря, фашистское командование поставило перед собой задачу ликвидировать к этому времени все партизанские отряды. Для этой цели оно выделило крупные силы: румынский горнострелковый корпус, несколько истребительных дивизионов, кавалерийский полк и другие части.
В первых числах декабря карательная экспедиция приступила к прочесу лесов. Начались бои, которые длились с 12 по 16 декабря 1941 года. Отряды были так обложены противником, что выйти из окружения практически не представлялось возможным. Первыми приняли на себя огонь партизанские заставы и в течение нескольких часов сдерживали натиск врага. На помощь им подоспела небольшая группа моряков под командованием Л. А. Вихмана. Моряки дрались с невиданным упорством и задержали карателей до подхода других отрядов.
Враг начал окапываться. Получив подкрепление, он приступил к массированному обстрелу леса из пушек и минометов. Партизаны молчали. Не встретив ответного огня, каратели решили, что партизан нет, и двинулись вперед. Но вскоре они вынуждены были залечь — их обстреляла партизанская застава под командованием В. И. Бобылева. Горстка храбрецов оказала сильное сопротивление. Неравный поединок продолжался несколько часов.
Тем временем партизаны передислоцировались на господствующую высоту Чучель. Здесь заняли оборону все отряды. Бой разгорался. Противник имел большое численное преимущество. Однако партизаны сохраняли выдержку, стреляли только по видимым целям, наверняка. Уже несколько часов лес оглашался выстрелами, разрывами мин, криками, звуками сигнальных рожков и свистков.
Огонь фашистов с каждой минутой нарастал. Поэтому командоваиие партизан для дезориентации противника решило ударить с разных сторон. Группа под руководством Петра Фомина незамеченной вышла в тыл противнику и внезапно открыла огонь. Еще одна завязала бой на левом фланге. Карателей, видимо, мало прельщала возможность застрять в лесу на ночь. Послышались звуки рожков, и противник отошел. Партизаны ночью сменили свои позиции. Так закончился бой 12 декабря.
По расчетам командования района (Г. Л. Северский, В. И. Никаноров), новая позиция поставит врага в невыгодное положение. Ему придется глубже втянуться в лес, оторваться от дороги, по которой подбрасываются подкрепление и боеприпасы. Кроме того, противнику необходимо разведать местность, выяснить огневые точки партизан. А это даст возможность народным мстителям подготовиться к отражению атак. Расчет оправдался.
Отряды расположились на хребте, около небольшой горной речки Коса. Бойцы спешно отрывали окопы, создавали оборонительную линию. Гитлеровцы не появлялись почти два дня. Партизаны производили налеты из засад и наносили врагу ощутимый урон.
На третий день, 15 декабря, противник решил разделаться с партизанами массированной атакой. Он подтянул к их позициям новые силы и повел наступление. Бой длился десять часов. До сих пор враг не бросал столько войск, ни разу в пречесах не было такой плотности огня и продолжительности сражения. Фашисты стреляли трассирующими пулями, и над партизанской обороной возникал как бы сплошной светящийся шатер. Отходить уже было невозможно — это грозило неминуемым разгромом. Оставалось одно — нанести неожиданный удар по карателям с тыла или во фланг, чтобы дезориентировать противника, спутать его планы. Решали секунды. И, как всегда » такую минуту, среди партизан нашлись люди, готовые на все ради спасения товарищей. Г. Л. Северский в своих воспоминаниях так описывает эти минуты напряженного боя:
«В поисках выхода я взглянул на сидящего рядом командир» группы связных Федоренко... Заметив мой взгляд. Федоренко поднялся, четким военным шагом подошел, поднес руку к шапке: - Слушаю, товарищ командир.
— Обстановку видишь?
— Так точно.
Передай на левый фланг — пусть пришлют пять автоматчиков. Еще пятерых возьмешь здесь и вместе со всей группой проберешься в любом месте в тыл противника. Оттуда ударишь огнем, имитируй .атаку. Главное, побольше шума и треска. Ясно?
- Ясно, товарищ командир.
- Проберетесь?
- Проберемся. Можете не беспокоиться...»
Наступила самая тяжелая минута. Словно догадываясь о положении партизан, фашисты усилили огонь. Они готовились к решающей схватке. Вот небо прочертила красная ракета — сигнал врага к общей атаке. А группа Федоренко тем временем бесшумно обошла цепи гитлеровцев, и в момент, когда они поднялись, чтобы рвануться на партизан, в тылу фашистов раздались залпы, взрывы гранат, и такое могучее «ура» разнеслось по лесу, что карателям стало ясно — они в западне. Внезапный удар с тыла ошеломил противника. Поднялась беспорядочная стрельба. Вражеские солдаты в панике бросились бежать, оставляя на ноле боя боеприпасы, оружие, убитых и раненых.
В этом бою чудеса храбрости и выдержки показали все партизаны. .Умело руководили боем командир района Г. Л. Северский, комиссар В. И. Никаноров. В сложнейших условиях пришлось действовать начальнику разведки района Ф. А. Якустиди, разведчикам и проводникам Д. Д. Кособродову, Г. К. Рябошапко, Я. С. Кирейшину. Кособродов в этот день был тяжело ранен, но, когда нужно было разведать пути отхода партизан, он буквально ползком выбрался на высотку и нашел тропинку, не контролируемую врагом. Неоднократно поднимались в атаку Д. Ф. Ермаков, С. Е. Иванов, Н. И. Дементьев, А. А. Сермуль, Н. А. Сорока, А. Д. Махнев, Ф. И. Федоренко. И. В. Крапивный, В. Н. Ходорепко, И. Д. Третьяк-Подлинный героизм проявили партизанские медики — врач Полина Михайленко, медсестры Аня Науменко, Нора Давыдова, Галина Гавриш, боец Дуся Шершова, разведчицы Нина Усова и Катя Фед-ченко... Они наравне со всеми бойцами, каждую минуту рискуя жизнью, отражали яростные атаки фашистов.
16 декабря с утра противник предпринял новое наступление. Партизаны уклонились от боя. Учитывая исключительно тяжелое состояние бойцов, которым пришлось более двух недель отбиваться от наседавших карателей, командование приняло решение незаметно' оставить позиции и перебазироваться в другие леса.
Бои продолжались почти весь декабрь. Ушли каратели только в последних числах месяца, предварительно уничтожив все постройки в лесу, служившие жильем для партизан.
Немало народных мстителей полегло в бою. Наибольшие потери были в Ялтинском отряде. Однако противник потерял убитыми и ранеными значительно больше. Продолжавшееся более полумесяца наступление провалилось. В ходе боев отрабатывалась тактика партизанской борьбы. Народные мстители научились бить врага малым количеством, нападая внезапно в тех местах, где противник менее всего этого ожидал.
Командование 11-й немецкой армии пустило слух об «огромных потерях» партизан. Генерал-фельдмаршал Мапштейн после окончания боев направил начальству доклад о своих мнимых победах. Признав, что для этого пришлось «отвлекать войска», он приводил фантастические цифры убитых и взятых п плен.
Фашистское командование в сводке главной квартиры фюрера сообщало: «В результате принятых решительных действий на Южном берегу Крыма партизанские отряды уничтожены и миновала опасность удара с тыла под Севастополем». Но это сообщение, как вскоре убедились фюрер и его окружение, было преждевременным. Партизаны, перегруппировав свои силы, наносят по оккупантам один за другим сокрушительные удары. Фашистскому командованию потребовалось для уничтожения уже «уничтоженных» им партизан вновь посылать в лес 20-тысячную армию.
После того как наши войска оставили город Севастополь, гитлеровцы проводят очередной крупномасштабный прочес крымских лесов. К этой операции они готовились особенно тщательно. Все началось с «психологической обработки». Каждый день над партизанскими лагерями появлялись вражеские самолеты и сбрасывали листовки. Враг пытался посеять среди партизан панику и убедить их в безнадежности борьбы. Листовки призывали к «благоразумию» и добровольной сдаче в плен, угрожая полным и беспощадным истреблением всех несдавшихся партизан и их семей. В лес забрасывались листовки-пропуска, в которых подробно разъяснялся порядок сдачи в плен. Но тщетны были попытки гитлеровцев.
В середине июля начались бои. Многочисленная, вооруженная до зубов фашистская рать двинулась в леса. Учитывая соотношение «ил, партизанское командование выработало особую тактику: уклоняться от прямого боя и, умело маневрируя, отходить в места, не доступные карателям.
19 июля 1942 года фашистские войска, не добившись успеха, покинули лес. Народные мстители полностью сохранили свой личный состав, а фашисты в стычках и перестрелках потеряли свыше сотни человек.
После прочеса 3-го партизанского района противник перегруппировал силы и бросил войска против партизан, находившихся в зуйских, а затем в карасубазарских (белогорских) лесах. Об этом мы расскажем позже, когда речь пойдет о маршруте Симферополь —Феодосия. Новая попытка уничтожить партизан была предпринята осенью 1943 года, когда Красная Армия уже вплотную придвинулась к Крыму и готовилась к нанесению решающего удара. Оккупанты стремились обезопасить движение на крымских дорогах, по которым фашистские войска поддерживали связь с Севастополем и Керчью. На эти коммуникации часто нападали партизаны, базировавшиеся в горной части Крыма. Кроме того, партизанские отряды представляли реальную угрозу для оккупационных войск, особенно в случае успешного прорыва Красной Армией фашистских оборонительных рубежей.
По приказу ставки Гитлера командование немецко-румынских войск развернуло в Крыму самое крупное и длительное за все время оккупации наступление против партизан. С этой целью из-под Перекопа и Керчи были переброшены войска. Операция против партизан Южного соединения началась утром 8 марта 1944 года. Подразделения гитлеровцев (в количестве примерно одного полка) двинулись в направлении села Саблы , села Бешуй и далее в расположение отрядов 4-й бригады (командир Христофор Чусси). Первой вступила в бой застава 7-го партизанского отряда. Своими силами она задержала на некоторое время наступление и помогла отряду подготовиться к встрече с врагом. Партизаны заняли оборону на северной окраине села Бешуй.
На следующий день, 9 марта, гитлеровцы новели наступление. Под покровом тумана они пытались зайти в тыл 2-го и 3-го отрядов, однако безуспешно. 10, 11, 12 марта противник вел сильный артиллерийский и минометный огонь по расположению отрядов 4-й бригады. Несмотря на это, партизаны прочно удерживали линию обороны и не допускали карателей в лес.
Одновременно около двух полков вражеской пехоты были брошены против отрядов 6-й бригады (командир Михаил Самойленко). Народные мстители, уклонившись от прямого столкновения, в течение четырех суток мелкими группами совершали смелые и точные налеты на позиции карателей.
Третья группа вражеских войск атаковала отряды 7-й бригады (командир Леонид Вихман). Против них действовали особенно крупные силы врага — пехота, артиллерия, танки, бронемашины. Утром 12 марта начался бой. Первым вступил в схватку с оккупантами 10-й отряд (командир Иван Крапивный). Фашисты выпустили тысячи снарядов из минометов и горных пушек, простреливали чуть ли не каждый метр партизанской обороны, несколько раз шли в атаку. Только к вечеру отряд по приказу командира покинул свои позиции. Бои продолжались весь март и завершились лишь в начале апреля полным провалом карательной экспедиции. Противнику и на этот рая не удалось уничтожить партизан.
Итак, ознакомившись с местами боевой славы партизан в заповедных лесах, продолжаем наш путь. Надо, впрочем, оговориться: знакомство было заочным, умозрительным, поскольку свободный доступ в Крымское заповедно-охотничье хозяйство закрыт, попасть на его территорию можно лишь по специальному пропуску.
Ближайший к заповеднику город — Алушта, куда мы и направляемся.

АЛУШТА. Война не обошла стороной и этот курортный городок. Осенью 1941 года районная партийная организация сформировала партизанский отряд, который дислоцировался в лесах заповедника. Командиром его стал директор совхоза «Кастель» С. Е. Иванов, комиссаром — секретарь райкома партии В. Г. Еременко.
Тогда же отряд пополнился офицерами и солдатами Красной Армии, которым удалось вырваться из вражеского окружения. В отряд пришли военнослужащие Даниил Ермаков, Федор Шрамов, Александр Махнев и другие, ставшие впоследствии прославленными партизанами. В ноябре 1941 года в отряд влилась группа моряков во главе с II. А. Матыщуком. Уже в первых боях с фашистами особо отличились командир группы и бойцы В. К. Колисничепко, М. М. Симоненко. Почти во всех боевых операциях участвовала вместе с моряками Галина Гавриш. Девушку с санитарной сумкой и автоматом можно было видеть повсюду — в засадах на шоссейных дорогах, во время рейдов на гарнизоны врага, в жарких схватках с карателями... Немало славных операций на счету Алуштинского партизанского отряда. Как-то командование отряда дало задание Александру Аушеву, Георгию Федотову и Николаю Старостенко проникнуть в Алушту, установить численность гарнизона, выявить огневые точки врага и связаться с товарищами по подполью. На одной из улиц разведчиков остановил патруль. Федотов, затягивая время, стал искать в карманах пропуск. Улучив момент, Старостенко и Аушев молниеносно выхватили пистолеты и покончили с гитлеровцами. Поднялась тревога. Страх перед партизанами заставил фашистов палить почти до рассвета. А народные мстители, укрывшись в кустарнике, засекли расположение огневых точек врага.
Когда в конце декабря 1941 года на Керченском полуострове высадился советский десант, из-под Севастополя двинулась туда гитлеровская дивизия. Партизаны решили задержать вражеское соединение как можно дольше. Не только Алуштинский, но и другие отряды взяли под контроль каждый километр южнобережного шоссе. Однажды ночью взлетели в воздух все мосты. Потом были сделаны завалы. Бойцы Алуштинского отряда совершили здесь, на шоссе в районе Кастельского перевала, только против этой дивизии семь боевых операций.
Большой популярностью в отряде пользовались отважные разведчики Михаил Глазкрицкий и Николай Багликов. Они оба погибли при выполнении боевого задания. В центре Алушты, в молодом парке на берегу моря, рядом с памятником членам правительства Республики Тавриды, где покоится тело первого алуштинского комиссара труда Тимофея Багликова, трудящиеся города похоронили его сына Николая и Михаила Глазкрицкого.
В период оккупации в Алуште действовала подпольная группа под руководством Ирины Вяловой. Отважно боролись с врагом подпольщики Павел Бубенчиков, Полина Ерморченко, Зоя Ивочкииа, Вера Соколова, Николай Томилин.
Неоднократно снабжал подпольщиков и партизан ценной разведывательной информацией комсомолец Абдулла Аппазов. Вскоре после разгрома фашистов под Сталинградом, когда деятельность подпольной организации активизировалась, Аппазов получил ответственное задание: произвести взрыв в кинотеатре «Южный», в котором гитлеровцы устраивали свои собрания. Поначалу все шло успешно, но на чердаке здания патриота обнаружили фашисты. В перестрелке один солдат был убит, другой ранен. Гитлеровцы открыли огонь из автоматов, винтовок, пулеметов. Затем несколько раз пытались взять Аппазова живым, однако он хладнокровно и искусно — то очередью из автомата, то гранатой — отбивал атаки. Тогда враги подтащили к кинотеатру две малокалиберные пушки. Снарядами была разбита крыша, здание загорелось... В неравном бою Аппазов погиб смертью героя.
Гитлеровцам удалось напасть на след подпольной организации. Большинство подпольщиков было схвачено карателями и расстреляно.
Алуштинцы хранят память о своих земляках, павших в борьбе с гитлеровскими захватчиками. Именами Марии Горбачевой, Нины Снежковой, Николая Багликова, Михаила Глазкрицкого, Ивана Крапивного и других названы улицы города, пионерские дружины и отряды.
Героям посвящена экспозиция городского краеведческого музея. 27 ноября 1981 года открыт памятник алуштинским партизанам и подпольщикам. Он расположен близ троллейбусной трассы, ведущейв Ялту. На этой коммуникации Алуштинский партизанский отряд совершил 45 крупных боевых операций.
Памятник прост и вместе с тем выразителен. Авторы проекта — скульптор Ф. И. Алещенко, архитектор И. Т. Семеняка. Работу по-сооружению памятника выполнил коллектив специализированного ремонтно-строительного управления № 3 «Крымспецгидроремстрой».
Большую помощь авторам проекта и строителям оказали многие алуштинские предприятия и организации, председатель городской секции бывших партизан и подпольщиков В. П. Талышев, бывший командир группы Алуштинского отряда Н. А. Матыщук.
Наш путь — на восток, к столице курортного Южнобережья, всемирно известному городу-курорту Ялте. На всем протяжении дороги от Алушты до Ялты весь период партизанской войны происходили схватки с оккупантами. Расскажем об одной из них.
Январской ночью 1942 года к шоссе возле поселка Гурзуф спустилась диверсионная группа под командованием Николая Кривошты. Партизаны залегли метрах в пяти от шоссе. Место было выбрано очень удачно: дорога просматривалась в обе стороны довольно далеко.
Промчался патруль на трех мотоциклах, за ним легковая машина. Затем со стороны гурзуфского моста послышался гул, на повороте показалась семитонка. Когда она поравнялась с засадой, Кривошта скомандовал: «К бою!» — и тут же метнул противотанковую-гранату. Гулким эхом раскатился в горах взрыв. Фашисты выскакивали из крытого брезентом кузова прямо под автоматный огонь-народных мстителей. Трое партизан расстреливали врага в упор. Сам Кривошта бросился к кабине. Навстречу ему полоснула очередь, но он успел вскочить на брезентовую крышу и нескольким» выстрелами покончил с гитлеровцами, сидевшими в кабине.
Нагруженные трофеями партизаны уходили в горы. Не сразу опомнились фашисты, и группа была уже далеко, когда вспыхнула внизу на шоссе стрельба. Однако углубляться в лес гитлеровцы не решились, а вскоре и стрельба стихла.
Множество смелых операций совершено здесь, на южнобережном шоссе, партизанами. Их боевые группы устраивали засады у села Никита (нынешнее Ботаническое), у поселка Массандра. Не один десяток убитых вражеских солдат, взорванных автомашин — таков счет народной мести фашистам. Геройски проявили себя в этих операциях командир отряда Николай Кривошта, отважные бойцы Иван Расторгуев, Тимофей Сергеев, Александр Смирнов, Николай Туркин, Анастасий Волгин, Дмитрий Ермолаев...

ЯЛТА. В октябре 1941 года, еще до вторжения оккупантов в город, был сформирован партизанский отряд численностью свыше 90 человек. В него вступили жители Ялты и А лупки и южнобережных поселков — Гурзуфа, Кореиза, Гаспры, Мисхора, Симеиза... Командиром отряда стал коммунист Д. Г. Мошкарин — директор треста общественного питания, начальником штаба — председатель горсовета депутатов трудящихся Н. Н. Тамарлы, комиссаром — сотрудник Осоавиахима С. Н. Белобродский. В отряд вступили заместитель директора Института климатотерапии А. Королев, рабочий совхоза «Гурзуф» С. Зоренко, моторист Ялтинского освода А. Серебряков, врач А. Фадеева, служащий С. Становский, ученик десятого класса Миша Горемыкин и другие.
Ялтинский отряд развернул боевые действия на участке южнобережного шоссе от Алушты до Алупки. Народные мстители взрывали мосты, портили линии связи, уничтожали вражеские автомашины. В результате партизанских диверсий на дороге возникали завалы, и тогда на длительное время останавливалось движение. За короткое время (около 9 месяцев) ялтинцы провели 07 боевых операций, в ходе которых захвачена радиостанция, выведено из строя 19 автомашин и несколько мостов, повреждены десятки километров линии связи. Партизанскими пулями сражен 201 вражеский солдат и офицер.
В жестоком неравном бою в декабре 1941 года пали смертью храбрых командир отряда Д. Г. Мошкарин, комиссар С. Н. Белобродский, начальник штаба Н. Н. Тамарлы, врач А. Н. Фадеева и другие.
Несмотря на потери и, казалось, непреодолимые трудности (не хватало оружия, боеприпасов, продовольствия), борьба продолжалась. Отряд возглавил в этот период Н. П. Кривошта, комиссаром стал А. II. Кучер.В июле 1942 года ялтинские партизаны были объединены с севастопольскими. Объединенный отряд продолжал борьбу с врагом д» конца сентября 1942 года.
Мужественно сражались с фашистами ялтинские подпольщики. Патриоты распространяли листовки, сводки Совинформбюро, вели устную пропаганду, совершали диверсии в порту, на предприятиях в фашистских учреждениях.
Городская партийная организация оставила в подполье коммунистов, комсомольцев. С первых дней оккупации комсомолка Надя: Ливанова сумела объединить вокруг себя друзей — учащихся старших классов 3-й средней школы, комсоргом которой она была до войны. Ливанова побывала в партизанском отряде и установила с ним надежную связь.
В один из декабрьских дней 1941 года в районе Приморского' парка, там, где 18 августа 1920 года белогвардейцы казнили комсомольцев-подпольщиков Ялты, собрались отважные патриоты и дали клятву беспощадно мстить ненавистному врагу. Слова клятвы особенно торжественно звучали здесь, на месте казни героев гражданской войны: «Я, член Ленинского комсомола, клянусь перед лицом своей Родины священной памятью погибших товарищей, что буду смелым и мужественным в борьбе с фашистскими захватчиками. Я клянусь, что никакие пытки врага не заставят меня разгласить тайну нашей организации...» Под клятвой патриотов было поставлено 9 подписей.
Молодые подпольщики постоянно информировали ялтинцев о героической борьбе Красной Армии на фронтах, о самоотверженном труде рабочего класса и крестьянства в советском тылу, об успехах антифашистов за рубежом.
В борьбе с фашистской дезинформацией комсомольцы проявили много находчивости, смекалки. Старожилам города памятен такой, случай. Городская управа в воскресные дни не работала. Именно в один из таких дней у здания управы собралось много народу. Взоры всех были прикованы к витрине: «Ялтинская городская управа извещает жителей города», а ниже на листе ватмана — крупными буквами: «О разгроме немецко-фашистских войск под; Москвой».
Помнят ялтинцы и о том, как покарали подпольщики кровавого палача-садиста Отто Шреве. Он руководил расстрелом мирных жителей у массандровского обрыва, по его приказу были истреблены семьи ялтинских коммунистов. Патриоты уничтожили Отто Шреве.
В январе 1942 года гитлеровцам удалось напасть на след организации и арестовать ее руководителя Надю Лисапову. Больше месяца пробыла отважная девушка в фашистском застенке. Ее жестоко пытали, ей сулили жизнь и свободу и всяческие блага в обмен на предательство и снова пытали. Надя молчала. Во время допроса она гордо заявила: «Я комсомолка и предателем не стану никогда...» 24 февраля 1942 года ее расстреляли.
В конце 1942 года в Ялте развернула работу подпольная организация под руководством Андрея Игнатьевича Казанцева. 6 июля 1943 года подпольщики выпустили первый номер газеты «Крымская правда». Газету читали на Южном берегу и за его пределами. Почти в каждом номере печатались сводки Совинформбюро. 15 сентября 1943 года в обращении «К народам Крыма» газета писала: «Товарищи! Еще раз весь мир убеждается в могуществе нашей Красной Армии. Близок тот день, когда фашистские псы будут изгнаны из пределов Крыма...»
В дни советских праздников выходили специальные выпуски «Крымской правды» — в честь XXVI годовщины Великого Октября, XXVI годовщины Красной Армии... Газета проникала и в части РОА — «Русской освободительной армии», сформированной генералом-предателем Власовым. Правдивое слово подпольщиков вызывало горячий отклик среди насильно мобилизованных солдат этой армии. Многим из них газета помогла порвать с изменниками Родины и найти свое место среди подлинных патриотов...
Фашисты производили повальные обыски, надеясь найти подпольную типографию, но газета продолжала выходить. В сентябре 1943 года около 60 подпольщиков, в том числе сотрудники редакции «Крымской правды» и руководитель подполья А. И. Казанцев, были переведены в лес. Газета продолжала издаваться в лесу вплоть до освобождения Крыма.
Ялтинские подпольщики провели немало диверсий. Они сожгли лесопилку в Ливадийской слободке; вывели из строя несколько тран-спортпых будок, аппаратуру фашистской радиостанции, 83 автомашины, вылили около трех тонн бензина, привели в негодность большие холодильники. Патриотической группой на электростанции, которой руководил Антон Мицко, были сожжены генераторы. До конца оккупации гитлеровцы так и не смогли пустить станцию на полную мощность.
С помощью провокаторов фашисты нащупали следы организации. Последовали обыски, аресты. От рук гитлеровских палачей погибли Антон Мицко, Сергей Донец, Митрофан Клименко и другие активные подпольщики.
Из патриотов, ушедших в лес, в ноябре 1943 года был сформирован 10-й партизанский отряд, командиром которого стал Иван Крапивный, а комиссаром — Михаил Сохань. В апреле 1944 года подпольщики Ялты в составе 10-го отряда участвовали в освобождении города и всего Южного берега от фашистов.
Готовясь к отступлению, гитлеровцы намеревались взорвать дворцы, дачи, санатории, винкомбинат «Массандра» и другие крупные курортные и промышленные объекты. «Большевикам дворцы не нужны, пусть живут в хижинах»,— цинично заявил последний фашистский комендант зоны «В» (участка от Фороса до Алушты) штандартенфюрер СС Бенкендорф.
Партизаны помешали гитлеровцам осуществить эту варварскую затею. Обезвредить фашистских диверсантов было поручено 7-й партизанской бригаде. Отряд под командованием Сергея Лаврентьева и Михаила Голдовского 12 и 13 апреля вел бой с противником в районе поселка Массандра. Благодаря решительным действиям партизан и рабочих комбината оборудование предприятия и его подвалы остались невредимыми.
Вместе с воинами Красной Армии вступил в город 10-й отряд партизан. Ялтинцы со слезами радости встречали освободителей...
В трех километрах от Ялты расположен поселок Ливадия: Знаменит он не только своим дворцом и парком, но и теми событиями, которые здесь происходили: в 1925 году в бывшей летней царской резиденции был открыт первый в мире крестьянский санаторий, а двадцать лет спустя в том же здании состоялась историческая Ялтинвская (Крымская) конференция глав правительств трех союзных держав антигитлеровской коалиции — СССР, США и Великобритании.
А менее чем за год до этого в Ливадии еще хозяйничали фашисты. Следы их пребывания явственно видели участники конференции...
Гитлеровские войска оккупировали поселок 6 ноября 1941 года. На территории Ливадии разместились части немецкой береговой зенитной артиллерии и румынский стрелковый батальон. Для укрытид огневых точек оккупанты спилили в парке многие деревья и стянули их к берегу.
В феврале 1943 года в поселке начала действовать подпольная патриотическая группа. Возглавил ее офицер Красной Армии Н. Т.Чу-дин. Патриоты находили советские листовки, сбрасываемые с самолетов, размножали их от руки и распространяли среди населения, солдат оккупационной армии и РОА. Агитация шла успешно. Подпольщикам удалось привлечь на свою сторону, а затем отправить в лес к партизанам многих солдат, насильно мобилизованных на службу в РОА. Были переправлены в партизанский лес и некоторые военнослужащие румынской армии.
Со временем рукописные листовки сменила газета, отпечатанная типографским способом: Н. Т. Чудин связался с подпольщиками Ялты, и от них стала поступать в Ливадию «Крымская правда». Летом 1943 года группа Чудина полностью влилась в Ялтинскую организацию и работала непосредственно под ее руководством.
О том, насколько действенным было слово подпольщиков, красноречиво говорят скупые строчки отчета. Приведем несколько выдержек. «Особенно подверглись разложению части РОА... Были дни, когда утром оторопевшие немцы не знали, какие принимать меры к еще оставшимся у них «добровольцам», так как проводники-подпольщики уводили людей сразу с нескольких военных объектов». И далее: «В ноябре 1943 г. ушла одновременно группа «добровольцев», бросив посты и караулы, из порта Ялты, с Ливадийской батареи, е прожекторной роты, и на следующий день ушли почти все посты СД, предоставив возможность заключенным самостоятельно разойтись из камеры».
Подпольщики иод руководством Н. Т. Чудина постоянно следили за передвижениями противника, знали, где расположены его огневые точки, склады, казармы. Все эти данные были нанесены на карту, которая очень пригодилась партизанам, а затем и командованию Красной Армии.
Осенью 1943 года большая группа патриотов ушла в партизанский отряд и принимала участие в боевых операциях.
Кроме группы Н. Т. Чудина, в Ливадии плодотворно работало подполье необычное, в своем роде даже уникальное. Оно состояло из одного человека — радистки А. К. Шульги. С ноября 1943-го по апрель 1944 года она регулярно поддерживала связь с разведотделом штаба Черноморского флота. От нее поступили в штаб флота сотни ценных разведданных о противнике.
16 апреля 1944 года Ливадия была очищена от оккупантов. Страшная картина разрушений предстала перед глазами воинов-освободителей: уцелело всего 19 домов из 110!..
Экскурсантам, знакомящимся с поселком, запомнится наверняка не только дворец, но и монумент неподалеку от него — дань нашей памяти воинам Красной Армии, партизанам и подпольщикам, отдавшим жизнь за Родину.
Одна из природных достопримечательностей Ялты —- гора Ай-Петри. Это излюбленное место паломничества туристов увековечено в сотнях книг, альбомов, открыток. Мирная гора под мирным небом помнит и иные, суровые времена, когда здесь гремели бои, лилась кровь советских людей. Об одном из этих боев — наш рассказ.
13 декабря 1941 года, во время первого большого прочеса, гитлеровские каратели пошли в наступление на Ялтинский отряд, базировавшийся в районе Узенбашской троны, выше села Кучук-Озен-баш .Численное превосходство противника было очевидным. Партизаны отходили в глубь лесов. Каратели обошли отряд с флангов, все туже сжималось кольцо окружения. И тогда смельчаки во главе с Петром Седых бросились на врага. Отвлекая внимание от основных сил отряда, принимая на себя вражеский огонь, они дали возможность отряду оторваться от противника. Часть партизан во главе с командиром 4-го района генерал-майором Д. И. Аверкиным, командиром отряда Д. Г. Мошкариным и комиссаром С. Н. Белобродским вышла на Ай-Петринскую яйлу, но здесь они внезапно столкнулись с карателями. Завязался неравный бой. Несколько часов горстка народных мстителей билась с врагом до последнего патрона — последний каждый берег для себя.
На плато Аи-Петри установлен памятник погибшим в боях партизанам.
В 15 километрах от Ялты, у подножия горы Ай-Нетри, приютился небольшой курортный поселок Кореиз. В годы Великой Отечественной войны 1200 жителей поселка сражались на фронтах, свыше тысячи из них' удостоены высоких правительственных наград. Боевая слава поселка — это и подвиги бойцов коммунистического подполья, во главе которого стояла врач Людмила Ивановна Пригон.
Ядром этой группы был коллектив Кореизской больницы. Подпольщики поддерживали тесную связь с 10-м партизанским отрядом и работали по его заданиям. Сама специфика их профессии (большинство патриотов составляли медики) подсказала основное направление деятельности группы: она многое сделала, чтобы уберечь советских людей, прежде всего молодежь, от угона в фашистскую Германию.
Жителей поселка, которым предстояла отправка на каторжные работы, патриоты помещали в больницу. Здесь абсолютно здоровым людям накладывали шины, гипсовые повязки, определяли их в инфекционное отделение, выдавали «пациентам» медицинские справки о ложных болезнях. В больницу приходили связные партизан. Чтобы не привлечь внимание фашистов, связные становились «больными» и, расположившись в палатах, подальше от постороннего ока, ожидали, пока будут добыты необходимые для леса сведения.
Из Кореизской больницы поступали не только разведданные. Подпольщица Ксения Аитрохина несколько раз в непогоду, преодолевая немалое расстояние но пересеченной местности, доставляла партизанам медикаменты, перевязочные материалы.
Группа неоднократно оказывала помощь отряду продовольствием. Из партизанского отряда в Кореиз связные партизан и подполья приносили листовки, газеты со сводками Совинформбюро. В своих воспоминаниях руководитель группы Л. И. Пригон пишет: «Листовки и газеты имели неоценимое значение, они вселяли надежду и уверенность... призывали к борьбе».
В начальный период оккупации патриотам пришлось работать не покладая рук, чтобы спасти медицинское оборудование, аппаратуру, книги и другие ценности близлежащих здравниц, не успевших эвакуировать свое имущество. Все это хранилось в подвалах и специально устроенных укрытиях на территории больницы, а в 1944— 1945 годах было передано по назначению.
Подпольщики сохранили знамя Кореизской больницы, которое экспонируется ныне в Ялтинском историческом музее. Об этом рассказывает Л. И. Пригон: «Где мы его только не прятали: закапывали в землю, спускали в каменные колодцы, на чердаках, а во время облав подкладывали даже на операционный стол...»
Когда настал час освобождения, члены группы, совместно с партизанами, спустившимися с гор, участвовали в изгнании фашистов. На этот раз, как и в первые дни оккупации, они уберегли народное достояние — общественные и жилые здания, их имущество — от порчи и уничтожения.
За два с половиной года борьбы кореизские подпольщики многократно шли на смертельный риск. И днем и ночью их подстерегала опасность — неожиданный обыск, арест, фашистский застенок... Однако соблюдались все меры предосторожности. Это тоже сыграло свою роль: группа не была раскрыта. Единственную, но тяжкую утрату понесли патриоты за три дня до освобождения поселка: погибла от рук палачей Ксения Антрохина — ее выдал предатель.
На здании Кореизской больницы установлена мемориальная доска, увековечившая подвиг советских патриотов, а в центре поселка — памятник воинам Красной Армии, партизанам и подпольщикам периода Великой Отечественной войны.

АЛУПКА. Ареной героических событий был и маленький курортпый городок Алупка. Уже с первых дней оккупации вступила в борьбу с фашистами подпольная комсомольская организация. Ее создали комсомольцы братья Гавырины — Александр и Владимир.Как и многие другие патриоты Крыма, алупкинские комсомольцы начали свою деятельность с листовок. Чтобы не выдать себя, писали левой рукой печатными буквами. Несколько позже им удалось раздобыть пишущую машинку. Тираж листовок возрос. Появилась возможность чаще и оперативнее откликаться на злободневные темы, вести просветительную работу, черпая информацию из сводок Совинформбюро.
Готовясь к вооруженной борьбе, патриоты накапливали оружие, которое они прятали в специально оборудованном тайнике. Ребята ухитрялись «реквизировать» его на вражеских складах, в обозах, направлявшихся через Алупку в Севастополь.
В подвале дома Гавыриных хранилась библиотека, принадлежавшая отцу организаторов подполья, старому большевику, который сражался на фронте. Среди книг было немало бесценных реликвий. Часто ребята, прихватив свечу, забирались в темный подвал и часами просиживали там, читая и обсуждая работы Владимира Ильича Ленина.
Установить связь с партизанами помог патриотам отец подпольщицы Лиды Горемыкиной — Гавриил Иванович. Участник гражданской войны, коммунист с дореволюционным стажем, Г. И. Горемыкин вместе с сыном Михаилом ушел лес и воевал в составе Ялтинского партизанского отряда. Это был прекрасный разведчик, опытный конспиратор. По заданию командования он несколько раз наведывался в Алупку. Вступив в контакт с молодыми подпольщиками, передавал им из лесу задания, помогал советами. В отряд поступала из комсомольского подполья ценная разведывательная информация.
Жизнь Г. И. Горемыкина оборвалась трагически. В конце декабря 1941 года он пришел с заданием в Кореиз, а затем в Алупку, но из-за сильных морозов простудился и заболел воспалением легких. Пришлось сверх обычного задержаться дома. О его приходе стало известно врагам. В дом нагрянули каратели. Вместе с Гавриилом Ивановичем в фашистский застенок попали его жена ЕлизаветаФедоровна и дочь Лида. 7 января 1942 года после допросов и пыток всех троих повесили на набережной Ялты.
Подпольщики пытались наладить связь с партизанами, однако безуспешно. А вскоре последовал новый удар — в организацию проник провокатор. Почти все активисты подполья были схвачены и подверглись жестоким пыткам. Никто из них не выдал товарищей, не поддался на посулы палачей.
В марте 1942 года на площади в Алупке были повешены братья Гавырины. В Симеизе фашисты арестовали и расстреляли их сестру Лину (Текстилину) Гавырину и Павла Асаулюка, в Ялте — Люсю Кузерину. Несколько участников комсомольского подполья, которым удалось избежать ареста, в 1943 году ушли в лес к партизанам.
В Алупке, на центральной площади, где были казнены братья Гавырины, высится ныне памятник отважным патриотам, отдавшим жизнь за Родину. Их имена не забыты. В городе есть улицы Гавыриных, Кузериной, Асаулюка.
Следующий населенный пункт на нашем пути — поселок Симеиз, расположенный в 20 километрах к юго-западу от Ялты. С первых дней войны многие его жители ушли на фронт и самоотверженно сражались с фашистами. Некоторые имена широко известны. Артиллерист гвардии сержант Н. Т. Васильченко удостоен звания Героя Советского Союза. Славный боевой путь прошел ученый-астроном И. Г. Моисеев. Ему довелось воевать в составе партизанских отрядов Украины, Белоруссии, Молдавии. В дальнейшем судьба забросила Моисеева в Словакию. Как боец-интернационалист он боролся против фашистов плечом к плечу со словацкими партизанами, участвовал в народном восстании 1944 года, в изгнании гитлеровцев с территории страны...
Фашистские войска захватили Симеиз 8 ноября 1941 года. «Новый порядок» устанавливался здесь, как и повсюду на оккупационной территории, жестоко и беспощадно. Гитлеровцы жгли, ломали, разрушали. Сильно пострадали от их хозяйничанья обсерватория, здравницы, школа, летний курортный зал, амбулатория, клуб... Многие ценности, в том числе научная библиотека обсерватории, были вывезены в Германию.Еще до прихода оккупантов 11 жителей поселка влились в формировавшийся Ялтинский партизанский отряд. В мае 1943 года ь Симеизе начала действовать подпольная патриотическая группа во главе с Г. С. Леоненко.
Симеизское подполье успешно вело пропагандистскую работу и саботаж разного рода фашистских «мероприятий». Так, в значительной мере благодаря подпольщикам не удалось гитлеровцам организовать сбор теплых вещей для германской армии.
Патриоты раздобыли радиоприемник, установили его на конспиративной квартире и регулярно принимали сводки Совинформбюро. На следующий же день советские люди узнавали из листовок, разбросанных по поселку, о действительном положении на советско-германском фронте.
Осенью 1943 года подпольщики установили связь с партизанами и с этого времени постоянно выполняли задания штаба Южного соединения. Особенно полезна была для партизан и для командеования Красной Армии их разведывательная деятельность: в лес поступала информация обо всем, что предпринималось фашистами на участке побережья от Симеиза до Севастополя.
В патриотическом движении участвовали не только взрослые, но и дети. Пионер-подпольщик Л. Ермаков (ныне он работает в Симеизе врачом), рискуя жизнью, спас несколько красных знамен. Когда в апреле 1944-го жители поселка встречали воинов-освободителей, на главной улице реяли кумачовые полотнища...
В центре поселка установлен памятник симеизским патриотам, погибшим в годы Великой Отечественной войны.
На всем протяжении пути от Алупки до Севастополя активно действовали Севастопольский, Балаклавский, А к-Мечетский, Евпаторийский и другие отряды. Партизаны взрывали мосты, устраивали на дорогах завалы, из засад забрасывали фашистские автомашины гранатами. И всегда появлялись внезапно, стремительно...
Недалеко от Алупки находится так называемая Чертова лестница (она же Шайтан-Мердвен). Этим горным проходом пользовались еще в глубокой древности и позднее, вплоть до прошлого столетия. Огромные ступени, каждая из которых целая глыба — не поймешь, то ли это природа изваяла лестницу, то ли человек, затратив колоссальную силу. Трудно преодолеть крутые, обкатанные временем ступени. В дождь, в снег, в гололед кажутся они совершенно неприступными, в непогоду ветер ревет над ними — того и гляди сорвет со ступеней, бросит вниз...
И все же Чертова лестница — единственный в этих местах спуск с плато к южнобережному шоссе. Партизаны ходили этим путем на боевые задания. Да;ке в отчаянный гололед, даже под штормовым ветром спускались к шоссе, чтобы обрушиться на врага там, где он меньше всего ожидал удара, и тогда, когда его совсем не ожидал.
Теперь по Чертовой лестнице на южнобережное шоссе спускаются туристы. По ней можно подняться к урочищу Чайный домик, где базировался Севастопольский партизанский отряд. Он неоднократно наносил удары по врагу именно в этом районе. Сюда на операции выходили группы под командованием Алексея Черникова, Михаила Томенко, Митрофана Зинченко, Александра Терлецкого.
Вот лишь несколько фактов.
20 января 1942 года группа партизан под командованием М. Ф. Томенко совершила успешное нападение на обоз противника.
29 мая 1942 года партизаны (командир группы А. П. Черников) из засады разбили легковую автомашину. Убиты два вражеских офицера и шофер. Одновременно было уничтожено до 500 метров телефонного провода.
22 июня народные мстители (возглавлял их все тот же Алексей Черников) вывели из строя трехтонную автомашину. Для восьмерых гитлеровцев этот участок дороги стал последним нолем боя.
Перевал Байдарские ворота — место многих партизанских операций — связан с именем лейтенанта Александра Терлецкого. Перед Великой Отечественной войной он был начальником погранзаставы. В ноябре 1941 года пограничники под командованием Александра Степановича более двух суток сдерживали у Байдарских ворот рвавшегося к Севастополю врага. Только пятеро пограничников уцелело в этом бою. С ними Терлецкий горными тропами пробрался в партизанский отряд. Не раз водил он своих бойцов к этой ключевой точке шоссе... Февральской ночью 1942 года с очередного аадапия Терлецкий не вернулся. Раненный осколком мины, он был схначсн врагами и после пыток повешен.
По всей дороге от Алунки до Севастополя памятные места боев отмечены мемориальными досками, скромными обелисками. В поселке Форос установлен памятный монумент над могилой лейтенанта Александра Степановича Терлецкого. Увековечен подвиг народных мстителей и на вершине Чертовой лестницы. Здесь комсомольцы города-героя воздвигли памятник партизанам Севастопольского отряда, павшим в боях за Родину.

СИМФЕРОПОЛЬ - БЕЛОГОРСК -СТАРЫЙ КРЫМ - ФЕОДОСИЯ — КЕРЧЬ

Остались позади улицы Симферополя. Автобус бежит на восток по феодосийскому шоссе. Вокруг до горизонта — поля. Место совершенно открытое, просматривается каждый километр. Но и на этой «промежуточной земле» между городом и неблизким отсюда лесом развертывалась боевая деятельность партизан. Народные мстители устраивали здесь засады, подкладывали мины, на которых взрывались вражеские танки и автомашины, совершали налеты на фашистские гарнизоны в близлежащих населенных пунктах.
От Симферополя буквально рукой подать до села Трудового. До войны это был населенный пункт совхоза «Симферопольский № 1» или, как его еще называли, агроживотноводческого комбината.
В годы оккупации в совхозном поселке расположилась вражеская воинская часть. Именно сюда в первых числах апреля 1944 года наведался партизанский отряд, которым командовал ЯковСакович.
Разведка установила, что фашистов в 5—6 раз больше, чем партизан в отряде. Все должна была решить внезапность удара. Группа партизан, переодетых в немецкую форму и вооруженных автоматами, промаршировала к казарме и в упор начала расстреливать гитлеровцев. Пользуясь возникшей среди них паникой, другая группа с криком'«Ура!» ворвалась в поселок и завязала бой.
Потери противника были огромны: убито 215 солдат и офицеров, большое количество ранено. Гарнизон партизаны частично уничтожили, частью рассеяли. В качестве трофеев отряд взял 40 лошадей, оружие, боеприпасы, обмундирование. Партизаны вышли из боя без потерь.
Пройдя всего 3 км от села Трудового, вы еще издали увидите небольшой обелиск. На нем — немногословная надпись: «Здесь в 1941—1942 гг. немецко-фашистскими захватчиками зверски совершен массовый расстрел советских граждан».
Близ памятника берет начало неглубокая, но протяженная траншея с сильно оплывшими краями. В годы оккупации траншея стала местом казни советских людей: фашисты расстреляли в ней 26 тысяч человек, в том числе 6 тысяч военнопленных.
Были и другие места массовых казней: противотанковый ров (вторая линия) в Курцовской балке, в двух километрах от Симферополя, уже упоминавшиеся Дубки и совхоз «Красный» (теперь имени Ф. Э. Дзержинского). Недоброй памятью о «новом порядке» остались так называемый «Картофельный городок» (неподалеку от нынешнего кожевенно-обувного объединения имени Ф. Э. Дзержинского), захоронения в Петровской балке... А сколько их в других городах! В Керчи и Севастополе, Белогорске и Бахчисарае, Феодосии, Ялте, Евпатории...
За два с половиной года гитлеровские захватчики истребили в Крыму 135 тысяч советских людей — женщин, детей, стариков...
В 1943 году, особенно начиная с осени, когда Красная Армия одерживала одну победу за другой, патриотическое движение в Крыму приняло для оккупантов поистине угрожающий характер. Каждый день пополнялись партизанские отряды. В ряды борцов против фашизма становились не только советские люди, но и военнослужащие из армии противника. В лесу были словаки, румыны, поляки, пришедшие из вражеских формирований. Усилились и удары по врагу. Нападения стали более значительными, дерзкими, причем совершали их народные мстители даже в дневное время.
Расскажем о двух таких операциях — 3 и 4 ноября 1943 года. Обе проведены примерно на том участке дороги, где поворот на село Мазанку и где установлен ныне памятный знак.
На одном из заседаний штаба 1-й партизанской бригады секрета рь областного подпольного центра П. Р. Ямпольский говорил, что необходимо достать машины.«Машины нужны до зарезу. Хватит пешком ходить. На машинах можно отряды перебрасывать гораздо быстрее, появляться молниеносно. Было бы у Федора Ивановича (речь идет о Федоренко.— Р е д.) несколько машин, что бы он натворил! Надо достать машины. Не помогут ли нам словаки?» Так пишет в своих воспоминаниях комиссар 1-й бригады Е. П. Степанов.
После заседания в штаб был вызван командир группы словаков Юрай Жак. Он выслушал задание и коротко ответил:
— Машины будут. Сколько надо?
— Сколько достанете.
- Я хочу знать точно. Надо три, достану три. Пять? Достану пять. Это есть приказ, и он будет выполнен.
3 ноября 1943 года... К феодосийскому шоссе подходят словаки—Антон Ланчарич, Иозеф Хоцина, Павел Лилко, Рудольф Томчик, Штефан Саро и другие. Несколько человек одеты в немецкую военную форму, другие в форму словацких солдат. Некоторые из них хорошо знают немецкий язык. Вся группа действует четко, уверенно.
Под видом проверки документов партизаны остановили две машины. Обезоружив 12 гитлеровцев, на захваченных грузовиках доставили их в лес.
На следующий день и почти на этом же месте операция повторилась — на сей раз с еще большим размахом.
Группа 2-го партизанского отряда под командованием Ф. И. Федоренко вышла к шоссе. В боевой акции участвуют Иван Семашко, Николай Горной, Иван Алексеенко, словаки Юрай Жак, Павел Лилко, Тони Ланчарич, Йозеф Грман, Александр Пухер и другие.
Теперь партизаны решили сымитировать патрулирование дороги. Движение на шоссе было интенсивным. Показалась колонна автомашин. Обгоняя их, вперед вырвались два «оппель-адмирала». Словак-патрульный, одетый в немецкую форму, поднимает руку. Машины остановились, и тут же раздается голос Павла Лилко: «Сдавайте оружие. Мы партизаны!» Автоматы и винтовки нацелены на офицеров, сидящих в машинах. Партизаны связали им руки. Лилко и Ланчарич сели в машины, чтобы отогнать их в укрытие, но случилось непредвиденное. Машины не смогли преодолеть глубокийкювет и, став наискосок, остановились. Один из фашистов высвободил руки и выстрелил в Лилко. Партизаны открыли огонь по офицерам и «слегка попортили машины»,— как потом докладывал командир группы словаков Юрай Жак.
Тем временем со стороны Симферополя быстро приближалась к месту боя колонна из 15 автомашин с солдатами. По команде Юрая Жака огонь был перенесен на колонну врага. Николай Горной подбил одну машину гранатой. Завязалась перестрелка. А из Зуи на помощь фашистам уже двигалось подкрепление. Бой дальше не мог продолжаться. Юрай Жак подал команду: «Отходить!»
В результате операции были сожжены 2 легковые и две грузовые машины, уничтожено 20 солдат и 6 офицеров. Потери партизан: убит Николай Горновой, тяжело ранен Йозеф Грман.
Несчастливо сложилась судьба Павла Лилко. Его тоже сочли убитым, но оказалось, что он только тяжело ранен. Подобранный на дороге вражескими солдатами, Павел Лилко попал в госпиталь в Симферополе. Над его койкой появилась надпись: «Словак. Ранен в партизанском бою». Эта надпись грозила смертельной опасностью. Помогла русская медицинская сестра. Она убрала «компрометирующую» надпись, а вскоре вместе с ранеными румынами помогла отправить его в Румынию. Затем были Одесса, Краков, Вена, госпиталь (на границе с Францией), опять Вена. «Долечили меня, что называется, до ручки,— вспоминает Павел Лилко.— Раны гниют, кости срастаются плохо. Вес мой снизился до сорока двух килограммов. Это при росте 190 сантиметров... Когда мне стало совсем плохо, я попросил к себе главного врача госпиталя. Рассказал ему, что я словак Павел Лилко. Результат получился совсем неожиданный. Я очутился в Братиславе. Находился под особым наблюдением. После излечения — под судом военного трибунала. Шесть лет тюрьмы за дезертирство». Из заключения его вызволили участники Словацкого национального восстания.
Прошло уже более 40 лет после окончания войны, но Павел Лилко до сих пор ищет ту женщину, русскую медсестру, которая спасла ему жизнь. «...Если на поиск не хватит жизни,— говорит Лилко. его продолжат мои дети — дочь Эва, сыновья Павел и Мариан». Где же ты, советская сестра?..
Мы говорили сейчас о том, что в партизанских отрядах Крыма сражались представители чехословацкого народа. Читатель знает и имена некоторых из них. Но и на территории Чехословакии боролись против фашистских захватчиков советские люди.
Мы подъезжаем к небольшому селению — Пантелеевке. Вернее сказать, оно было некогда самостоятельным селением, а сейчас слилось с Мазанкой и представляет единый населенный пункт. Заинтересовала нас Пантелеевка потому, что в ней жил бывший боец партизанского отряда имени Кирова, действовавшего в Чехословакии, Федор Борзов.
Когда началась Великая Отечественная война, Федору шел пятнадцатый год. Добровольцем ушел на фронт его отец, Федю из-за возраста не взяли, и он остался в семье самым старшим: всех братьев и сестер было семеро.
Когда пришли оккупанты, начались для подростка тяжелые испытания: как обуть, одеть, прокормить семью? Пришлось выполнять любую работу, какая подвернется. «А гитлеровцы лютовали,— рассказывает Федор Борзов.— Везли все, что могли, из Крыма в Германию. 16 марта 1944 года (твердо помню этот черный день) оцепили немцы село и давай шастать по домам, по дворам... Всех мужиков, кого нашли, забрали. Попался и я. Затыкали всех в крытые грузовики и под дулами автоматов отвезли в Симферополь в тюрьму. Две недели продержали в тюремных камерах, а затем погнали в Севастополь, а оттуда, погрузив в вонючие трюмы барж, без пищи и воды, привезли в Румынию». Несколько дней томились советские люди в трюмах, а затем погрузили их в арестантский эшелон и привезли в Венгрию. Из Венгрии эшелон попал в Чехословакию. «И вдруг,— рассказывает далее Федор Борзов,— мы услышали знакомую речь: «Хлопцы! Верить едло, берить, драги приятели»,— и в вагон полетели хлеб, сало, вареная картошка».
Здесь-то и созрела мысль: «Бежать!» И как только поезд тронулся со станции Липяны, узники выломали решетки и по одному выскакивали на ходу из вагона. Собралось семь человек, шесть из них — земляки из Мазанки. Словаки-антифашисты помогли связаться им с партизанами. Федор Борзов сражался в отрядах, где командирами были русские военнопленные, бежавшие из концлагерей. Сперваои попал в отряд «Василия», потом Белова, а в последнее время сражался в отряде имени Кирова в качестве бойца-подрывника, позднее — командира группы подрывников.
В составе этого отряда Федор Борзов воевал около десяти месяцев, участвовал в Словацком национальном восстании, в походе на Банску-Бистрицу. Вместе с группой партизан пустил под откос шесть вражеских эшелонов.
В январе 1945 года Борзов вступил в ряды Красной Армии. Вместе с советскими воинами он освобождал Прешов, Банску-Бистрицу, Братиславу, Прагу.
Федора Борзова и сегодня помнят не только в Крыму, но и в Чехословакии. Имя его вошло в историю борьбы словацкого народа против фашизма, за освобождение от гитлеровского ига.
Когда оккупанты вторглись в Крым, многие жители Мазанки ушли в лес к партизанам. Среди них — председатель сельсовета Е. М. Брохин, председатель колхоза Я. В. Кузьмин, директор школы А. Н. Якимович и другие. Народные мстители успешно действовали на коммуникациях противника, поддерживали связь с жителями села. В Мазанку приходили партизанские разведчики. Но не только разведчики. 21 марта 1944 года партизаны напали на гитлеровцев в самом селе и уничтожили 15 вражеских солдат.
А три недели спустя, 12 апреля, здесь произошел последний бой с фашистами, В этот день их воинское подразделение, численностью до 100 человек, пыталось пробиться в лес и уйти от преследования Красной Армии. Против численно превосходящего врага выступила группа под командованием Г. Е. Гузия. Партизаны одержали блестящую победу. Более 50 гитлеровцев было уничтожено, остальные пленены.
В центре села, на возвышении, установлен обелиск, от которого сбегают вниз лестничные марши. Это память об односельчанах, погибших в годы Великой Отечественной войны.
В одном из радиодонесений на Большую землю командование партизан 1-й бригады сообщало: «...2-й отряд при поддержке группы 6-го отряда напал на... противника, численностью до 250... в районе деревни Толбаш. Отряд противника разбит. Уничтожено 70... солдат. Захвачено 30 винтовок, 2 пулемета, 20 повозок, 39 лошадей...»
Скупые слова радиограммы... А сколько мужества, отваги проявили в этом бою народные мстители!
Неподалеку от Мазанки расположилось село, которое носит теперь название Опушки. Имя это присвоено ему по предложению партизан. Многим из них оно навевает воспоминания о смелом налете на вражеский гарнизон, который стоял здесь, в селе Опушки, тогдашней деревне Толбаш. В успехе операции роль ключевого пункта отводилась опушке леса.
События, о которых идет речь, произошли 8 ноября 1943 года.
Командир отряда Ф. Федоренко установил, что прибывшее сюда воинское подразделение готовится к операции против партизан.
- Опередить,— решил Федоренко и отдал команду: «В ружье!»
Быстро заурчали моторы трофейных машин, партизаны заняли места в кузовах. По пути Федоренко заехал в соседний отряд Георгия Свиридова и вместе с ним разработал план разгрома карателей. Отряд Свиридова должен был перейти балку, занять лесок, который являлся опушкой большого леса, и отвлекать на себя фашистов. Одновременно, в случае удачи, ему надлежало отрезать противнику путь в близлежащее село Соловьевку. Для своего отряда Федоренко взял задачу поопаснее. Не сходя с машин, партизаны должны были въехать на открытую площадку со стороны Симферополя и оттуда, с тыла, нанести главный удар.
Таким образом, отступить к Соловьевке или к Симферополю противник не мог. Оставался единственный путь отхода — к лесу, к опушке. Но именно это и нужно было партизанам.
Нападение было внезапным, ошеломляющим, и фашисты сперва не могли даже понять, откуда стреляют. Беспорядочно отстреливаясь, они начали отступать к лесу. На пути им встретился кустарник, и они залегли, продолжая пальбу. Отважные бойцы Сима Богданов, Степан Рак, Иван Бровко и словак Николай Медо получили приказ выбить оттуда фашистов. Несколько смелых атак, и враг сдался.
Основные силы карателей двинулись к опушке. Тут-то их и ожидал отряд Свиридова. Обстреливаемый с двух сторон, враг в панике рассеялся по лесу, бросая на ходу оружие.
Бой закончился. Партизанам потребовалось на всю операцию не более часа. В этот и последующие дни громили фашистов и другие отряды. Только 7 и 8 ноября, в XXVI годовщину Октябрьской революции, было совершено 25 нападений на противника. Бои шли повсюду, где располагались партизанские соединения. По далеко не полным данным, за два дня было уничтожено и ранено около 400 вражеских солдат и офицеров.
Дорога ведет нас все ближе и ближе к зуйским лесам. В 7—8 километрах от села Опушки мы подъезжаем к своеобразному выступу, в который упирается Бештерекская балка. Здесь, слева от дороги, в небольшом леске находилась в 1943—1944 годах застава 19-го партизанского отряда. А справа — каменистое плато, высота Коль-Баир, с которой открывается величественная панорама окрестных гор, лесов, долин. На юге высится Чатыр-Даг. К востоку от него тянется Демерджийское нагорье, далее хорошо видна вершина горы Тырке, северо-западнее — хребет высоты 1025, а севернее (ее отсюда не видно) гора Яман-Таш. Ближе к нам — скалистые уступы высоты Колан-Баир и совсем рядом с ней, левее,— высота 887, которую венчает памятник на братской могиле партизан — Курган Славы.
Здесь, в этих лесах, в период фашистской оккупации Крыма был! один из важнейших центров партизанского движения. В 1941—1942 годах на этой территории располагались отряды 2-го партизанского района — Зуйский, Биюк-Онларский, Сейтлерский, Красноармейский. В марте 1942 года сюда перешел штаб 2-го партизанского района, которым руководил И. Г. Генов, и Центральный штаб партизанского движения в Крыму во главе с А. В. Мокроусовым и С. В. Мартыновым. С осени 1942 года, после реорганизации партизанского движения, в зуйских лесах базировались отряды 2-го сектора (командир И. Г. Кураков, комиссар Н. Д. Луговой). Летом 1943 года здесь была сформирована первая партизанская бригада (командир Н. Д. Луговой, комиссар М. М. Егоров, начальник штаба Н. К. Котельников), а с осени 1943 года и до освобождения Крыма с этой территории наносили удары по врагу отряды 1-й, 5-й и 6-й бригад, сперва объединенные в ЦОГ (Центральную оперативную группу), а затем в Северное соединение.
С октября 1942 года здесь же дислоцировался областной подпольный партийный центр, областной подпольный обком комсомола. Основная связь с подпольем, руководство им — все это осуществлялось через зуйские леса.
В зуйских лесах находились четыре из пяти партизанских аэродромов, и связь с Большой землей шла также через этот лесной массив. Все 900 двей и ночей оккупационного периода велись в зуйских лесах непрерывные бои с карательными отрядами противника, ставившего перед собой одну неизменную цель — уничтожить партизан. Горы и высоты были землей неприступной для гитлеровцев, каждый свой шаг они оплачивали дорогой ценой, каждый овраг, балочка, дерево, уступ скалы, распадок несли захватчикам смерть. Отсюда, из этих лесов, выходили народные мстители на свои боевые операции, отсюда наносили удары по вражеским гарнизонам и коммуникациям.
Высота Коль-Баир служила партизанам наблюдательным пунктом. Как только появлялся противник, за ним начиналось неусыпное наблюдение, а отряды в это время готовились встретить его метким огнем.
Читатель уже знает, что в этом месте, где заканчивается Беште-рекская балка, располагалась застава 19-го партизанского отряда. Сам отряд дислоцировался километрах в 3,5—4 от нее, на живописной поляне у Шамулинского хребта.
У этого партизанского формирования славная история. Отряд создан 1 ноября 1943 года. Вначале он носил боевой номер, а затем ему было присвоено название «За Советский Крым». Командовал отрядом уже упоминавшийся нами Я. М. Сакович, комиссарами были в разное время А. И. Кущенко (погиб в бою), И. И. Гончаров, В. Ф. Лапкии, А. У. Ибрагимов. Для полноты характеристики — несколько цифр: численность личного состава — 165 человек, в партийной организации состояло 19, в комсомольской — 41 человек. Данные приводим максимальные: количество бойцов в отряде непрерывно возростало. Например, комсомольская организация, поначалу немногочисленная (14 человек), увеличилась со временем втрое.
Отряд провел 22 крупные боевые операции и выдержал 7 боев с карательными экспедициями противника. Его особая заслуга — участие в решающих боях за освобождение Крыма.
С высоты Коль-Баир наш путь к партизанскому аэродрому.
Слово «аэродром» звучит, пожалуй, слишком значительно, если учесть, что представлял он собой сравнительно небольшую ровную-площадку. Да и ровную-то с большой натяжкой...
Как-то много лет спустя после окончания войны в гости к партизанам приехали летчики, совершавшие полеты в лес. Их повели туда, где они приземлялись. Долго шли, разговаривали и кто-то из летчиков спросил: «А где же аэродром?» Бывший командир партизанской бригады Н. Котельников ответил: «А мы уже минут двадцать идем по его полю». Летчики остановились в неудоумении. «Как, на-этом месте?— вырвалось у одного из них.— И вот тут мы совершали посадку, да еще ночью? Если бы мне сказали, чтобы я сел сейчас,, днем, в прекрасную погоду,— ни за что!»
Да, действительно, в годы войны каждый воин совершал невозможное!..
С благодарностью и любовью вспоминают партизаны своих «крылатых друзей», которые с величайшим мужеством прокладывали воздушные трассы в крымские леса. Летали только ночью, взлетали и садились на примитивных, неосвещенных аэродромах. Пробивались сквозь заградительный огонь вражеской зенитной артиллерии... Доставляли в лес пушки и пулеметы, снаряды и патроны, медикаменты и перевязочные материалы. Отвозили на Большую землю информацию о героической борьбе крымских партизан и подпольщиков. А сколько раненых и больных, сколько женщин, детей, стариков обязаны жизнью замечательным советским пилотам!..
За весь период деятельности партизан к ним было совершено 711 вылетов. Воздушным путем доставлено 725 тонн боеприпасов, медикаментов, обмундирования, литературы... Самолетами прибывали спецгруппы, командные кадры, политработники — всего 521 человек. Из партизанского леса вывезено 1311 раненых и больных и более 450 детей, женщин, стариков.
Вот имена некоторых замечательных асов, особенно много сделавших для помощи партизанскому лесу: Герой Советского Союза Ф. Ф. Герасимов, Д. С. Езерский, П. Т. Кашуба, Г. П. Мордовец, Г. А. Таран, летчики Н. А. Агарков, Г. И. Герус, А. С. Даниленков,С. И. Морозов (он первым посадил свой самолет в зуйских лесах), А. Л. Москалина, И. Я. Нижний, Ш. Л. Огегьян, Г. В. Помазков, Д. В. Самарский, Я. М. Фадеев... 65 летчиков удостоены орденов и медалей за полеты в Крым, 82 награждены медалью «ПартизануОтечественной войны».
Помощь Большой земли способствовала дальнейшему усилению партизанских действий.
Там, где был аэродром, установлен в наши дни памятник. Он прост и лаконичен: макет самолета, 'покоящийся на широкой и крепкой ладони руки,— символ всенародной поддержки партизанскогодвижения.
От памятника героям-авиаторам отправляемся на высоту Колан-Баир.
Живописна эта высота с ее крутыми скалистыми обрывами, острыми уступами, низким, но густым лесом и каменистыми грядами, перепоясавшими ее во всех направлениях. На неприступных скалах находились наблюдательные посты, а между каменистыми грядами — партизанские шалаши. Здесь много памятников, за каждым яз которых — героические события, замечательные человеческиесудьбы...
Именно на этой высоте народным мстителям пришлось выдержать длительный ожесточенный бой, пожалуй, один из самых тяжких за все время партизанской борьбы в зуйских лесах.
В декабре 1943 года по приказу ставки Гитлера командование оккупационных войск в Крыму развернуло крупное наступление против партизан зуйских лесов. Карательный корпус, выделенный дляэтой цели, состоял из двух румынских горнострелковых дивизий, четырех немецких пехотных и восьми полицейских батальонов. Этому разношерстному «воинству» были приданы 16 танков, несколько эскадрилий штурмовой и бомбардировочной авиации, 18 минометных и 12 артиллерийских батарей разных калибров. Партизаны имели гораздо меньше сил: карателям противостояли 1-я, 5-я и 6-я бригады, общей численностью 2345 человек, одна батарея 76-мм пушек и одна батарея «катюш».
Бои партизанам пришлось вести в тяжелейших условиях. Во-первых, зуйские леса невелики по площади и маневрировать отрядам было негде. Во-вторых, под защитой партизан находилось около трех тысяч мирных жителей — женщин, детей, стариков. Это обстоятельство еще более осложняло положение.
В течение месяца до начала операции над партизанскими лагерями летали фашистские самолеты. Авиация противника один за другим наносила бомбовые удары, обстреливала лес из пушек и пулеметов, сбрасывала листовки, призывавшие партизан и мирное население сдаваться. Несколько раз предпринималась разведка боем, фашисты прощупывали народных мстителей. И вот наступили дни
генерального прочеса.
На Колан-Баире и высоте 887 оборону держали отряды первой бригады — 2-й, 18-й и 19-й, а на Бурминском хребте — 24-й отряд. Несколько слов о самой бригаде.
Первая партизанская бригада была создана 15 июля 1943 года приказом начальника Крымского штаба партизанского движения. Командиром ее стал Н. Д. Луговой, комиссаром — М. М. Егоров. В состав бригады входило три отряда общей численностью 120 человек. Осенью 1943 года в лес прибыло множество людей из городов и сел Крыма. Бригада значительно пополнилась новыми бойцами. Теперь уже в ней было четыре отряда и общая их численность возросла до 900 человек. Возглавили бригаду Ф. И. Федоренко и Е. П. Степанов.
Под руководством Ф. И. Федоренко бригада провела ряд смелых боевых операций, таких, как разгром фашистских гарнизонов в селах Шумхай (Заречное), Толбаш (Опушки), в Зуе и других населенных пунктах. Отличилась она и в период решающих боев за освобождение Крыма. В те дни бригада (ей было присвоено название «Грозной») взяла под свой контроль дорогу Симферополь — Алушта и Симферополь — Карасубазар (Белогорск) и, завязывая бои с отдельными вражескими частями, нанесла фашистам большой уров в живой силе и технике.
Но вернемся к нашему рассказу о событиях конца декабря
1943 года.
29 декабря с утра враг начал артминометную подготовку. На передний край обороны 2-го отряда, занимавшего позиции на Колан-Баире, а также 18-го и 19-го отрядов, расположенных на высоте 887, обрушился сильный огонь. Массированному обстрелу подверглись 6-я бригада, дислоцированная у подножия горы Тырке, и 5-я, занимавшая позиции на высоте Яман-Таш.
Ожесточенный бой розгорелся на высоте Колан-Баир. Партизан бомбили здесь вражеские самолеты, их обстреливали из пушек, минометов. Четыре с половиной часа длилась эта канонада.
В дневнике боевых действий 1-й бригады рукой ее командира записано так: «Противник (огнем-— Ред.) пяти батарей начал обстреливать расположение обороны отрядов. После артподготовки пехота противника в количестве более тысячи восьмисот человек, при поддержке артминометпого огня, восьми танков и штурмовой авиации, начала наступать на оборону отрядов...»
И еще две выдержки из дневника Ф. И. Федоренко. «Вступил в бой отряд Ваднева. Силы неравны, но партизаны сражаются героически. Враг остановлен и спешит окопаться. Мною дан приказ Вадневу выбить противника с опушки леса...»
«В шестнадцать тридцать упорным сопротивлением 18 и 19 отрядов, огнем артбатареи 76-мм (пушек) и батареи «РС» («катюш») было уничтожено до 150 солдат и офицеров противника... Разбита пушка противника..., сожжены автомашины и повозка с грузом». Но враг продолжал наступать, подбрасывая все новые и новые силы. Из-за Баран-горы, Коль-Каира и Базар-Обы шли восемь танков. Они стреляли прямой наводкой. Вслед за- ними автоматчики. Огонь нарастал. Отважно действовали пулеметчики Михаил Капшук, словак Цирил Зоранчик. Полетели в цепи врага гранаты, открыли огонь автоматчики. Враг не выдержал, отступил.Разгорелся бой и у позиций 18-го отряда. Враг был уже у цели, вот-вот собьет оборону отряда А. Ваднева. Но Ваднев поднял бойцов в атаку. Силы были неравны, и отряду грозила смертельная опасность. В критический момент боя помощь пришла со стороны Колан-Баира: «заговорили» партизанские пушки и «катюши». Враг отступил. В этой атаке были ранены командир 18-го отряда А. Ваднев и комиссар Н. Клемпарский. Несмотря на это, оба оставались на поле боя и продолжали руководить отрядом.
Получив отпор, враг не отказался от своих планов — овладеть позициями партизан. Всю ночь на 30 декабря он вел непрерывный огонь по позициям 2-го и 18-го отрядов из орудий. С рассветом огонь усилился: его вели пять артиллерийских и минометных батарей. В бой вступила авиация противника. Десять танков, звено штурмовиков, звено юнкерсов, один «Фокке-Вульф» и два румынских самолета бомбили и обстреливали позиции партизан. «После сильного огневого налета,— пишет в дневнике командир 1-й бригады Ф. И. Федоренко.— пехота противника перешла в наступление, но огнем артиллерии и стрелкового оружия атака была отбита».
Находясь в непрерывном бою, бойцы несколько дней лежали в «иегу, без горячей пищи, мокрые, лишенные сна и отдыха. Но боевой дух народных мстителей не падал. Каждый понимал, что отступления нет — нужно выстоять любой ценой.
Когда на правом фланге обороны врагу удалось захватить инициативу в свои руки и потеснить партизан 2-го отряда, командир Николай Сорока попросил подкрепление — десять бойцов. Резервов никаких не было. Федор Иванович подозвал к себе бойца-разведчика и сказал:
- Сорока просит у меня десять бойцов, чтобы выбить врага с высоты. У меня их нет. Посылаю тебя одного, и ты должен сражаться за десятерых. Ясно?
- Ясно, товарищ командир,— ответил боец и ушел выполнять
задание, и сражался за десятерых.
Через несколько минут удалось выбить фашистов с высоты.
К середине дня 30 декабря враг предпринял еще одно массированное наступление на Колан-Баир. Четыре танка, стреляя на ходу, вышли вплотную к позиции 2-го отряда. Бойцы во главе со своим командиром Н. Сорокой вступили в неравный бон и вновь вышли победителями. Застрял среди поваленных деревьев и не смог дальше двигаться один танк, задымил другой.
В разгар боя на командный пункт Федоренко прибежал связной и доложил, что со стороны Уч-Алана движется крупное подразделение противника. Это грозило окружением бригады. Федоренко тут же отдал приказ оставить позиции на Колан-Баире и высоте 887. Уничтожив свыше 200 гитлеровцев, партизаны отошли на Бурминский хребет и удерживали его более суток. Только в ночь на 1 января 1944 года бригада оставила позиции на Бурме и перешла на высоту Яман-Таш.
В память о боях с фашистскими захватчиками на Колан-Баире установлены мемориальные обозначения. Первое из них, если смотреть с востока на запад,— в честь Анатолия Смирнова.
Ленинградца Анатолия Смирнова война застала в Крыму, где он служил в пограничных войсках. В октябре 1941 года, прикрывая отход наших войск, он не смог пробиться в Севастополь. Судьба привела его в партизанский отряд № 3, состоявший тоже в основном из военнослужащих. Невысокого роста, худощавый, всегда сч добродушной улыбкой, Смирнов менее всего походил на народного мстителя. И не случайно, когда группа пограничников пришла в отряд, внимание командира привлек прежде всего он.
— Из пограничников, говоришь?
— Так точно, товарищ командир,— громко ответил Анатолий Смирнов.
— Специальность? —• Пулеметчик.
— Отлично. Пулеметчики нам нужны. Только хорошо воевать требуется.
~ Буду воевать по-комсомольски.
— Поживем, увидим,— усмехнулся командир.
Так Анатолий Смирнов вошел в семью партизан. С первых же дней стало ясно, что слова его не расходятся с делом. Он неоднократно участвовал в боях с карателями, ходил в засады на шоссейные дороги, вместе с отрядом громил фашистские гарнизоны, вел разведку и пускал под откос эшелоны врага.
Последний в его жизни бой... Анатолий Смирнов уже был начальником штаба отряда, коммунистом. 29 декабря 1943 года отряду пришлось отражать яростную атаку карателей. И здесь Анатолий не скрылся за спины бойцов, а пошел в контратаку первым, увлекая своих товарищей. Вражеская пуля оборвала его жизнь.Памятник сооружен по инициативе крымских комсомольцев. Отважный коммунист-партизан навсегда остался их ровесником... Далее мы направляемся к мемориальному обозначению в честь словаков. Здесь в декабре 1943 года они насмерть стояли в бою с фашистской карательной экспедицией.
Как оказались словаки в партизанских отрядах Крыма? Правители третьего рейха стремились использовать их, как и представителей других порабощенных народов, в качестве пушечного мяса и полицейской дубинки. Путем обмана, подкупа, насильственной мобилизации фашистам удалось сколотить несколько воинских формирований. На территорию СССР были посланы две словацкие дивизии: одна предназначалась для действий против Красной Армии, другая — для борьбы с партизанами в Белоруссии и на Украине. Однако эти дивизии не оправдали надежд гитлеровского командования. Народы Чехословакии не хотели воевать против народов Советского Союза. Многие словаки, насильственно мобилизованные в фашистскую армию, при первой же возможности дезертировали и, вступив в партизанские отряды, сражались плечом к плечу с советскими людьми против общего врага. Большинство из них вступили затем в чехословацкий корпус, которым командовал генерал армии Людвик Свобода, впоследствии дважды Герой Социалистической Чехословакии, Герой Советского Союза, Президент ЧССР.
В партизанских отрядах Крыма в разное время сражалось 44 словака, перешедших из дивизии «Рыхла» («Быстрая»). Первая группа во главе с обер-ефрейтором Виктором Хренко прибыла в лес 12 июня 1943 года. Здесь ее приняли в партизаны. В торжественной обстановке, перед строем всего отряда, словацкие товарищи клялись: «Как верный сын и воин своего народа, я клянусь, что ни при каких трудностях и обстоятельствах я не сложу своего оружия, буду стойко и мужественно, умело, с достоинством и честью, защитить мою Родину и Союз Советских Социалистических Республик, храбро бороться с врагами, жестоко мстить им за все их чудовищные злодеяния, причиненные моему народу, и беспощадно истреблять ненавистных немецких оккупантов, не щадя своей крови и самой жизни для достижения полной победы пад врагом...»
Вслед за этой группой пришли еще несколько. Ни жестокий надзор за солдатами, ни репрессии не могли остановить дезертирства. Части дивизии были выведены из Крыма. Но солдаты продолжали приходить. Последней группе пришлось добираться из-под Херсона.
Осенью 1943 года во втором партизанском отряде была сформирована боевая группа под командованием Юрая Жака (впоследствии Юрая Жака, тяжело раненного в бою, сменил Йозеф Белко). В составе отряда словаки ходили в разведку, участвовали в диверсионных операциях, в рейдах на вражеские гарнизоны. И всюду проявили себя как отважные бойцы, верные слову клятвы.
Почти каждый год приезжают в Крым чехословацкие друзья. И, конечно, их тянет в лес, на места былых сражений... Традиционный костер, воспоминания о былом, о пережитом: «А помнишь?»... Да, партизаны Крыма помнят все! Они не забыли, как в первом же бою, после прихода в лес словаков, был тяжело ранен Йозеф Грмаи и не вернулся с поля боя Павел Лилко. Партизаны помнят неутомимого в ратных делах Рудольфа Томчика. Это он уничтожил пулеметное гнездо врага у деревни Эски-Сарай (Монетное) и тем самым обеспечил успех операции. А как забыть командира группы Юрая Жака! Партизанам казалось, что у него нет чувства страха. В бою с фашистским гарнизоном в деревне Шумхай (Заречное) он получил тяжелое раненые. А потом четыре долгих дня борьба за его жизнь в партизанском лесу. Была нелетная погода, и все же удалось отправить Юрая Жака на Большую землю. Госпиталь в Краснодаре... Советские врачи сделали, кажется, невозможное, ночами просиживала у его кровати русская девушка Нина. Потом пришла любовь, Юрай и Нина поженились. А теперь уже сами дедушка и бабушка. Они воспитали хороших, достойных детей — Лёню и Аллочку.
Крымские партизаны помнят, как словак Дионис Слобода под огнем вражеского пулемета подполз к зданию штаба фашистского гарнизона и забросал его гранатами, как любимец всех партизан Александр Пухер ворвался в окоп противника и одолел в рукопашной схватке трех гитлеровских солдат, а потом подорвал гранатой штабную автомашину. Неустрашимый Тони Ланчарич совершил настоящий подвиг: презирая смерть, он бросился в расположение вражеского гарнизона и сражался один против десятерых.
Командование партизан высоко оценило героизм словаков. 2 декабря 1943 года начальник Крымского штаба партизанского движения В. С. Булатов за смелые боевые действия и отвагу объявил группе словаков благодарность. В ответном письме они клялись: «Мы заверяем, что будем сражаться до полного изгнания и уничтожения врага, за освобождение народов России и Чехословакии от гитлеризма...»
От памятника словакам переходим к партизанскому окопу, откуда вели огонь из пулемета Цирил Зоранчик и Венделин Новак во время боя 29 и 30 декабря 1943 года. Метрах в двадцати от позиций словаков можно осмотреть партизанский командный пункт— отсюда руководил боем командир бригады Ф. И. Федоренко.
Следующий объект осмотра несколько необычен: это макет гвардейских минометов «катюша», памятник партизанам-минометчикам. Рядом — могила бойцов батареи, погибших в боях с фашистами. На плите высечены их имена: командир П. П. Авдюков, комиссар П. Г. Аслонян, бойцы П. А. Пригода, В. М. Талецкий и М. Энсиутов . Гвардейские минометы вместе с обслугой, состоявшей из 28 человек, прислало в лес командование Северо-Кавказского фронта. Доставили их сюда самолетами 14 и 15 ноября 1943 года. А в декабре, когда против партизан была предпринята карательная экспедиция, они сыграли неоценимую роль в отражении вражеских атак.
Еще примерно сто метров пути, и перед нами памятный знак 2-му комсомольско-молодежному отряду «Смерть фашистам».
Замечательна биография этого прославленного партизанского формирования. Свой боевой путь он начал осенью 1942 года, когда п составе 2-го партизанского сектора был сформирован отряд № 4. Первым его командиром стал Федор Федоренко, 22-летний лейтенант Красной Армии, уже не раз отличившийся в боях с фашистами. Под стать ему были и другие бойцы, пришедшие в лес еще в 1941 году: Николай Сорока, Федор Мазурец, Николай Шаров, Алексей Ваднев, Степан Рак...
В ноябре 1943 года, когда Ф. И. Федорегшо назначили командиром первой партизанской бригады, отряд возглавил его друг и соратник Н. А. Сорока. У партизан отряда была прекрасная боевая репутация, особенно у его подрывников. «Подрывники у нас были золото,— говорил впоследствии Николай Сорока.— Берегли мы их, когда туго было. Ну, а они нас никогда не подводили. До войны большинство из ребят едва успели в жизнь вступить. .Лишь, у некоторых за плечами была армия. По закалка крепкая была. Что несет нам фашизм, мы хорошо понимали. Видели и сожженные села, и мертвых детей...»
Слава отряда уже гремела по всему партизанскому лесу. И бойцы его, набираясь опыта, сами со временем становились командирами, начальниками штабов, комиссарами. С ноября 1943 года командовали отрядами Яков Сакович, Алексей Ваднев, Иван Сырьев, Октябрь Козин, Федор Мазурец и другие. Несмотря на молодость бойцов и командиров, отряд «Смерть фашистам» продолжал оставаться одним из лучших в составе Северного соединения. В его рядах сражалась и группа словаков-антифашистов.
Наравне с мужчинами воевали в отряде девушки: Люба Ведута, Надя Комарова, Лена Ена, Шура Рыбовалова, Вера Ибраимова... Лет им тогда было по 17—18.
8 марта 1944 года пошли две диверсионные группы девушек на задание. Вернулись веселые, смеются: «Приказ выполнен, товарищ командир!» Так отметили они в том памятном году свой праздник.
Отряд совершил много смелых боевых операций, среди которых одна из самых блестящих — разгром вражеского гарнизона в Зуе. В этом партизанском рейде, совершенном в начале декабря 1943 года, он принял самое активное участие. Мы уже говорили, как сражался отряд на Колан-Баире. После вынужденного отхода с этой высоты решено было дать бой врагу на Бурминском хребте.
В ожидании вражеской атаки бойцы, народные мстители укрылись за стволами могучих буков, валунами, снежными сугробами. Небольшую группу бойцов во главе с командиром разведки П. М. Рындиным Федоренко послал в обход, чтобы ударить с тыла. Группа буквально наткнулась на противника, уже развернут и нацелен вражеский пулемет. И тут словак Венделин Новак бросился на пулеметное гнездо. Венделин упал замертво, приняв огонь на себя, но пулеметчика удалось обезвредить. Еще один пулемет подавили гвардии старший лейтенант Петр Авдюков и гвардии политрук Павел Аслонян (командование батареи «РС»). Перехватив инициативу, партизаны с криками «Ура!» атаковали фашистов и смяли их оборону. Враг был отброшен на 2—2,5 километра. На поле боя остались лежать 44 гитлеровских солдата и офицера.
Трофеи превзошли все ожидания партизан: ценные штабные документы, 36 лошадей, навьюченных боеприпасами, три миномета, один пулемет, рация... Однако враг не успокоился. Еще около 30 часов пришлось вести партизанам неравный бой. В ночь на 1 января 1944 года по приказу Центральной оперативной группы они оставили оборону на Бурминском хребте и перешли на высоту Яман-Таш.
Смело и энергично действовал отряд «Смерть фашистам» во время решающих боев за Крым. Перерезав пути отхода противнику в районе Зуя — Верхние Фундуклы (ныне Верхние Орешники), в течение 12 и 13 апреля 1944 года отражали попытки врага прорваться на Алушту. В ночь на 13 апреля отряд соединился с передовыми танковыми подразделениями Красной Армии и совместно е ними разгромил окруженных фашистов.
За заслуги в боях ЦК ВЛКСМ наградил отряд Красным знаменем. В марте 1944 года на лесной поляне выстроились бойцы. Припав на колено, командир отряда Николай Сорока принял алый боевой стяг...
Давно отгремели залпы Великой Отечественной... Но жив подвиг отряда. В День Победы ветераны встречаются у скромных обелисков — памятников партизанскому мужеству. Вспоминают погибших в боях и тех, кто остался в строю.
Все меньше становится «строевых». До 1984 года продолжал службу в рядах Советской Армии генерал-майор Ф. И. Федоренко. В сельском хозяйстве работал командир отряда Н. А. Сорока, теперь симферополец, персональный пенсионер. Все тепло своего сердца отдает детям бывший комиссар В. М. Буряк, директор школы в городе Калуше Ивано-Франковской области, удостоенный за свой нелегкий труд орденов Советского Союза, в том числе ордена Ленина. Долгое время на автомобильном транспорте работал бывший начальник штаба отряда Н. М. Плетнев. Многочисленные туристы, посещающие Ялту, и не подозревают, что миловидная женщина, ведущая экскурсии по городу и его окрестностям, в прошлом отважная партизанка Надя Комарова (теперь Колпакова). Ее муж Николай Колпаков, бывший начальник разведки отряда, продолжает трудиться на одном из автопредприятий Ялты.
Все меньше «строевых»... Но и уйдя на заслуженный отдых, ветераны пополняют армию лекторов и пропагандистов, воспитывающих нашу молодежь в духе славных традиций прошлого.
От памятного знака 2-му партизанскому отряду держим путь к «Дереву скорби». На том месте зверски казнен фашистами партизан Сейдали Куртсеитов.
Любимец отряда Сейдали, или, как его называли друзья, Сеня, находился в лесу с первого дня партизанской войны. Когда формировался Зуйский партизанский отряд, комсомолец Куртсеитов не прошел по возрасту — ему не было от роду и 17 лет. Неудача лишь заставила его действовать энергичнее. В последние дни октября 1941 года с вещевым мешком за плечами и запасной парой постолов, переброшенных через плечо, он явился в райком комсомола. Сейдали уже не просил, а требовал зачислить его в отряд.
- А откуда тебе известно, что у нас создается отряд? — спросил его секретарь райкома.
— Везде создаются, а в нашем районе нет? Так я тебе и поверил. Зачисляй, секретарь. Я «из мелкокалиберной выбиваю 49 из 50,— не преминул похвастаться Сейдали.
Секретарь медлил с ответом.
- В деревню не пойду,— твердо заявил юноша.— Я вот сяду здесь, в райкоме, и буду ждать. Куда ты, туда и я.
Настойчивость победила. Пришлось представить комсомольца командиру отряда А. А. Литвиненко. Двое суток Сейдали ночевал в райкоме комсомола, пока не отправили его в лес, где уже находилась часть бойцов будущего отряда. Так он стал партизаном в неполные 17 лет.
Сколько трудных партизанских дорог прошел этот паренея, воспитанник зуйского комсомола: Сейдали был разведчиком, проводником, пускал под откос эшелоны противника, участвовал в боях с карателями. Не раз шел ои в атаку под фашистские пули, не раз судьба сводила его лицом к лицу со смертью... Сейдали Куртсеитов вырос от бойца до командира группы, стал коммунистом. Он трижды был ранен. В четвертый и последний раз смертельно.
Произошло это 29 января 1944 года.
Когда фашисты захватили Сейдали, уже почти мертвого, он» жестоко надругались над ним. Палачи пригнули ветви и повесил партизана между двумя деревьями, а потом, отпустив их, разорвали его на части...
И стар и млад приходят сюда, чтобы почтить память верного сына Родины, постоять в скорбном молчании.
На могиле героя всегда живые цветы.
Недалеко от «Дерева скорби» — позиции артиллеристов. До сих пор сохранились гнезда, где стояли пушки. Рядом располагались шалаши. Партизанская артиллерия неоднократно участвовала в нападении на гарнизоны врага, а в декабре 1943 — январе 1944 года, во время большого прочеса, она помогла народным мстителям отбить атаки фашистов.
Как-то на одном из совещаний командного состава отрядов и бригад речь зашла об изменившемся характере боев. Совещание проходило под председательством П. Р. Ямпольского, в ту пору командира Центральной оперативной группы.
В книге «Партизанскими тропами», изданной в Симферополе в 1961 году, Е. П. Степанов вспоминает:
— Против нас,— говорил П. Р. Ямпольский,— выделены более крупные воинские части с полным техническим оснащением. Над получше подготовить бронебойщиков...
- Пушечек бы нам, Петр Романович,— сказал Федоренко.
- Правильно,— поддержали другие командиры.
Решили запросить у командования фронтом. Через нескольн» дна! самолетами в лес была доставлена батарея 76-мм пушек.симферополец, персональный пенсионер. Все тепло своего сердца отдает детям бывший комиссар В. М. Буряк, директор школы в городе Калуше Ивано-Франковской области, удостоенный за свой нелегкий труд орденов Советского Союза, в том числе ордена Ленина. Долгое время на автомобильном транспорте работал бывший начальник штаба отряда Н. М. Плетнев. Многочисленные туристы, посещающие Ялту, и не подозревают, что миловидная женщина, ведущая экскурсии по городу и его окрестностям, в прошлом отважная партизанка Надя Комарова (теперь Колпакова). Ее муж Николай Колпаков, бывший начальник разведки отряда, продолжает трудиться на одном из автопредприятий Ялты.
Все меньше «строевых»... Но и уйдя на заслуженный отдых, ветераны пополняют армию лекторов и пропагандистов, воспитывающих нашу молодежь в духе славных традиций прошлого.
От памятного знака 2-му партизанскому отряду держим путь к «Дереву скорби». На том месте зверски казнен фашистами партизан Сейдали Куртсеитов.
Любимец отряда Сейдали, или, как его называли друзья, Сеня, находился в лесу с первого дня партизанской войны. Когда формировался Зуйский партизанский отряд, комсомолец Куртсеитов не прошел по возрасту — ему не было от роду и 17 лет. Неудача лишь заставила его действовать энергичнее. В последние дни октября 1941 года с вещевым мешком за плечами и запасной парой постолов, переброшенных через плечо, он явился в райком комсомола. Сейдали уже не просил, а требовал зачислить его в отряд.
- А откуда тебе известно, что у нас создается отряд? — спросил его секретарь райкома.
— Везде создаются, а в нашем районе нет? Так я тебе и поверил. Зачисляй, секретарь. Я «из мелкокалиберной выбиваю 49 из 50,— не преминул похвастаться Сейдали.
Секретарь медлил с ответом.
- В деревню не пойду,— твердо заявил юноша.— Я вот сяду здесь, в райкоме, и буду ждать. Куда ты, туда и я.
Настойчивость победила. Пришлось представить комсомольца командиру отряда А. А. Литвиненко. Двое суток Сейдали ночевал в райкоме комсомола, пока не отправили его в лес, где уже находилась часть бойцов будущего отряда. Так он стал партизаном в неполные 17 лет.
Сколько трудных партизанских дорог прошел этот паренея, воспитанник зуйского комсомола: Сейдали был разведчиком, проводником, пускал под откос эшелоны противника, участвовал в боях с карателями. Не раз шел ои в атаку под фашистские пули, не раз судьба сводила его лицом к лицу со смертью... Сейдали Куртсеитов вырос от бойца до командира группы, стал коммунистом. Он трижды был ранен. В четвертый и последний раз смертельно.
Произошло это 29 января 1944 года.
Когда фашисты захватили Сейдали, уже почти мертвого, он» жестоко надругались над ним. Палачи пригнули ветви и повесил партизана между двумя деревьями, а потом, отпустив их, разорвали его на части...
И стар и млад приходят сюда, чтобы почтить память верного сына Родины, постоять в скорбном молчании.
На могиле героя всегда живые цветы.
Недалеко от «Дерева скорби» — позиции артиллеристов. До сих пор сохранились гнезда, где стояли пушки. Рядом располагались шалаши. Партизанская артиллерия неоднократно участвовала в нападении на гарнизоны врага, а в декабре 1943 — январе 1944 года, во время большого прочеса, она помогла народным мстителям отбить атаки фашистов.
Как-то на одном из совещаний командного состава отрядов и бригад речь зашла об изменившемся характере боев. Совещание проходило под председательством П. Р. Ямпольского, в ту пору командира Центральной оперативной группы.
В книге «Партизанскими тропами», изданной в Симферополе в 1961 году, Е. П. Степанов вспоминает:
— Против нас,— говорил П. Р. Ямпольский,— выделены более крупные воинские части с полным техническим оснащением. Над получше подготовить бронебойщиков...
- Пушечек бы нам, Петр Романович,— сказал Федоренко.
- Правильно,— поддержали другие командиры.
Решили запросить у командования фронтом. Через нескольн» дна! самолетами в лес была доставлена батарея 76-мм пушек. Артиллерийский расчет состоял из отважных ребят, готовых в любой момент выступить против врага. Командиром батареи был офицер Красной Армии, присланный с Большой земли командованием Северо-Кавказского фронта, Прокопий Лукомец. Отличный артиллерист, хорошо знавший свое дело, и храбрый воин.
Комиссаром батареи был назначен Акакии Творадзе, в прошлом артиллерист, пришедший к партизанам после Керченско- Феодосийского десанта. Командиром огневого расчета стал Николай Парфенов, тоже из военных, пришедший в лес в ноябре 1941 года. Помогали артиллеристам еще несколько партизан, боевых, инициативных бойцов —И. В. Мартовой, В. С. Дмитриев, Л. М. Виноградов и другие.
Пушки и «катюши» сослужили партизанам добрую службу, однако в дальнейшем использовать их не удалось.
Закончив осмотр позиций артиллеристов, можно по лесной дороге спуститься вниз и ознакомиться с другими памятниками того же периода народной войны.
Успешные наступательные действия Красной Армии летом и осенью 1943 года способствовали подъему партизанского движения на всей оккупированной территории, в том числе и в Крыму. Отряды пополнялись за счет местного населения. В леса предгорий и горного Крыма уходили люди целыми селами, шли они и из городов. У многих было с собой оружие — пистолеты, винтовки, гранаты. Так, в зуйские леса ушло население сел Шумхай, Ангара, Джафар-Берды, Ново-Ивановка, Соловьевка, Фридеиталь, Нейзац, Розенталь и других.
Благодаря активизации подпольщиков усилилось разложение оккупационных войск. В лес дезертировали словаки, румыны, поляки, представители других народов, насильно мобилизованных в -фашистскую армию. Приходили военнопленные, бежавшие с помощью подпольщиков из концлагерей, солдаты из полицейских формирований и РОА. Только из Симферополя прибыло в лес более 300 человек
Для того чтобы справиться с потоком новых людей, недалеко от высоты 887, в домике лесника (так называемая 3-я казарма), был создан пункт формирования, или «партизанский военкома т». Им заведовал отважный партизан Григорий Гузий, помогала ему Женя Островская. Через военкомат за короткий срок прошло более трех тысяч человек, а всего осенью 1943 года вступило в ряды партизан свыше 5600. Из них формировались новые отряды и даже бригады. В зуйских лесах были созданы 5-я (командир Ф. С. Соловей, комиссар М. М. Егоров), 6-я бригады (командир Г. Ф. Свиридов, комиссар И. Я. Бабичев), значительно пополнилась 1-я партизанская бригада.
Военный совет Северо-Кавказского фронта оказал большую помощь партизанам командными кадрами, обком партии помог партийными и комсомольскими работниками. В лес прибыли политработники И. И. Висторовский, П. Ф. Капралов, П. П. Кузнецов, В. Т. Лопачук, М. Д. Сохань, Ю. И. Сытников, комсомольские работники Александра Андреева, Иван Гончаров, Мария Должикова, Василий Красников, Евдокия Хохликова, Иван Якусар. Несколько позже в лес прилетели секретарь обкома комсомола Николай Овдиенко и инструктор ЦК ВЛКСМ И. В. Захаров.
Была также оказана помощь вооружением и боеприпасами. Самолеты доставили партизанам тысячи винтовок, автоматов, гранат, патронов, мин. В этот период каждый день жизни народных мстителей был отмечен успешными диверсиями, нападениями на врага...
У края той же живописной поляны, где сохранились еще развалины «военкоматской» постройки, стоит памятник группе разведчиков и диверсантов.
Группа была сформирована из молодых ребят, крепких и выносливых, уже прошедших суровую школу войны. В нее входили 9 человек: Иван Анненко, Петр Бондаренко, Александр Вуколов, Анатолий Добровольский, Иван Мотузко, Владимир Пропастин, Леонид Щукин, радистка Шура Добровольская. Возглавлял группу Ф. Т. Ильюхин, известный также под прозвищем «Верного».
6 сентября 1943 года Ф. Ильюхин и его товарищи высадились с парашютами в Зуйском районе, близ деревни Бешарань-Отары. Здесь и началась их трудная боевая и разведывательная работа, каждый день и час которой грозил опасностью, подстерегавшей их на каждом шагу. А трудности были действительно огромные: почти открытая безлесная равнина, постоянный риск наткнуться на оккупантов —контрразведку, нолевую жандармерию, фашистских патрулей... 220 трудных дней бойцы провели в глубоком вражеском тылу, по сути — на острие ножа.
Группа вскоре обросла активом из местного населения. Для выполнения боевых заданий нужна была автомашина. Работать согласился водитель «полуторки» из Зуи В. М. Рыбовалов, деятельно помогали Н. М. Кравцов, М. А. Бричевский, Серафима и Алексей Кляцкие.
В январе 1944 года кончилось питание для рации. На месте достать его не удалось. Тогда группа в полном составе пришла в партизанский лес, расположившись на той поляне, где мы с вами стоим. Получив с Большой земли питание, разведчики возобновили передачу радиограмм командованию Красной Армии.
В жестоких схватках с врагом смертью храбрых пали Серафима и Алексей Кляцкие. Погибли бойцы Леонид Щукин и Анатолий Добровольский.
За 220 дней борьбы партизаны взорвали 13 вражеских эшелонов. Советскому командованию было передано около 300 боевых донесений с ценными данными о противнике.
Метрах в 150 от мемориального обозначения в честь группы «Верного» находится партизанская криничка. Теперь она утратила свой первоначальный вид: вода поступает в трубу, над которой сооружен памятный знак: голова партизана с красной лентой на шапке. Благоустроена криничка руками комсомольцев одного из симферопольских заводов в 1975 году.
От кринички поднимемся наверх и пройдем к памятному знаку в честь 18-го партизанского отряда. На этом месте со дня организации отряда располагался его штаб, боевые группы, группа разведчиков. Отсюда партизаны уходили на боевые операции, здесь они скрещивали оружие с карателями, пытавшимися их уничтожить.
18-й партизанский отряд был создан 1 ноября 1943 года и вскоре заметно пополнился за счет вновь пришедших патриотов, Числен-ность отряда в момент формирования составляла 175 человек. Возглавил его бывший пограничник, участник боев под Одессой лейтенант А. С. Ваднев, воевавший в рядах партизан с ноября 1941 года.
Комиссаром отряда стал Н. А. Клемпарский, крьмчанин, уроженец деревни Бешарань-Отары, до войны работавший в финансовых органах. По заданию райкома партии Николай Антонович был оставлен в подполье. Выполнив задание, он пришел в марте 1942 года сперва в Джанкойский отряд, а затем был переведен в Зуйский. Прекрасно зная здешние места, людей района, Клемпарский связал отряд со многими патриотами, жившими в окрестных селах. Как уполномоченный обкома партии по подполью он создал 5 патриотических организаций и групп, участники которых перешли позднее в лес и стали в основном бойцами 18-го партизанского отряда.
Николай Клемпарский был несколько старше своего командира, имел к тому времени немалый жизненный и боевой опыт, с первого и до последнего дня участвовал в войне с белофиннами. Если командира отряда отличали стремительность действий, порой некоторая поспешность в суждениях, то комиссар всегда оставался спокоен, рассудителен. Эти два человека очень хорошо дополняли друг друга. Они смогли создать крепкий, боеспособный отряд, славившийся сноей инициативностью и ратным мастерством.
Многое сделали для этого такие замечательные организаторы и отважные партизаны, как И. М. Медведев (начальник штаба, в прошлом руководитель одной из подпольных групп), И. Е. Щербина (секретарь партийной организации), Наташа Гришанкова (помощниц комиссара отряда по комсомолу). Особо надо сказать о командире разведгруппы — Григории Максимовиче Авраменко. Работа рзведчиков была исключительно сложна и опасна. Но в отряде не было случаев, чтобы они допустили просчет и дали неточные сведения о противнике. Г. М. Авраменко погиб смертью героя в боях фашистской карательной экспедицией в январе 1944 года.
Боевыми группами командовали моряк Николай Семашко, воспитанник партизанского леса Сейдали Куртсеитов и другие.
II марте 1944 года пришло пополнение — симферопольские комсомольцы- подпольщики, которым нельзя было оставаться в городе ввиду угрозы ареста. Бойцами отряда стали почти все участники «особой диверсионной группы Василия Бабия.
За любую, подчас самую трудную работу брались девушки, в прошлом тоже подпольщицы,— Вера Кудряшова, Нина Удалая, Люба Игнатова, Мария Дембицкая, Вера Тишиова. Таисия Стенина. Они несли караульную службу, ходили в разведку, наравне со всеми отражали атаки врага в период боев с карателями, выносили раненых с поля боя, ухаживали за ними в импровизированных «партизанских госпиталях».
Когда был тяжело ранен командир отряда А. Ваднев, жизнь ему спасла Вера Кудряшова. Двенадцать дней и ночей, рискуя жизнью, она и Иван Ефимович Щербина прятали в заснеженном лесу командира и ухаживали за ним.
А. С. Ваднев был отправлен самолетом в госпиталь на Большую землю. Командиром отряда с 15 января 1944 года стал И. Е. Сырьев, партизан с ноября 1941 года. Боец, командир диверсионной группы, вместе со своими боевыми друзьями он пустил под откос 7 вражеских эшелонов.
Весь отряд в целом за время боевой деятельности провел 18 крупных операций, 11 раз успешно противостоял карательным экспедициям противника. По далеко не полным подсчетам, в результате этих боев фашисты потеряли 935 солдат и офицеров.
Занимая высоту 887, отряд находился на перекрестке путей, как бы в самом сердце Северного соединения. Через него шла связь с партизанами, которые базировались на высоте Яман-Таш и в тыркинских лесах. Его не могли миновать те, кто шел на аэродром встречать самолеты с Большой земли, и те, кто возвращался с задания из Симферополя и других мест Крыма.
В 18-м отряде работала школа для детей. Учителя — в одиночку или небольшими группами — вели занятия по программе советской школы. Занятия проходили в обстановке, которую трудно даже представить педагогам и школьникам наших дней, не знающим, что такое война. Не было учебников, бумаги, карандашей, а«классы»-шалаши бомбили и обстреливали вражеские самолеты. Но когда кончался налет, ребята опять собирались в «класс», чтобы продолжить урок. Для многих из них это был главный в жизни урок мужества.Самоотверженно работали в лесной школе учителя М. Сухов, М. Жихарева, 3. Пушкарева и другие.
Жили партизаны в шалашах. В начале партизанской борьбы копали добротные землянки, в них делали нары в два этажа, клали кирпичные или устанавливали железные печи. Тщательно из деревьев накатывали потолки, а сверху засыпали листвой и землей. В таких землянках было тепло и уютно.
В дальнейшем это оказалось нецелесообразным. Во время карательных прочесов, когда партизанам приходилось покидать лагеря, фашисты взрывали жилища или минировали их. «Воевали» они не только с землянками, но со всем решительно, что в них оставалось: жгли вещи, «методично» простреливали посуду, чтобы партизанам не в чем было готовить пищу.
Начиная с зимы 1942—1943 года партизаны жили преимущественно в шалашах. Для сооружения жилища собирали длинные средней толщины бревна, ставили их конусообразно, укрепляли наверху, а внизу немного углубляли и засыпали сантиметров на десять землей. На две трети бревна закрывали опавшей листвой и землей, а на одну треть оставляли открытыми для выхода дыма от костра. Посредине шалаша делалось небольшое углубление и разводился костер. На дверь навешивали плащ-палатку или какую-нибудь грубую ткань, а вокруг костра сооружали нары.
Такие шалаши делались быстро, без особого труда. Их легко можно было восстановить после вражеского прочеса.
На высоте 887 расположен приметный и оригинальный памятник -Курган Славы. Он как бы подытоживает все, что мы видели на местах боев. Здесь братская могила, где покоится прах патриотов, погибших в боях на этих высотах.
Сооружение Кургана Славы началось в 1963 году, когда были перезахоронены на месте нынешнего мемориала останки четырех неизвестных бойцов. Так вырос первый небольшой холмик на могиле погибших воинов. Затем сюда перенесли останки народных мстителей, похороненных на высотах Колан-Баир и Бурме, в урочищах Уч-Алан, Шамулы, Ой-Яула и других.
27 ангуста 1967 года состоялось торжественное открытие партизанского мемориала. А затем каждый, кто приходил на высоту 887 поклониться праху друзей, приносил землю. Так вырос величественный холм. У подножия Кургана в День Победы проводятся митинги, на которые съезжаются бывшие партизаны со всех концов Советского Союза — из Москвы и Ленинграда, Киева и Минска, Магнитогорска и Магадана, из всех городов Крыма, чтобы встретиться с боевыми друзьями, вспомнить о былых сражениях...
У Кургана Славы комсомольцы проводят свои слеты, а пионеры игру «Зарница». К нему ведут туристские тропы. На этой священной земле солдаты Советской Армии принимают присягу, дают клятву на верность Родине.
К юго-востоку от Кургана Славы и высоты Колан-Баир, километрах в трех-четырех, начинается массив так называемых тыркинских лесов — по названию горы Тырке. В этих лесах все два с половиной года оккупации Крыма не утихали бои советских патриотов с фашистскими захватчиками.
Туда мы и направимся. Побываем на Зуйской заставе, на высоте «Дедов курень», где дислоцировались 17-й партизанский отряд и штаб 6-й партизанской бригады, посетим легендарную высоту 1025.
Первой у нас на пути — Зуйская застава. Не раз народные мстители встречали врага именно здесь, на форпостах партизанского леса, вступали в бой, одерживали победу.
В июле 1942 года после прочеса заповедных лесов две фашистские дивизии и вспомогательные части — всего до 22 тысяч солдат и офицеров — двинулись к зуйским лесам. На вооружении у противника были пушки, мощные шестиствольные минометы. В течение двух дней они обстреливали позиции партизан, окружив их плотным кольцом.
Партизан в этом районе было немного, всего около 500 человек, не считая больных и раненых. Маневрировать при таком плотном окружении было невозможно, и партизанам пришлось принять позиционный бой. На рассвете 24 июля после часовой артподготовки гитлеровцы развернутыми цепями пошли на штурм партизанских позиций.
Дружным огнем встретила карателей Зуйская застава, которой командовал комсомолец Павел Володин. Затем подоспела группа партизан во главе с П. А. Колесником.
В течение всего дня 24 июля горстка храбрецов сдерживала натиск карателей. Враг обрушивал на них шквальный огонь из всех видов оружия — минометов, пулеметов, автоматов. Застава молчала. Но стоило фашистам подняться в атаку, как тут же оживали партизанские позиции. Со снайперской точностью стреляли пулеметчики Яша Сакович и Михаил Белодед, не умолкали автоматы бесстрашных бойцов Виталия Полякова, Михаила Соловьева, Сейдали Куртсеитова, Ивана Князева, Анатолия Шишкина. Народные мстители дрались с большим упорством. Каждый метр партизанской земли давался гитлеровцам ценою огромных потерь.
К утру 25 июля противник подбросил подкрепление и штурм возобновился. В этот день геройский подвиг совершил политрук заставы Никита Бороненко. Когда враг стал теснить партизан, Бороненко поднялся во весь рост и с криком: «За Родину! Вперед, за мной!» бросился навстречу врагу. Вся застава мгновенно последовала примеру политрука. Наступление фашистов было остановлено. В этой атаке Бороненко был смертельно ранен.
Во время одной из яростных атак врага был убит пулеметчик. Бойца заменила комсомолка Клава Юрьева. Пулемет застрочил снопа. Вражеская атака и на этот раз захлебнулась.
Однако слишком уж были неравны силы. Все туже и туже затягивалось кольцо окружения. Гитлеровцы уже предвкушали победу. Единственный выход — контратака, прорыв вражеского кольца. И тут раздался голос Клавы Юрьевой, единственной девушки на заставе. - Товарищи! В атаку! За Родину!
Мощное «Ура!», смелый натиск, огонь из автоматов — все это ошеломило врага. Гитлеровцы не выдержали, их цепь разомкнулась, || партизаны вырвались из окружения.
От фашистской пули погибла Клава Юрьева. От роду ей было всего 18 лет.
Трагически сложились обстоятельства на другом участке боя. По распоряжению П. А. Колесника, начальника штаба Зуйского отряда, группа бойцов во главе с Ураимом Юлдашевым была переброшена на стык двух застав — Биюк-Онларской и Зуйской. За один лишь день 24 июля партизаны отбили здесь одиннадцать атак противника. Утро следующего дня началось мощной артиллерийской подготовкой врага, которая продолжалась около часа. А затем гитлеровцы пошли в наступление. В этот критический момент связной принес приказ от командира партизанского района И. Г. Куракова: «Без приказания ни на шаг не отходить. Занятый рубеж защищать до последнего патрона. Патроны росходовать экономно..., бить противника с ближайших дистанций, наверняка. Пулеметы взять под особое наблюдение».
...Враг все ближе подходил к позициям партизан, а команды открывать огонь не было. Фашисты успокоились, открыто шли во весь рост. И вот команда: «Огонь!».
Партизаны расстреливали врага в упор. Атака захлебнулась, фашисты отступили. А потом снова были атаки и контратаки. Наконец, получен приказ оставить позиции. Но как выйти из боя, как оторнаться от противника? Командир Ураим Юлдашев принимает решение — оставить группу прикрытия из трех человек. Остался и сам. Остальным приказал отходить.
Вскоре, однако, враг догадался, что партизан мало: огонь стал менее плотным. Вновь атака, схватка врукопашную... Командир и оба бойца погибли смертью героев, до конца выполнив свой воинский долг.
Рядом сражались биюконларцы. Наступление фашистов сдерживали на этом участке всего восемь человек. Руководил боем коммунист Д. А. Абрамов.
25 июля гитлеровцы предприняли массированную атаку, пытаясь взять биюконларцев живыми. В критический момент комсомолец Михаил Лях с гранатой и автоматом в руках поднялся во весь рост и скомандовал: «За мной! Вперед!» Смелый бросок — и партизаны вышли из окружения.
Во второй половине дня 25 июля все отряды отошли с застав. Их оборонительным рубежом стала высота 1025.
Отсюда наш путь на высоту «Дедов курень», где располагался 17-й партизанский отряд и штаб 6-й бригады.
Отряд под номером 17 был создан в начале ноября 1943 года из жителей сел Ангара (ныне Перевальное), Чавке (ныне Сорокине), Шумхай (Заречное). Возглавил его коммунист О. А. Козин, участник обороны Одессы, кавалер ордена Красного Знамени, уже два года воевавший в партизанском лесу. За это время был он разведчиком, пулеметчиком, командовал боевой группой.
Комиссаром отряда стал вначале Петр Шпорт, затем его сменил Андрей Бабушкин. Большую часть бойцов составляли молодые ребята, еще не обстрелянные, но горевшие желанием бороться с оккупантами.
Е. П. Степанов в книге «Партизанскими тропами» вспоминает, как собирался отряд на первую боевую операцию.
«...Теплым солнечным днем ноября на «Дедовом курене» выстроился молодой отряд Козина. В шеренгах стояли и седые, сутуловатые старики в потертых овчинных полушубках, и молодые парни в выцветших армейских гимнастерках, стояли и русские, и украинцы, и грузины, заброшенные сюда военными вихрями, были здесь и деды, и отцы, и мужья, и братья всех тех, кто гурьбой стоял тут же, в нескольких десятках мсгцоз, и так пристально всматривался в лица бойцов».
Это была торжественная минута — отряд шел на первое боевое задание.
Близ Перевального располагалось еще недавно село Сорокин», составляющее ныне с Перевальным единое целое. В ночь на 7 ноября 1943 года появившийся здесь неожиданно партизанский отряд во главе с командиром Октябрем Козиным и комиссаром Петром Шпортом разгромил фашистский гарнизон.
Операцию командир готовил тщательно. Учитывал и состав отряда, и недостаток оружия — одна винтовка на пятерых. В разведку послал самых надежных, боевых ребят — А. Онуфриева. Г. Турлымкина, В. Совопуло. Среди них была одна девушка — семнадцатилетняя комсомолка Валя Годлевская, ставшая впоследствии женой командира. Ныне имя Героя Социалистического Труда Валентины Козиной, лауреата Государственной премии СССР, известно далеко :м пределами Крыма. А в ту далекую ноябрьскую ночь стояла перед командиром очень юная, очень смелая девушка, и он отгонял треногу, посылая ее в разведку. Но понимал: Валя должна идти, именно она и никто другой — отважная, стойкая, осторожная. Ей м места здесь известны до последнего кустика, бугорка, балочки. На следующий день к полудню разведчики вернулись, принесли ценные сведения. Теперь командиру было ясно, как лучше действовать. Ночью партизаны спустились с гор и внезапно ударили по противнику. Враг в панике заметался по деревне, повёл беспорядочную стрельбу. Партизаны, заняв удобные позиции, вели прицельный огонь. В результате боя было уничтожено 70 вражеских солдат и офицеров, 9 взяты в плен, захвачены богатые трофеи.
Затем последовала еще целая серия блестящих боевых операций. Упомянем две — участие в разгроме вражеского гарнизона в селе Шумхай (ныне Заречное), где 17-й отряд был главной ударной силой, и успешный рейд на фашистов, окопавшихся в селе Ангара (Перевальное). В декабре 1943 — январе 1944 годов отряд — он назывался теперь «За Родину» — вел бой с карателями на подступах к главным партизанским лагерям, расположенным на высоте «Дедов курень». Враг был остановлен, и в течение суток продолжался неравный бой на этих высотах. Затем, оставаясь на этой же высоте, отряд сменил позиции. Еще сутки фашисты чувствовали силу мощных партизанских ударов.
Вой с карательной экспедицией отряд завершил на высоте Яман-Таш, где в течение трех суток он успешно отбивал атаки врага. Смертью храбрых пали на этой высоте бойцы Григорий Годлевский и Надя Смаженко.
Участвовал отряд и в боях за освобождение Крыма. Командовал им в этот период Ф. 3. Горбий. 13 апреля партизаны атаковали группу противника на шоссе вблизи села Ангара (Перевальное). Взято в плен 75 вражеских солдат, захвачены пулеметы, винтовки, автомашины. Это была совместная операция 17-го и 19-го отрядов. В тот же день оба отряда под общим командованием Ф. И. Федоренко вступили в Симферополь и совместно с войсками Красной Армии очищали город от фашистских захватчиков.
С высоты «Дедов курень» туристы и экскурсанты спускаются к реке Бурульче. Склоны высот вдоль реки — в прошлом позиции Зуйского партизанского отряда. Здесь сохранились остатки партизанской мельницы, пекарни, землянок. Немного дальше — небольшая поляна. На ней в первые дни партизанской борьбы бойцы и командиры отряда клялись беспощадно бить врага.
Зуйский партизанский отряд был создан в октябре 1941 года из коммунистов, комсомольцев и беспартийных патриотов. Очень разные собрались в нем люди. Учительница, депутат Верховного Совета Крымской АССР Анна Никитична Якимович, которая наотрез отказалась эвакуироваться в тыл; медлительный и осторожный, но храбрый в бою Кондрат Васильевич Завгородний, до войны — рабочий совхоза; вдумчивый и душевный Алексей Иванович Макаров, в недавнем прошлом — колхозник; тракторист Василий Самарин, смелый, находчивый, готовый выполнить любое задание, но только чтобы его об этом попросили, так как терпеть не мог приказов.
Разведчиком отряда стал бывший председатель колхоза, весельчак Кузьма Семенович Трубенко — он и в лес пришел со своим потрепанным баяном. Говорили, что это подарок его прадеда, участника русско-турецкой войны 1877—1878 годов. Кузьма Семенович погиб при выполнении боевого задания: его захватили в плен фашисты, долго пытали, а потом полуживого закопали в землю.
В отряде были девушки — Мария Стоянова, Александра Рыбовалова, Ава Муслюмова, Ася Пилевина. Всех четырех отличало исключительное трудолюбие. А Пилевину — еще и малый рост, и потому ей никак не могли подобрать оружие. Когда ребята раздобыли первый карабин, то единодушно решили передать его Асе. Стало ясно, что ростом она немного выше карабина.
Мастером на все руки оказался Леонид Астафьев, попавший и отряд из окружения. Изготовленными им минами отряд подорвал дна фашистских танка и десятки вражеских автомашин.
«Храбрые и дисциплинированные» — такая репутация закрепилась к отряде за бывшими военнослужащими, пришедшими в отряд вместе с Астафьевым. Их было несколько человек — Владимир Коз-лои, Петр Власюк, Михаил Белодед, Николай Вланич... А в начале 1942 года пришло пополнение: парашютисты-десантники Александр Пилит:. Анатолий Шишкин, Ураим Юлдашев. Батыр Катадзе — всего 11 человек.
Командиром отряда был назначен Андрей Антонович Литвиненко, председатель Зуйского райисполкома. Всегда деликатный, по-домашнему мягкий, с доброй улыбкой в обычной обстановке, он был и решителен в бою, показывал пример находчивости в самых сложных боевых ситуациях. Ему верили, за ним шли... Комиссаром отряда стал Н. Д. Луговой, секретарь Зуйского райкома партии.
Командование отряда заготовило базы с продовольствием, боеприпасами, одеждой. Выло вырыто заранее несколько землянок. Но их не хватало, потому что в отряд прибывали все новые и новые люди. Придумали выход из положения. Вечером раскладывали костер из длинных поленьев, потом раздвигали угли, укладывались на нагревшуюся землю. Тепла хватало, но утром друг друга узнать не могли — все были черные от золы.
В отряд вступали целыми семьями. Партизанскими стали семьи Парчинских, Матрены Осиповны Щербины, пришедшей с четырьмя детьми. Матрена Осиповна и ранее поддерживала связь с партизанами — снабжала их продовольствием, передавала разведывательные данные. Патриотке угрожала расправа, и она ушла в лес. Старший ее сын Семен в 16 лет стал бойцом отряда, младший помогал по хозяйству, девочки ухаживали за ранеными. А сама Матрена Осиповна бралась за любую работу, и всякое дело спорилось в ее руках.
С первых дней оккупации отряд начал боевую деятельность. Каждый день не задания уходили группы и подрывники-одиночки, непрерывно рос боевой счет народных мстителей.
За время деятельности отряда (до его расформирования осенью 1942 года) партизаны провели 55 боевых операций, в том числе 28 боев и 13 диверсионных актов на коммуникациях противника. В ходе этих операций оккупанты потеряли 1149 солдат и офицеров. Были пущены под откос 2 воинских эшелона, выведены из строя два танка и 14 грузовиков, взорван склад со снарядами...
От реки Бурульча — крутой подъем на легендарную высоту 1025, господствующую в этом районе. На высоте находился одно время штаб 2-го партизанского района во главе с И. Г. Кураковым и И. С, Бединым, а затем командный пункт Северного соединения (командир П. Р. Ямпольский, комиссар Н. Д. Луговой). Отсюда шли связные в отряды с приказами, уходили в города и села разведчики, чтобы обеспечить фронт нужными сведениями. Здесь, на высоте, располагались наблюдательный пункт, землянка радистов, а сейчас стоит историческая партизанская пушка: именно из нее в июле 1942 года партизаны вели огонь по карателям.
Наблюдательный пункт партизан— это огромный дуб на вершине горы, с которого просматривалась вся окружающая местность на много километров. Днем и ночью дежурили на площадке партизаны. Дозор был глазами и ушами многих отрядов. Не раз по его сигналам, действуя внезапно и решительно, патриоты обращали в бегство более сильного и лучше вооруженного противника. Близ наблюдательного пункта была оборудована землянка радистов.
В конце декабря 1941 года в расположение партизан 1-го района были заброшены на парашютах радисты Михаил Захарчук и Василий Добрышкин, в марте 1942 года во 2-й район — Степан Выскубов и Николай Григорьян, в 3-й район — Александр Кочетков и Роман Квашин. Позднее к ним присоединились радисты Михаил Балашов, Ася Опарина и другие. Партизаны могли теперь оперативно и беспрепятственно сообщать разведывательные данные, докладывать о боевой деятельности отрядов, о своих нуждах. Каждый день принимались сводки Совинформбюро. Благодаря установлению радиосвязи командование Северо-Кавказского фронта получило возможность направлять действия партизан, сообразуясь с задачами действующей армии.
В трудную минуту радисты меняли ключ на автомат, наравне с бойцами отражали атаки врага. Обстоятельства заставляли уходить по крутым партизанским тропам, и радисты несли нелегкое свое хозяйство на себе. Помочь каждый рад, но рация это как бы личное оружие радиста, и его никому не передашь. Кончился бой или переход — партизаны отдыхают. Только радист не имел на это права: у него сеанс связи. Нередко и ночью, когда лагерь спит, радисты выстукивают свои точки и тире...
Радиосвязи с Большой землей ждали все. И сколько было радости, когда Коля Григорьян или Степа Выскубов выходили из землянки и, улыбаясь, помахивали сводкой Совинформбюро. Вести, конечно, бывали разные, и уже по выражению лиц радистов узнавали о делах на фронте.
Около двух лет находились в зуйских лесах радисты С. П. Выскубов и Н. А. Григорьян. Это были замечательные бойцы и специалисты, люди большой и щедрой души. До сих пор вспоминают о них партизаны. Вспоминают с благодарностью...
Нет такой группы экскурсантов, которая не остановилась бы возле партизанской пушки — этого своеобразного памятника народной борьбы. Вначале пушка Красной Армии, при отступлении была оставлена партизанам и стояла неподалеку от села Барабановки Артиллеристы-партизаны долго думали, как доставить ее в отряд. Наконец весной 1942 года несколько человек на себе притащили эту махину в лес. С большим трудом, тоже на руках, подняли на высоту 1025.
Партизаны любовно ухаживали за пушкой. В ее расчет были зачислены Иван Федоров, Николай Плетнев, Иван Вовк.
24—25 июля 1942 года в бою с фашистской карательной экспедицией пушка сыграла свою роль.
Ночь на 25-е прошла относительно спокойно. Партизаны заняли круговую оборону на высоте 1025. С утра фашисты возобновили обстрел, а к середине дня натиск их еще более усилился. Судьба партизан, казалось, висела на волоске. И тут командир района И. Г. Кураков отдал приказ открыть огонь из пушки.
Выстрелы партизанской пушки были для фашистов как гром среди ясного неба. Противник остановился, полагая, что в расположении партизан высадился десант советских войск. А пушка продолжала стрелять. Только и были слышны разрывы ее снарядов, многократно повторяемые оглушительным горным эхо. Воспользовавшись замешательством карателей, партизаны вывели основные силы из-под удара вражеских войск.
...Годы прошли с тех пор, давно уже молчит пушка — свидетельница жестоких схваток и партизанского мужества. Молчит, но самим своим существованием и все еще грозным видом напоминает людям о прошлых боях, о стойкости защитников высоты 1025.
Несколько лет назад группа туристов, шедшая по партизанским
тропам, оставила здесь, на высоте 1025, в дупле небольшого дуба,
. стеклянную банку с запиской. В записке группа указала, из кого
она состояла и когда совершила привал. Туристы, шедшие следом
по этому маршруту, прочли оставленную записку и вложили в банку свою. Так в лесу возник своеобразный «почтовый ящик памяти», который словно объединил всех посетивших партизанские места. Вскоре содержание записок изменилось. Это вполне понятно. Побывав в священных местах народной войны, советские люди не могли ограничиться справками о себе и пользовались «почтовым ящиком», чтобы высказать волновавшие их высокие чувства. Так «почтовый ящик» превратился в копилку прекрасных, чистых помыслов, патриотических высказываний, пожеланий.
Вот первая по времени записка — краткая справка о посещении, и больше ничего: «10 марта здесь были студенты-призывники». Вторая, третья такого же характера. 16 мая новая группа туристов уже добавляет к обычным сведениям несколько иных строк: «По памятным местам боевых действий партизан прошла группа комсомольских работников... Пусть живет в наших сердцах бессмертная
слава героев!»
Все последующие записи так или иначе перекликаются с этой. Процитируем некоторые из них без всяких пояснений — они сами говорят за себя. «Мы восхищены и очень благодарны народным мстителям за их самоотверженную защиту нашей Родины. Мы будем трудиться не покладая рук, чтобы еще более могучей стала наша Родина, оплот мира во всем мире» (группа из 12 человек) .
«Мы никогда не забудем тех, кто боролся и отдал свою жизнь за наше светлое будущее»,— писали молодые рабочие одного из крымских заводов. Их слова подхватывает следующая группа туристов: «Мы восхищаемся и гордимся партизанами Крыма, которые в тяжелых условиях вели борьбу с превосходящими силами противника. Боевые дела наших отцов, матерей, братьев и сестер являются вдохновляющим примером для нас. И если потребуются наши жизни для защиты Родины, мы отдадим их без колебания».
Теперь руководство турбазы «Таврия» завело на партизанских маршрутах добротные книги и туристы свои записи делают в них. Раскроем одну из книг: «Какое большое счастье жить под ярким солнцем, под мирным небом! И этим мы обязаны только Вам, наши деды и отцы. Спасибо за счастливую юность». Это пишут туристы из Бреста, Ашхабада, Симферополя.
«За то, что воздух пахнет цветами, а не гарью, за то, что эта пушка больше не стреляет. Спасибо Вам, известные и неизвестные герои минувших дней. Спасибо тем, кто помогает дожить до наших дней этим священным реликвиям» (туристы из Перми, Орска, Оренбурга, Волгограда, Смоленска).
В книге не только слова благодарности. Молодые люди клянутся быть достойными великого подвига. Туристы из Вологды, Череповца, Сокола: «Спасибо Вам, партизаны крымских лесов, за мирное небо! Мы клянемся быть достойными наших отцов и дедов — всех тех, кто защищал Родину и эти прекрасные места». Туристы из Ленинграда и Литвы: «Мы будем достойны памяти погибших». Туристы из Москвы, Ленинграда, Минска, Бобруйска, Харькова: «Не забыть бы нам все, не простить бы и не потерять».
В заключение — строки из записи туристов Перми и Минска: «Война! Это страшное слово, несущее за собой смерть, голод, разрушения. Пусть никто и никогда не узнает об этом, но всегда помнит о тех, кто отдал свою жизнь за нас, за наше будущее». «Почтили минутой молчания подвиги крымских партизан» — идет далее приписка.
А теперь побываем на «Красной площади» партизан. Здесь проводились партийные и комсомольские собрания, митинги, самодеятельные концерты. Здесь же бойцы принимали присягу на верность Родине...
С высоты 1025 спускаемся к реке Бурульча, где можно осмотреть остатки партизанской мельницы и землянок госпиталя. Далее, вернувшись через Мазанку на шоссе Симферополь — Белогорск, продолжаем путь.
На маршруте у нас — поселок Зуя. Первое, на что мы обращаем внимание, въезжая в поселок,— это памятник среди зелени цветов. На обелиске — имена тех, кто погиб за Родину в годы Великой Отечественной войны,—солдат и офицеров Красной Армии, партизан, подпольщиков.
О том, как сражались зуйчане в партизанских отрядах, мы уже говорили. Героическую борьбу с врагом вели и зуйские подпольщики. Патриотическая организация создана здесь в начале 1943 года но инициативе комсомольцев Ивана, Кулявина, Михаила Буренко и Юрия Крылова. Членами ее стали Григорий Козаченко, Василий Малышев, Борис Шиков. Организация начала активно действовать ей оказывала содействие молодежь поселка. Вскоре была установлена связь с Зуйским отрядом, откуда доставлялись листовки, газеты.
В августе по доносу провокатора, проникшего в подпольную организацию, фашисты арестовали Надю Бандурко и Нину Савельеву. Комсомолки выдержали жестокие пытки и погибли смертью героев, ни слова не вымолвив о составе и делах подпольной организации. В конце 1943 года многие жители Зуи, в том числе все подпольщики, ушли в партизанский отряд.
...Была у зуйчан заветная мечта — сразиться с врагом в родных местах.
«Хочется вихрем пролететь по всем деревням района и уничтожить всех гитлерюг»,— писал в своем дневнике командир Зуйског» отряда А. А. Литвинеико.
Шли месяцы. Геройски погиб Андрей Антонович Литвиненко, сменился состав отряда, а исполниться мечте все не приходила время.
И только в первых числах декабря 1943 года отряды первой (командир Ф. И. Федоренко) и пятой (командир Ф. С. Соловей) бригад Северного соединения двинулись к Зуе. В операции участвовало немало зуйчан — Михаил Буренко, Борис Шиков, Юрий Крылов, Николай Клемпарский... Одним из отрядов командовал Семен Ильич Мозгов, работник Зуйского райкома партии.
Операция была тщательно разработана и подготовлена. Партизаны со всех сторон окружили поселок, перекрыли дороги, перерезали во всех направлениях связь.
По сигналу каждая группа устремилась к заранее намеченному объекту: одни к штабу, другие к школе, где фашисты устроили казарму, третьи к складам и к тюрьме, где томились советские патриоты. Застигнутые врасплох, гитлеровцы выскакивали на улицы села в одном белье, партизанские пули разили их без промаха.
И двух часов не прошло, как Зуя стала свободной. В бою истреблено около двухсот оккупантов, в том числе комендант Зуи, уничтожены комендатура, штаб, телефонная станция, сожжены склады.Захвачено оружие, боеприпасы. О зуйской операции сообщило всей стране Совинформбюро.
Дорога Зуя — Белогорск постоянно находилась под контролем партизан. Даже в непосредственной близости к Зуе и расположенному в ней фашистскому гарнизону, всего в 3—4 километрах от поселка, дорога была небезопасна для фашистов. Народные мстители громили обозы, подбивали автомашины, «охотились» за оккупантами.
Однажды — это произошло в январе 1942 года — удар был нанесен особенно чувствительный. Провела операцию группа партизан под командованием С. И. Мозгова.
Пришлось преодолеть немало трудностей. Прежде всего, шоссе охранялось, и надо было терпеливо ждать удобного момента. Этот момент наступил на рассвете. В короткое время партизаны заминировали дорогу, причем расположили мины в шахматном порядке — одну на полотне дороги, другую — на обочине, снова на полотне и вновь на обочине. Расчет был прост: если одна машина из вражеской колонны подорвется, то следующие будут объезжать эту машину.
Расчет оказался правильным. Не успели партизаны подальше отойти от дороги и укрыться за пригорком, как появились фашисты. «Отчетливо было слышно, что приближаются танки и автомашины. Удача или провал? Сработают мины или нет? Принесет ли успех новый прием закладки мин в шахматном порядке?
- Нервы напряжены до предела,— рассказывал потом Семен Мозгов.— Секунды кажутся часами. Забыты и холод, пробравшийся, кажется, до самого сердца, и голод, и опасность...
Вдруг послышались взрывы: первый, второй, третий...
Радости подрывников не было конца. Наутро разведчики донесли: на минах подорвались два средних танка и один грузовик с автоматчиками. И «амое главное — магистраль на несколько дней замерла. Движение на ней возобновилось лишь после того, как саперы проверили весь участок шоссе от Зуи до Старого Крыма.
Наш путь — в Белогорск и белогорские леса. В лесах белогорских (в период войны их называли карасубазарскими), старокрымских и судакских действовали народные мстители, весь этот горно-лесной район был партизанским краем.

БЕЛОГОРСК — небольшой старинный городок — расположен в 42 километрах от Симферополя на магистрали, соединяющей областной центр с Феодосией. В период оккупации фашисты перебрасывали свои войска и снаряжение через Карасубазар (Белогорск) на Керченский полуостров, который, как известно, был ареной ожесточенной борьбы на протяжении почти всего периода военных действий в Крыму.
Готовясь для ведения народной борьбы в тылу врага, партийная организация района учла стратегическое значение магистрали, на которой расположем город. Партизанский отряд был сформирован здесь задолго до прихода фашистов. Кроме партийных и советских работников, в отряд вошли рабочие и служащие различных предприятий и учреждений, сельские труженики. Значительную его часть составляли комсомольцы, беспартийная молодежь. Были в отряде и совсем молодые люди, только вступившие в жизнь, и убеленные сединой ветераны гражданской войны. Возглавил патриотов директор Карасубазарского лесничества Василий Тимохин, комиссаром стал секретарь райкома партии Тимофей Каплун.
Позаботилась парторганизация района и о том, чтобы в самом городе и сельской местности были созданы условия для развертывания подпольной борьбы.
В первые же дни фашистской оккупации Крыма на подпольную работу в город направляется из партизанского отряда комсомолец Павел Делямуре. Для координации деятельности всех подпольщиков Карасубазарского района обком партии оставил М. Г. Рыбакова, имевшего большой партийный стаж и опыт подпольной работы в годы борьбы с царизмом.
В апреле 1942 года в городе, несмотря на жесточайший террор, уже действуют несколько патриотических групп. Они успешно ведут пропагандистскую работу, разоблачают фашистские домыслы об уничтожении Красной Армии, несут в массы правду о действительном положении на фронтах Великой Отечественной войны. В городе появляются советские листовки и газеты, распространяемые подпольщиками.
Одной из первых оформилась подпольная патриотическая организация под руководством П. Л. Делямуре. В слесарно-бондарной мастерской, при которой она возникла, работал коммунист Степан Иванович Недомец. Делямуре и Недомец быстро нашли общий язык. В подпольную организацию они вовлекли преподавателя одной из школ Ф. Демченко, бухгалтера И. Вронковского, инспектора-пожарника И, Пуковского, заведующего столовой Н. Плужникова, шофера М. Барсова.
Почти одновременно с группой П. Делямуре в городе была создана еще одна организация патриотов во главе с комсомольцем Иваном Поповым. Впоследствии И. Попов стал командиром разведки партизанского отряда и геройски погиб в бою.
Молодые подпольщики Иван Попов. Николай Бойко, Игорь Мирошниченко распространяли листовки и газеты, писали от руки небольшие лозунги, а затем наклеивали их на приказы фашистского командования.
Жители города воочию убеждались, что гитлеровцы бессильны даже здесь, на оккупированной ими земле. Однажды властями было вывешено объявление об обязательной сдаче оружия. Наутро рядом висело другое: «Товарищи! Оружие не сдавайте, оно пригодится для 'борьбы против фашистов». Возле объявления: «Граждане, кто знает место пребывания партизан, просим сообщить в полицию» (за сообщение обещали большую награду), появилась надпись: «Предателей у нас нет!».
Со временем подпольных групп становилось все больше, их деятельность приняла для оккупационных властей угрожающий характер. В деревне Шавхал (ныне Мельники) патриотами руководил П. Т. Очигов, посланный областным подпольным центром; ему помогали Иван Миронов, Иван Чалухиди и другие. С помощью члена организации Николая Григорьева, который работал директором мельницы, удалось наладить снабжение партизан продуктами питания, в частности мукой и крупой. Активизировалось подполье в деревнях Пролом, Васильевка и других населенных пунктах.
Патриоты вели разъяснительную работу среди населения, распространяли сводки Совинформбюро, освобождали военнопленных, помогали оставшимся в тылу семьям партийных и советских работников, семьям партизан и воинов Красной Армии. В 1943—1944 годах десятки людей были переправлены ими в лес.
В борьбе с оккупантами погибли многие замечательные подпольщики. По доносу предателя гитлеровцам удалось схватить всю группу Павла Делямуре. В течение месяца палачи измывались над патриотами, но не вырвали у них ни единого слова признания.
Если при выезде из Белогорска в сторону Феодосии свернем на 3-м километре вправо, наш путь проляжет в белогорские леса, к местам наиболее активных действий партизан в этом районе.
В четырех километрах от Белогорска — село Криничное, центральная усадьба совхоза «Предгорье» (б. «Мариано»). Многие жители этого населенного пункта с первых дней войны влились в действующую армию, другие ушли в партизанский отряд.
Те, кто остался в Криничном, тоже не склонили головы перед врагом. Группа молодых патриотов начала подрывную работу против захватчиков. Рабочие совхоза Федор Маслов, Иван Павлов, Михаил Чупин собирали листовки, сброшенные советскими самолетами, и переписывали из них сводки Совинформбюро. Листовки распространялись поначалу среди узкого круга людей, но постепенно круг читателей расширялся. Патриоты вели устную пропаганду, рассказывая правду о положении на фронтах войны.
В сентябре 1943 года комсомолец Михаил Чупин побывал по заданию организации в партизанском лесу. Вернувшись в совхоз, он пытался организовать диверсионную группу, по был схвачен фашистами и расстрелян. Начатое дело продолжил комиссар одного из партизанских отрядов Виктор Денисов. Он пробрался в село, разыскал подпольщиков Федора Маслова и Ивана Павлова и с их помощью создал новую подпольную группу, получившую название «группа № 3». В сентябре 1943 года в нее вступили бывший секретарь комитета комсомола совхоза Нина Антонова, комсомолки Лидия Гузь, Валентина Веденмеер. Людмила и Анна Мельниченко.
Подпольщики имели явочные квартиры у Людмилы и Анны Мельниченко и у Валентины Веденмеер, сюда приходили из лесу связные от партизан. На квартире у Мельниченко хранились оружие, боеприпасы, взрывчатые вещества. Рискуя жизнью, Анна Мельниченко доставляла оружие партизанам, удачно обходя вражеские посты и заставы. Дочерям в их подпольной борьбе помогали родители.
Связь с группой поддерживали комиссар отряда Виктор Денисов, заместитель командира бригады по разведке Абдулла Садыков в помощник комиссара бригады по комсомолу Евгений Елагин. Подпольщики регулярно отправляли в лес муку, соль, табак, медикаменты, перевязочные материалы.
По заданию партизан комсомольцы провели несколько диверсионных операций. Члены группы Федор Маслов, Иван Павлов и Владимир Волченко перерезали телеграфно-телефонную связь на дороге Карасубазар — Ускут (ныне Приветное). Маслов и Павлов подорвали трактор-тягач, две грузовые машины.
Когда наступила победная весна 1944 года, боевая группа подпольщиков действовала с оружием в руках. В бою было убито 6 и взято в плен 73 вражеских солдата.
Покидаем Криничное и направляемся к селу Головановке.
В годы оккупации в этом небольшом селе (оно носило тогда название Карасу-Бапш) вела борьбу с фашистами группа патриотов: Петр Деопик, Нина Денисова, Василий Каменев и другие. Подпольщики поддерживали связь с командованием 2-й бригады, снабжали партизан мукой, мясом и другими продуктами. Кроме того в лес поступали разведывательные данные — информация о расположении и численности войск противника, их передвижениях, предполагаемых операциях и т. д.
В январе 1944 года, когда оккупанты готовились к большому прочесу карасубазарских лесов, это стало известно подпольщице Нине Денисовой. Ночью, в пургу, она отправилась в лес и передала добытые ею разведданные партизанскому командованию. Народным мстителям удалось вывести главные силы из-под удара противника. Теперь можно было навязать карателям бой там, где открывались их уязвимые места.
Есть в Головановской школе музей боевой славы. Ребята собирают документы, свидетельствующие о подвигах односельчан, свято хранят дорогие реликвии, память о тех, кто мужеством, жизнью своей оплатил их счастье.
Осталась позади Головановка, и теперь дорога, ведущая на Судак, к партизанским базам, становится в полном смысле лесной. Начинается массив белогорских лесов — места базирования партизанских отрядов. Здесь же находились и лагеря мирных жителей, ушедших осенью 1943 года под защиту партизан.
Силам народных мстителей противостояла в этом районе фашистская дивизия, штаб которой находился в Карасубазаре.
Особое значение придавали гитлеровцы дороге Карасубазар — Ускут: она связывала штаб дивизии е батальоном, охранявшим побережье; кроме того, по ней можно было перебрасывать живую силу, военное снаряжение. Однако пользоваться этим путем фашистам приходилось с большой осторожностью: хозяевами дороги были партизаны. Недаром чуть ли не на каждом повороте висели таблички: «АсМипд! РагШапеп!» («Внимание! Партизаны!»).
С первых дней партизанской войны в карасубазарских лесах дислоцировались отряды 2~го партизанского района: Джапкойский, Ка-расубазарский, Колайский, Ичкииский. Позже к ним присоединились два красноармейских отряда под командованием Ф. И. Исаева и Б. Б. Городовикова. С ноября по март 1942 года здесь находился штаб 2-го партизанского района, командиром которого был И. Г. Генов.
Располагались отряды на возвышенных местах: Ичкинский и Колайский — на высоте 1104, красноармейские — на горе Средней, Джан-койский и Карасубаварский — на горе Берлюк. Между горами Средней и Берлюк, на склонах высоты Скирда, размещался штав 2-го района. Из этих лесов отряды выходили на шоссе Карасубазар — Феодосия, устраивали засады, нападали на фашистские гарнизоны...
Лишь однажды партизаны оставили свои базы в карасубазарских лесах и обосновались за их пределами. Это произошло в январе 1942 года, когда были высажены советские десанты в Керчи и Феодосии. Партизаны разгромили вражеские гарнизоны в нескольких близлежащих населенных пунктах и заняли их, вплотную приблизившись к главной шоссейной магистрали Карасубазар — Феодосия — Керчь. На дороге они совершали боевые операции, препятствуя переброске гитлеровских войск для борьбы с советскими десантниками Пребывание партизан в населенных пунктах длилось недолг». Вскоре они возвратились на свои лесные базы. Однако событие это оказало сильное воздействие на местных жителей, подняло их дух,. укрепило уверенность в том, что успехи фашистской армии временные.
Осенью 1942 года карасубазарские леса почти опустели, часть партизан была эвакуирована на Большую землю, часть переброшена в зуйские леса для усиления находившихся там отрядов. Осталась лишь небольшая группа партизан-разведчиков, которая поддерживала связь с населением района.
Обстановка начала резко меняться летом и осенью 1943 года. В партизанский лес потянулись местные жители, не желавшие больше жить под пятой оккупантов. Численность народных мстителей возрастала, а удары их по вражеским гарнизонам и коммуникациям становились все ощутимее. В июле 1943 года приказом начальник» Крымского штаба партизанского движения был сформирован 5-й партизанский отряд, командиром которого стал В. С. Кузнецов.
Естественно, один отряд не мог своими действиями охватить весь лесной регион. Осенью 1943 года, как известно, был высаже» советский десант на Керченском полуострове и захвачен плацдарм-на севере Крыма. Фашистские войска могли оказать серьезное сопротивление Красной Армии во время решающих боев за освобождение Крыма. Поэтому перед партизанами была поставлена задача --держать фашистов в постоянном напряжении, парализовать их действия. Для выполнения этой задачи в карасубазарских лесах была размещена Вторая партизанская бригада, в старокрымских -Третья.
А пока остановимся на событиях 1941—1942 годов.
По дороге на Судак, все время идущей через лес, попадаем на живописную поляну Нижний Кокасан. Здесь стоял когда-то небольшой домик, разрушенный фашистами. Ныне на его месте — обелиск, памятник погибшим в боях партизанам. Здесь бойцы Ичкинского отряда открыли свой боевой счет, именно они первыми в этих лесах вступили в схватку с фашистами и победили.
Шел ноябрь 1941 года. Значительная часть советских войск, отходившая от Перекопа и Ишуни на восток, двигалась через горы илеса на Судак, Феодосию и дальше на Керчь. Гитлеровцы следовали по пятам, стираясь окружить наши войска и уничтожить их.
Со стороны Карасубазара на Ускут, т. е. в район Судака, отходил батальон 294-го пограничного полка. Он оказался в трудном положении: враг наседал, а под защитой батальона — госпиталь, в котором много раненых. Чтобы дать возможность пограничникам уйти от преследования, соединиться с основными частями, в бой вступил Ичкинский отряд.
Командир отряда М. И. Чуб умело использовал местность. К поляне Нижний Кокасан ведет узкая дорога, которую партизаны местами успели вывести из строя. Здесь и росположил свой отряд М. И. Чуб. Фашисты попытались проникнуть в лес, но были встречены дружным огнем народных мстителей. Завязался бой, длившийся несколько часов. Несмотря на большое численное превосходство захватчиков, отряд с честью выдержал первое испытание.
Ушел из-под удара батальон пограничников и находившийся под его охраной армейский госпиталь. Боевая операция закончилась успешно.
В этом бою партизаны уничтожили 123 гитлеровца, сами же потеряли убитыми одного — погиб смертью героя коммунист Кондрат Шейко. Ранено было пять партизан. Среди особо отличившихся бойцов — Иван Матяхин, Иван Ясиновский, Дмитрий Денисов, Андрей Кузнецов, Иван Знакоманов, Борис Шаров, Алексей Шокун, Яков Крым.
Первая удача еще больше сцементировала отряд, укрепила веру партизан в свои силы, в победу, в боевое мастерство своего командира. Эта вера крепла от боя к бою...
Мы уже говорили о том, что очень разные люди пришли в лес, разные по характеру, возрасту, профевсии. Ичкинский отряд не был в этом отношении исключением. Среди ичкиицев была секретарь райкома партии Вера Андреевна Золотова, человек кристальной чистоты и беспредельной преданности Родине. В те годы она уже была немолода, могла эвакуироваться, но партийная и гражданская совесть велели ей остаться и сражаться плечом к плечу с коммунистами, которые несколько лет подряд избирали ее секретарем райкома, верили в нее, шли за ней.
Здесь были и секретарь райкома комсомола Вера Загоскина, человек с большим опытом партийно-политической работы, и коммунист Кузьма Тютерев, исполнительный, дисциплинированный, и молодой коммунист Яков Крым, немногословный, чуть медлительный, но отличный, хладнокровный боец. Человек богатырского телосложения, он считал для себя зазорным носить какой-то там автомат илк винтовку. Станковый пулемет — вот достойное оружие! В первом же бою Яша доказал, что партизанский отряд вручил единственный станковый пулемет в надежные руки. Под стать ему был и Алексей Шокун. Этого неутомимого политработника всегда можно было видеть там, где шел жестокий бой, где нужна была особая дерзость, выносливость...
Командир группы, участник гражданской войны Иван Ермолаевич Матяхин и в годы Великой Отечественной показывал молодежи пример смелости и отваги. Да разве только он! Трудно перечислить всех бойцов и командиров Ичкинского отряда, являвших пример беззаветного служения Родине.
Одному из авторов этой книги (Е. Н. Шамко.— Р е д.) приходилось не однажды бывать у ичкинцев: слава о боевом командире Чубе скоро разнеслась по партизанскому лесу, к нему шли за советом и опытом. Дошла его слава и до Зуйского отряда, в котором довелось мне находиться в ту пору.
В марте 1942 года уже объединенный Ичкино-Колайский отряд после тяжелых боев временно перешел в зуйские леса на высоту 1025.
Меня послали к ичкинцам с донесением. Иду по узкой горной тропе. Вдруг окрик:
— Стой! Пароль?
Ответила и в свою очередь спрашиваю:
— А вы, мальчики, из какого отряда?
Бойцы переглянулись, пожали плечами, всем своим видом выражая удивление неосведомленностью человека, знающего пароль,
но не знающего, кто они. Потом один из них с оттенком мальчишеской гордости произнес:
— Мы чубовские!
В этих словах чувствовалась гордость за своего командира, за свой отряд.
Позже я узнала, что это были Федя Крашевский и Володя Опекунов, автоматчики, разведчики. Они сумели добавить и свою долю к славе чубовцев.
С Нижнего Кокасана по лесной живописной тропе, пройдя примерно километра четыре, можно попасть на поляну Верхний Кока-сан. Здесь комсомольцы Белогорска установили памятник погибшим партизанам.
В годы войны в районе Верхнего Кокасана партизаны не раз вели бои с карателями. Отсюда, с поляны, хорошо видны высоты Сахарная головка, Средняя, Берлюк, Скирда. На этих высотах не раз скрещивали оружие с врагом Карасубазарский, Ичкииский, Джанкойский и другие партизанские отряды.
14 марта 1942 года противник двинул большие силы к району расположения отрядов. Первым завязал бой на высоте Сахарная головка Ичкинский отряд и сражался весь день. Враг обрушил на партизанские позиции массированный минометный и пулеметный огонь. Атаки следовали одна за другой, но партизаны выстояли. Пулеметы Володи Аникина и Димы Денисова, непрерывно косившие вражеские цепи, раскалились так, что обжигали руки. Командир пулеметчиков Андрей Кузнецов несколько раз поднимал бойцов в контратаку. Неизменно на передовых позициях находились Иван Матяхин, Алексей Шокун, Григорий Рыженко, Василий Жигарев, Галина Леонова и др.
К концу дня у партизан стали иссякать боеприпасы. Теперь каждую пулю, каждую гранату посылали только в цель. Отбивая атаки фашистов, погибли Владимир Аникин, Дмитрий Денисов, Андрей Кузнецов. Противник дорого заплатил за жизнь героев — немало гитлеровцев полегло на подступах к высоте.
В тот же день ожесточенный бой пришлось выдержать партизанам Джанкойского отряда. Каждый выступ, каждое удобное дерево на высоте Берлюк было превращено в гнездо сопротивления. Боем руководили командир Иван Рюмшин и комиссар Петр Клеветов. Уже вечером, когда вражеский натиск начал ослабевать, оба патриота были убиты осколком мины.
Трудно сказать, кто был героем этого боя. Пожалуй, все, весь отряд. Не щадили себя, идя в атаку, такие отважные партизаны, как Е. Киселев, братья Кисеевы, П. Руденко, В. Резепов, В. Колдашов, И. Паршин, К. Кобзев...
Несмотря на многократное численное превосходство, фашистам так и не удалось захватить высоты Берлюк и Сахарная головка. Их путь был усеян трупами. Только за один день боя с Ичкинским и Джанкойским отрядами каратели потеряли свыше 200 солдат и офицеров.
Еще более ожесточенные бои с оккупантами на этих высотах вели отряды в августе 1942 года.
Отрядами 1-го района в это время командовал М, И. Чуб. Своевременно осведомленный разведкой о том, что гитлеровцы готовят широкое наступление на карасубазарские леса, он расположил отряды на выгодных позициях по склонам высот.
Крупные силы фашистов атаковали Джанкойский и 2-й Красноармейский отряды. Почти сутки партизаны вели бой, не отступив ни на один метр, все время держа в своих руках боевую инициативу. Отвагу и мужество проявили в этом бою командиры групп Октябрь Козин, Георгий Красовский, Владимир Мамасуев, пулеметчики Эммануил Грабовецкий, Иван Посторонко. Только на вторые сутки, когда дальнейшее сопротивление стало бесцельным и задача сковать силы врага была выполнена, партизаны покинули свои позиции.
Жестокий бой разгорелся в районе дислокации Карасубазарского отряда. На высоте Берлюк оборону держала группа, командиром которой был Василий Львович Тимохин. К концу второго дня у партизан осталось по нескольку патронов. Вражеские цепи все ближе и ближе, вот они уже у самой вершины. В. Л. Тимохин приказал бойцам отойти, а сам прикрыл их отход. С ним остались его жена Елена Ивановна и десятилетняя дочь Оля.
Прорвавшись на вершину, фашисты захватили девочку в плен .
Еще несколько минут Тимохин и его жена продолжали отбпватьс» от наседавших врагов. Но положение было безвыходным, и последними пулями они покончили с собой...
На высоте Сахарная головка в окружение попали три партизана — Аркадий Матуленко, Николай Орлов и медсестра Феня Барыбкина. Когда сопротивление стало безнадежным, они последние патроны использовали каждый для себя. К счастью, Феня была только тяжело ранена. Когда к девушке вернулось сознание, она ползком добралась до пункта сбора отряда, вся окровавленная, с разбитой челюстью...
Героизм и мужество в боях проявили партизанские врачи и медсестры. Тепло вспоминают все, кто сражался на этих высотах,, врачей Леонида Митлера и Ольгу Приходько, медицинских сестер Анастасию Бродзь, Валю Диминовскую, Нину Залесскую, Аню Финкельштейн.
В эти дни отличились многие бойцы, разведчики, командиры и комиссары отрядов. Трудно даже перечислить тех, кто геройски проявил себя в те августовские дни. Нередко шел в цепи атакующих и командир района Михаил Чуб. Жестокие бои разгорелись здесь в последний период народной войны. С ноября 1943 по апрель 1944 года фашистским карателям противостояла 2-я партизанская бригада, созданная в зуйских лесах. Возглавлял ее Н. К. Котельников, опытный и отважный командир, сражавшийся вначале в рядах Красной Армии, а с января» 1942 года — в партизанском лесу.
Бригада быстро пополнилась новыми бойцами. К середине декабря 1943 года она насчитывала 445 человек. Четырьмя ее отрядами командовали испытанные в боях партизаны, в недавнем прошлом военнослужащие, Михаил Беляев, Николай Галич, Дмитрий Косушко, Яков Кушнир. Командиром 2-го отряда стал в дальнейшем Иван Заика, герой обороны Севастополя: его батарея, располагавшаяся в селе Николаевка, первой вступила в бой с фашистами на дальних подступах к городу и задержала противника на несколько' дней.
Бригада занимала те же позиции, на которых стояли насмерть партизаны 2-го района в 1941—1942 годах. Она как бы приняла боевую эстафету и с честью пронесла ее через все испытания, через все превратности судьбы — до полной победы над врагом и изгнания его с крымской земли.
5 ноября 1943 года приказом начальника Крымского штаба партизанского движения бригада была сформирована, а уже 11 ноября произошел первый бой. Партизанский отряд № 4 совершил нападение на румынскую заставу, охранявшую дорогу Карасубазар — Ускут. Застава находилась на важной ключевой позиции: она располагалась на пути движения вражеских войск у самого выхода партизанских отрядов с мест базирования на боевые операции. Эта вражеская позиция была основательно укреплена: отрытые по всем правилам окопы, пулеметные гнезда, проволочные заграждения...
Партизанской группе в 20 человек под командованием комиссара отряда С. И. Черкеза потребовалось всего несколько минут, чтобы разгромить заставу. Развивая достигнутый успех, партизаны взорвали мост и 9 столбов телефонно-телеграфной связи.
26 ноября 1943 года бригада вела бой с карателями в районе высоты Берлюк. Противник наступал с двух сторон, пытаясь обойти и взять отряды в кольцо. Численно гитлеровцы превосходили партизан в 2—3 раза. Бой длился с 11 часов утра до 16 часов дня, атаки следовали одна за другой. Высокий ратный дух проявили все партизаны — героизм был массовый. Несколько раз поднимались в контратаку бойцы Николай Бойко, Александр Шелест, Юрий Челухин, Аскольд Гохович. Пример храбрости и отваги показали политработники Виктор Денисов, Александр Кобыльский, Тимофей Каплун. Неутомим был командир бригады: он появлялся то на одном участке обороны, то на другом, высматривая, как лучше повести бой, заражая всех своим оптимизмом.
Противник не прошел. Потеряв 76 человек убитыми и ранеными, фашисты отступили.
В январе 1944 года, так и не добившись успеха в зуйских лесах, -фашисты перебросили войска в район расположения 2-й и 3-й партизанских бригад — к высотам Караул-Тепе, Караголь, Сахарная головка, Берлюк. Скирда, Средняя, Бурус...
Бои начались 16 января. С утра противник обрушил на позиции нартизан шквал артиллерийского и минометного огня. 16 и 17 января партизаны вынуждены были вести позиционный бой, сдерживая натиск численно превосходящего противника.
Несколько раз переходила из рук в руки высота Берлюк. Гитлеровцы несли большие потери, но не прекращали атак.
Самоотверженно дрались партизаны. На самых трудных участках, боя, постоянно рискуя жизнью, находились командиры Михаил Беляев, Дмитрий Косушко, Яков Кушнир, Талят Тынчеров, политработники Виктор Денисов, Александр Кобыльский. Неутомимо, не ведая страха, атаковали и контратаковали противника бойцы Аркадий Власеико, Василий Грачев, Иван Казаков, Иван Крючковенко и многие другие.
Геройский поступок совершили партизаны-пулеметчики Сергей Жигалов и Василий Терелля. Несколько часов им пришлось отбиваться от наседавшего противника. К концу дня фашисты окружили героев. Выхода не было, оба партизана были тяжело ранены. Не желая сдаваться в плен, они подорвали себя гранатами.
На высоте Караголь врагу удалось прорваться на вершину и отрезать часть партизан (в том числе пулеметчика Николая Беляева) от основных сил отряда. Народные мстители не дрогнули и продолжали сражаться. Командир бригады Николай Котельников приказал группе разведчиков выручить бойцов. Смелым броском, с криками «Ура!» была разорвана цепь противника, и партизаны вышли из окружения.
Ночью 20 января, выведя из района боя все гражданское население и раненых, партизаны оторвались от противника и поменяли позиции.
Каратели, однако, не покинули лес. Они продолжали атаковать другие высоты, где в то время находилась 3-я партизанская бригада под командованием Владимира Кузнецова. 19 января бригада приняла бой и вела его весь день. К вечеру противник, успешно атакованный партизанами, был отброшен на 5—6 километров от лагерей.
На следующий день, сосредоточив в близлежащих населенных пунктах до 4000 солдат, фашисты вновь начали наступление. Окоп» 10 атак отбили в этот день партизаны 3-й бригады. В ночь на 21 января 3-я бригада сблизилась с районом действия 2-й бригады, С новой силой разгорелись бои. 21 января к подножию высот были стянуты крупные силы карателей. Опять ударила вражеская артиллерия. Била час, другой... Партизаны молчали. Но как только враг поднялся в атаку, тотчас заговорили пулеметы и автоматы народных мстителей. Одна атака отбита, следом за ней другая, третья... Во второй половине дня фашисты получили подкрепление. Теперь их было около 5 тысяч. А две партизанские бригады насчитывали всего 700 бойцов. И все же они держались с невиданной стойкостью и упорством.
Шел третий день неравного боя. Партизаны заняли на высоте Сахарная головка круговую оборону, под их защитой — женщины, дети, старики, больные и раненые.
Только 23 января к вечеру, когда боеприпасы были па исходе, искусно маневрируя, партизаны вышли из вражеского кольца.
Еще несколько дней каратели прочесывали карасубазарские леса и, не обнаружив отряды, к концу января ушли из района высот. Так провалилась еще одна попытка гитлеровцев уничтожить народных мстителей.
А тем временем, пока враг пытался установить в партизанском лесу «новый порядок», сами партизаны усиленно готовились к новым рейдам и диверсионным операциям и вскоре возобновили боевую деятельность. Об этом мы расскажем несколько позже, продолжив путешествие. А пока подведем некоторые итоги боевой деятельности 2-й бригады.
Итак, что сделано за время ее существования? С ноября 1943 по апрель 1944 года бригада провела 117 боевых операций. В результате уничтожено 2 танка, 1 бронемашина, 55 автомашин, 3 пушки калибра 75 мм, захвачено 59 подвод с продовольствием. В боях противник понес огромные людские потери: убитых. — 831 человек, раненых — 173 и взятых в плен — 721 человек. Народные мстители совершили за этот период 16 диверсий на 'коммуникациях врага и 104 глубокие разведки вражеских сил. Командование Красной Армии регулярно получало информацию о расположении вражеских огневых точек, о передвижениях войск и
планах противника.
Завершив нашу небольшую экскурсию по белогорским лесам, возвращаемся тем же путем на дорогу Симферополь — Феодосия и продолжаем путь по феодосийскому шоссе. На этом отрезке дороги расположены села Чернополье и Богатое, где также весь период народной войны партизаны совершали боевые операции.
Из села Богатого к юго-востоку хорошо видны очертания гряды гор. Ближайшая и самая высокая из них — гора Бурус. В январе 1944 года на вей держал оборону комсомольско-молодежныЁ отряд имени Ленинского комсомола, которым командовал Алексей Бахтин. Фашисты начали штурмовать позиции отряда 19 января после длительной артподготовки. Бой продолжался два дня. Несмотря на явное превосходство в силе, противнику не удалось овладеть высотой.
21 января артиллерийский обстрел возобновился. Около двух часов гулко раскатывалось в горах эхо канонады. Потом гитлеровцы пошли в атаку, но тотчас же залегли, встреченные плотным автоматным в пулеметным огнем. Получив подкрепление, они снова атаковали и опять были отброшены.
Шел четвертый день неравного боя. Партизаны заняли на горе Бурус круговую оборону. Вновь на позиции отряда обрушился яростный огонь орудий и минометов. Простреливался буквально каждый сантиметр горы, казалось, что ничто живое здесь не уцелеет. Но атака гитлеровцев тотчас же захлебнулась. Раненого командира заменил начальник разведки Н. Ф. Толкачев. Бой продолжался.
Несколько раз переходила в контратаку группа Семена Сагайдака. Отважный партизан уничтожил более 20 гитлеровцев; при отражении одной из атак он погиб смертью храбрых.
Отличилась в бою группа разведчиков под командованием Георгия Стоянова. Когда ценой больших потерь карателям удалось достичь гребня горы, группа контратаковала настолько смело и стремительно, что враг не выдержал и отступил.
Были еще атаки и контратаки. В одной из них погиб Георгий Стоянов. А отряд продолжал сражаться, мстя за погибших.
Яростно строчил пулемет Александра Наумова, прикрывая партизанскую атаку. Но вскоре он смолк. Обнаружив, откуда ведется огонь, враг засыпал отважного пулеметчика снарядами и минами. Замолк пулемет, а бой продолжался, и фашисты снова — в который уже раз! — скатывались по склонам Вуруса, не устояв перед яростью партизан, перед беспредельным их мужеством.
И до и после этого боя отряды, располагавшиеся близ горы Бурус, у ее подножия, совершали нападения на гарнизоны врага в деревнях Орталан, Топлы и других близлежащих населенных пунктах.
Смелые боевые операции проводили партизаны и у деревни Салы. Это нынешнее село Грушевка, оно на нашем маршруте.
Почти на вселг протяжении от Тополевки до Грушевки и далее до Старого Крыма вплотную к шоссе подступает лес. Сейчас на этом отрезке пути дорога значительно выровнена, а прежде делала она не один крутой поворот. Во время оккупации шоссе тщательно охранялось, фашисты ездили по нему с предосторожностями. Но и это не спасало их от ударов народных мстителей.
Только в течение одного дня — 4 ноября 1943 года — партизаны совершили у деревни Салы несколько нападений на врага.
1 ноября войска Красной Армии высадили десант па Керченском полуострове и в упорных боях освобождали метр за метром родную землю. Дорога Симферополь — Керчь в эти дни приобрела для гитлеровцев особое стратегическое значение: по ней они перебрасывали свои войска и военную технику, стремясь уничтожить десант, Партизаны решили оказать десантникам посильную помощь. В ночь на 4 ноября на дорогу близ деревни Салы вышли боевые группы 3-й партизанской бригады. Бойцы 5-го отряда повредили в нескольких местах телефонно-телеграфную связь противника, а одна из групп 8-го отряда тем временем уничтожила вражескую грузовую автомашину. Убито пять фашистских солдат. Партизаны потерь не понесли.
В тот же день бойцы 7-го отряда уничтожили пятитонную машину, убили 9 солдат врага, захватили пленных и трофеи, а группа партизан 10-го отряда повредила связь еще на одном участке вдоль шоссе, и гитлеровцам пришлось потом долго ее восстанавливать. И все это у одного лишь населенного пункта и за один только день — 4 ноября 1943 года.
С косогоров вблизи Грушевки хорошо видны горы, окружающие Старый Крым. В литературе по истории партизанского движения в Крыму упоминаются гора Агармыш и гора Кара-Бурун как места базирования народных мстителей. Здесь, на этих высотах, у лесных казарм располагались Старокрымский, Судакский, Кировский и Феодосийский отряды.
И, 12 и 16 ноября 1941 года партизаны старокрымских лесов уже вели бои с гитлеровцами. Успешно громил врага Судакский отряд. 22 ноября народные мстители разбили вражеский обоз на дороге Судак — Алушта у деревни Кутлак (Веселое). Обоз состоял из 19 подвод и 5 автомашин. Все машины, часть подвод были сброшены партизанами с обрыва.
14 декабря фашистский батальон при поддержке двух танков и горной артиллерии, выйдя из Судака, примерно там же, у деревни Кутлак, напал на Судакский и Кировский отряды. После короткого боя враг вынужден был отступить, потеряв 22 солдата и трех офицеров.
19 января 1942 года Кировский отряд совершил нападение на оккупантов в том же районе. В бою было убито 8 фашистов, в том числе два офицера, подорваны две легковые автомашины, захвачены трофеи: автомашины, пулеметы, винтовки, штабные документы и карты.
Отрядам 1-го района пришлось вести бои и с многочисленными карательными экспедициями, которые безрезультатно пытались уничтожить партизан.
Активно действовал в этих местах Феодосийский отряд (командир И. С. Мокроус, комиссар Р. М. Пономаренко). В ноябре — декабре 1941 года отряд провел 12 крупных операций. Во время одной из них — 16 декабря — партизаны подорвали на участке шоссе Судак — Салы три грузовые автомашины, уничтожив 14 фашистских солдат и 2 офицеров.
Перечень боевых эпизодов можно было бы продолжить.
Народные мстители стали грозой для оккупантов. После высадки советских войск в Керчи и Феодосии в канун нового, 1942 года партизанские удары следовали один за другим. Были разгромлены фашистские гарнизоны в деревнях Айлянма, Соллар, Бий-Эли, Чермалык, Сартана, Ени-Сала, Кишлав, Орталан. Партизаны заняли эти населенные пункты и теперь полностью контролировали магистраль Керчь — Феодосия — Симферополь.

СТАРЫЙ КРЫМ. Этот небольшой, утопающий в зелени городок стал в годы войны одним из центров народной борьбы в восточной части Крыма. Здесь был сформирован партизанский отряд, командиром которого стал Г. Е. Водопьянов, комиссаром — А. М. Крюков. Отряд, насчитывавший более 100 человек, дислоцировался у подножия горы Агармыш, на горе Вурус, высоте Могилки, горе Кара-Бурун. Просуществовал он недолго. В связи с большими потерями, понесенными в боях с карателями, решено было объединить этот отряд с Кировским. Старокрымцы, действуя совместно с кировцами, провели немало умелых боевых операций.
В конце 1942 года объединенный отряд значительно пополнился новыми бойцами, пришедшими в лее из Старого Крыма и окрестных деревень. В феврале 1944 года было образовано Восточное соединение (в него вошли 2-я и 3-я бригады). Деятельность партизан старокрымских лесов усилилась.
Наиболее значительной операцией народных мстителей был разгром фашистского гарнизона в Старом Крыму, в котором находилось тогда в общей сложности около 1300 солдат и офицеров.
Партизан не смутили ни численность гарнизона, ни наличие боевой техники, в том числе танков, орудий, минометов. Операция осуществлялась силами двух бригад — 2-й (командир Н. К. Котельников) и 3-й (командир А. А. Куликовский) под общим руководством командира Восточного соединения В. С. Кузнецова.
В ночь на 27 марта 1944 года народные мстители незаметно подошли к городу. В установленное время был дан сигнал к атаке, и противник подвергся массированному обстрелу из пулеметов. Внезапность и сила удара сделали свое дело. Фашисты пытались сопротивляться, но сопротивление их носило беспорядочный характер.
В этой операции проявилось ратное искусство многих партизанских руководителей, прежде всего командира Восточного соединения В. С. Кузнецова, командиров бригад Н. К. Котельникова и А. А. Куликовского. Энергично и слаженно действовали все боевые подразделения партизан — комсомольско-молодежный отряд Алексея Бахтина, отряды Михаила Беляева, Ивана Заики, Якова Кушнира...
Во время боя партизаны уничтожили два танка (сделали это Александр Шелест и еще один боец, имя которого неизвестно), 16 автомашин, склад с горючим и боеприпасами, заняли здание комендатуры и городской полиции, забросали гранатами ресторан, где пировали гитлеровцы. Одна из групп захватила тюрьму и освободила 46 советских патриотов.
Освобожденные ушли в партизанский отряд и влились в ряды народных мстителей. Партизаны захватили трофеи: оружие, боеприпасы, обмундирование, документы.
Весь период оккупации борьба шла и в самом городе. Первым организатором и руководителем старокрымского подполья был Ф. В. Ургачев, до войны — секретарь партийной организации местного отделения связи. В декабре 1941 года фашисты арестовали Ургачева. Назад он не вернулся.
В 1942 году в городе сложилась подпольная комсомодьско-молодежная организация, в которую входили братья Дмитрий, Георгий и Анатолий Стояновы, П. П. Косенко, Б. Н. Периоти, Г. Г. Коптев, К. Я. Никифоров и другие. Позднее в нее вступили В. Е. Токарев, В. Л. Леванский, Е. Л. Леванская, Г. А. Субботин, II. А. Периоти и Е. П. Периоти. Тесную связь поддерживал с организацией главный врач больницы И. И. Давыдов. Он помогал укрывать молодых людей от угона в фашистскую Германию, прятал в больнице разведчиков-партизан, содействовал подпольщикам в сборе разведывательных данных и переправке их в партизанский лес. С его помощью проводились и диверсионные акты против оккупантов.
Осенью 1943 года все члены организации ушли в партизанский лес. Именно из них был сформирован в конце октября отряд имени Ленинского комсомола.
Многие патриоты отдали жизнь за Родину. Не дожили до светлого дня победы командир партизанской группы, бывший учитель математики средней школы коммунист Н. И. Холод, партизан-разведчик С. А. Логвинов. Пали смертью храбрых в январе 1944 года Г. П. Стоянов, Г. Е. Погукай, В. Л. Лсвапскин. а в апреле фашисты расстреляли И. И. Давыдова, Г. А. Субботина, Дмитрия и Анатолия Стояновых. Погибли в неравном бою перед самым освобождением города П. П. Носенко, Л. Н. Периоти и другие.
Жители города чтят память своих героев. В их честь сооружены памятники, их именами названы улицы, поселки, пионерские отряды, дружины.

ФЕОДОСИЯ. 22 июня 1941 года у здания городского военкомата собралось множество людей. В первый же день войны поступило более 200 заявлений добровольцев с просьбой об отправке в действующую армию.
Жизнь города перестраивалась на военный лад. Некоторые предприятия были переведены на производство оружия — минометов, противотанковых мин, гранат. Фронт приближался, и в Феодосии началась подготовка к борьбе в тылу врага.
В партизанский отряд вступили 86 коммунистов, 40 комсомольцев. 45 беспартийных патриотов. Возглавил отряд участник гражданской войны И. С. Мокроус, комиссаром стал политработник Р. М. Пономаренко, оба — опытные организаторы, пользовавшиеся доверием масс.
В Феодосийском отряде были и другие замечательные партизаны — бойцы и командиры, связные и разведчики. Таковы начальник штаба коммунист Е. П. Колодяжный, разведчица Л. С. Прокопенко, комсомольцы В. Анюнас, В. Четвертак, Г. Иощенко.
Уже 1 ноября 1941 года отряд сосредоточился на своих базах в урочище Кизил-Таш (Судакский район), а 8 ноября партизаны вступили в неравный бой с врагом. С этого времени борьба против оккупантов не прекращалась.
На следующий же день, 9 ноября, боевые действия возобновились. Из деревни Отузы (Щебетовка) фашисты в количестве 200 человек напали на группу партизан-феодосийцев, которой командовал Д. Я. Назаров. Народные мстители смело перешли в контратаку и нанесли противнику существенный урон: 10 фашистов было убито и более 10 ранено. Враг отступил.
12 ноября фашистские каратели, действуя с двух сторон — со стороны Отуз (Щебетовка) и Суук-Су (Лесная),— пытались окружить и уничтожить отряд. Разгорелся жестокий бой. И на этот раз отвага и упорство партизан сорвали вражеский замысел. Понеся потери, гитлеровцы позорно ретировались.
Только за две недели в боях под Феодосией и Судаком противник потерял 784 человека, 58 автомобилей, много другой военной техники, 3 обоза. А всего на счету феодосийцев — более трех тысяч убитых и раненых оккупантов. Таких успехов добился отряд за год своего существования — с осени 1941 до осени 1942 года .
Смертью храбрых погибли партизаны Д. Я. Назаров, Н. Д. Смирнов, Л. С. Прокопенко, В. А. Анюнас. Разведчик В. Ф. Четвертак, возвращаясь с боевого задания, попал в засаду. Положение было безвыходным. Последней гранатой герой подорвал себя, предпочтя смерть позорному плену.
В начале 1942 года в обстановке кровавого террора в Феодосии формируется антифашистское подполье. Инициатором объединения патриотов была Нина Михайловна Листовничая, педагог по профессии, работавшая до оккупации Феодосии заведующей детскими яслями на табачной фабрике. Первыми членами организации стали врачи А. В. Богданова, К. И. Шепелева и Т. М. Пислегина, которых Нина Михайловна хорошо знала но работе. Затем в организацию вступили директор конторы «Заготскот» коммунист Д. В. Самарин н его 15-летняя дочь Люба, бухгалтер горфо Н. П. Богданов, домохозяйка М. Залепенко, комсомольцы Б. Маевский, Д. Шаталов, К. Пахомов, Н. Бовстрюк, Н. Удачин, Л. Журавлева.
Постепенно круг борцов расширялся. Со временем их численность возросла до 130. Подпольщики создали также патриотическую группу в лагере военнопленных.
По заданию Листовничей было подобрано несколько конспиративных квартир. Сама Нина Михайловна открыла у себя на каартире (ул. Лермонтова, 14) швейную мастерскую, а Николай Бовстюк — часовую мастерскую. Точно так же, с разрешения оккупационных властей, врач А. В. Богданова вела на дому прием больных. То, что у них всегда бывало много людей, никому не казалось подозрительным.
Деятельность организации была разносторонней. Подпольщики, четко распределив между собой обязанности, успевали сделать многое. С их помощью шла отправка в лес военнопленных, от них партизаны получали продукты питания, одежду, медикаменты. Они же устраивали на предприятиях акты саботажа, вели среди феодосийцев агитационную и просветительную работу, собирали разведданные... Врачи-патриоты, выдавая фиктивные справки о болезни, спасали молодежь от угона в фашистскую Германию. Мария Залепенко, Люба Самарина, Лия Журавлева были неутомимыми связными. Подпольщики поддерживали связь с лагерем военнопленных, распространяли полученные из лесу листовки, газеты, брошюры.
Наведываясь в лагерь военнопленных, Листовничая познакомилась с переводчиком Антоном Айрапетовым, коммунистом младшим лейтенантом Красной Армии. Айрапетову удалось войти в доверие к коменданту лагеря, завоевать его расположение, что позволило патриоту ограждать пленных от побоев и издевательств, помогать тяжело больным, ослабевшим.
По заданию Листовничей Айрапетов создал в лагере военнопленных подпольную группу. Как только организация наладила связь с подпольным центром, патриоты начали освобождать военнопленных из концлагеря и отправлять их в лес. В дальнейшем из них был создан в старокрымских лесах партизанский отряд. В одном из донесений командованию партизан II. М. Листовничая писала: «...Мы приступили к освобождению людей из фашистского плена и, одевая их во все то, что могли достать, отправляли в лес с целью организации отряда... Из лагеря военнопленных освобождено и послано в отряд 55... лучших людей. Кроме того, 3 человека отправлены на катере на «Большую землю». Одному военнопленному достали документы, и он работает в организации.
Таким образом, партизанский отряд организован и функционирует. В данное время проводится работа по созданию диверсионной группы. Работа по освобождению людей проводится... Вам послана карта города с обозначением на ней огневых точек и всевозможных укреплений».
В начале февраля 1943 года областной подпольный центр направил в Феодосию майора Э. Я. Сизаса, опытного чекиста и разведчика. В течение двух недель Сизас находился в Феодосии, встретился со многими подпольщиками, разъяснил им задачи и методы борьбы, определил круг деятельности организации.
В марте 1943 г. по доносу предателя, засланного фашистской контрразведкой, были арестованы почти все активные подпольщики. Долго мучили фашисты Пину Михайловну Листовничую. Ей выкололи глаза, рассекли лицо... Героически погибли А. В. Богданова, К. И. Шепелева, Т. М. Пислегина, Д. В. Самарин и его дочь Люба, Лия Журавлева и другие.
Подпольная борьба в городе на время прекратилась. Однако уже в середине 1943 года создается ряд патриотических групп на рыбокомбинате, в рыбтресте, в водоканале. Особенно плодотворной была деятельность Михаила Ивановича Коробкова, которому помогал его сын пионер Витя. Многое сделали Коробковы. Они собирали ценные сведения о военных объектах противника, о передвижении вражеских войск, а затем передавали эту информацию советским разведчикам, пробиравшимся в город.
В октябре 1943 года фашистская агентура выследила Коробковых, но они успели все же уйти в лес. Несколько раз ходили патриоты в город на разведку и однажды не вернулись. Опознанные предателем, оба подпольщика были схвачены и расстреляны.
Феодосийцы чтят память о своих героях. В тенистом городском парке установлен памятник Вите Коробкову. Есть в городе улицы, носящие имена Л. С. Прокопенко, Н. М. Листовничей, Д. Я. Назарова, П. Д. Смирнова... Там, где шли бои советских воинов и народных мстителей с оккупантами, установлены памятники и мемориальные обозначения.
Подвиг феодосийцев отражен в экспозиции местного краеведческого музея и комнаты боевой славы, созданной ветеранами войны. В городе работает секция бывших партизан и подпольщиков. Убеленные сединой ветераны ведут воспитательную работу среди юных горожан, помогая им осознать величие подвига советского народа, совершенного в годы Великой Отечественной войны.
Осталась позади Феодосия, и вот уже Акмонайский перешеек — граница Керченского полуострова. На керченской земле, как и всюду в Крыму, шла в годы оккупации народная война с фашизмом. Несмотря на трудные условия — на всем полуострове нет ни лесов, яи высоких гор,— здесь действовали партизанские отряды. В качестве баз народным мстителям служили каменоломни. В населенных .пунктах была создана сеть подпольных организаций.
Учитывая важное стратегическое значение этой части Крыма, гитлеровцы держали на ней значительный контингент своих войск. Это не помешало Красной Армии в проведении десантных операций: за два с половиной года дважды советские воины освобождали Керчь. В общей сложности около года они удерживали отвоеванные плацдармы.
Основным объектом действий партизан и подпольщиков Керченского полуострова были железная дорога Феодосия — Керчь и Феодосия — Джаикой. Патриоты совершали диверсии, выводили из строя подвижной состав, взрывали эшелоны противника, нарушая тем самым снабжение немецкой армии в период боев на Керченском лолуострове.
Следуя по маршруту Феодосия — Керчь, первую остановку сделаем на станции Айвазовская, ранее— Сарыголь.
В годы войны на станции Сарыголь действовала группа подрыл-пиков, которую возглавлял Григорий Колегаев. Устроившись па работу в депо, подпольщики под видом ремонта портили основные узлы паровозов, в уголь на тендере и в топки закладывали мины, противотанковые гранаты, головки от противотанковых снарядов. Таким способом группа вывела из строя 10 паровозов на станциях Сарыголь, Джанкой, Керчь.
Патриоты уничтожили склад с боеприпасами на станции Сарыголь, подорвали водокачку. Подпольщик Александр Гревцов устроил столкновение поездов на перегоне станций Пятиозерная — Будановка. Движение на этом участке было приостановлено на несколько часов.
Группа занималась распространением листовок, газет. Она способствовала пополнению партизанских отрядов Восточного соединения новыми бойцами.
Познакомим теперь читателя с подпольем Ленинского района Здесь было создано несколько подпольных групп и организаций в поселке Ленино, деревнях Кашик-Джермай (ныне Слюсарево) и Красный Кут (теперь Заводское), в Мариентале (Горностаевка), в Марфовке.
Вначале на нашем маршруте — село Марфовка.
В мае 1942 года, после того, как советские войска оставили Керченский полуостров, в Марфовке была создана молодежная подпольная организация. Ее основатели — коммунист Андрей Наголов и комсомольцы Василий Мотузов, Александр Касьянов и Александр Чуб. Возглавил организацию Александр Касьянов.
Как-то ночью Саша Касьянов забрался в сбитый немецкий самолет, чтобы снять пулемет. Но оказалось, что в машине уже кто-то есть. Так случай помог Касьянову встретиться с моряком-черноморцем Анатолием Подпориным. бежавшим из лагеря военнопленных. Вдвоем они сняли пулемет, забрали боеприпасы к нему и все спрятали в склепе на кладбище.
Подпольщицы Лидия Влачуга, Юлия Чичерова и Антонина Загорко собирали листовки, сброшенные советскими самолетами, переписывали их и распространяли в Марфовке и ближайших селах. Однажды недалеко от села была сброшена листовка, в которой рассказывалось о героических делах молодогвардейцев Краснодона. Прочитав ее, комсомольцы решили назвать свою организацию «Молодой гвардией», как бы принимая эстафету подвига от краснодонцев.
Молодогвардейцы Марфовки добыли оружие для всех членов организации; вскоре у них уже были пулемет, пистолеты, гранаты. Не раз Василий Савченко, Михаил, Бойчее, Андрей Наголов устраивали вооруженные нападения на противника, совершали диверсии на его коммуникациях.
Марфовские подпольщики установили связь с партизанами Багеровских каменоломен. Узнав, что у партизан трудное положение с продовольствием, они собрали и отправили подводу с продуктами. Член подпольной организации Анна Анатольевна Белоненко, врач сельской больницы, передала лекарства и перевязочные материалы.
По заданию организации Лида Влачуга устроилась на работу секретарем сельской управы, а Анатолий Подпорин на биржу труда. Они обеспечивали подпольщиков, а также бежавших из концлагеря военнопленных необходимыми документами. Белоненко выдавала местным жителям фиктивные справки о болезнях, спасая их от угона в Германию.
Деятельностью марфовских патриотов и еще нескольких подпольных групп в ближайших селах (Коджалар, Тайгуч, Коп-Кипчак, Бпкеч) руководил комитет «За Родину». Членами его были избраны коммунист А. А. Наголов, комсомольцы В. П. Мотузов и А. Т. Чуб.
Комитет разрабатывал планы боевых операций, контролировал их выполнение, следил за выходом и распространением листовок.
Молодогвардейцы действовали смело и решительно. В октябре 1943 года комсомольцы Василий Савченко и Михаил Бойчее устроили засаду на феодосийском шоссе. Они убили мотоциклиста, забрали автомат, диски с патронами. А через неделю Василий Савченко и Андрей Наголов заминировали это шоссе. В воздух взлетел грузовик с вражескими солдатами. Часто подпольщики нарушали телефонную связь врага.
31 октября 1943 года комитету стало известно, что в районе села Героевское — тогда Эльтиген — наши войска высадили десант. Всем группам было дано задание готовиться к решающим боям с фашистами. Весь период, пока десантники удерживали плацдарм, подпольщики оказывали им помощь: собирали сведения о противнике, совершали диверсии, чтобы отвлечь его на себя.
4 ноября комитет принял решение в честь XXVI годовщины Великого Октября укрепить транспаранты, лозунги на близлежащих дорогах. Задание выполнили Андрей Наголов, братья Василий, Григорий и Савелий Мотузовы, Александр Чуб, Михаил Нешев и Михаил Секов. На один из телефонных столбов подпольщики водрузили красное знамя.
В декабре 1943 года агентам фашистской тайной полиции удалось выследить подпольщиков. 27 декабря были арестованы 13 человек, среди них А. А. Белоненко, Л. Влачуга, А. Загорко. Патриоты.избежавшие ареста, ушли в Багеровские каменоломни к партизанам. Александр Касьянов и Анатолий Подпорин скрывались на конспиративных квартирах.
После некоторого перерыва организация возобновила свою деятельность. Вскоре, однако, начались новые аресты. В марте был схвачен А. Касьянов. Он погиб 10 апреля 1944 года, за четыре часа до прихода наших войск. 20-летний юноша был совершенно седой, на теле остались следы жестоких пыток. Чудовищным пыткам подверглись Василий Савченко, Юлия Чичерова, Валентина Нешева. Как стало известно на судебном процессе над предателями Родины в Краснодаре в 1959 году, на допросах патриоты молчали, не называя себя, не выдавая товарищей...
На братской могиле молодогвардейцев, погибших в борьбе с фашистами, установлен памятник.
Из Марфовки отправляемся в центр Ленинского района — поселок Ленино.
В годы Великой Отечественной войны свыше 200 жителей райцентра ушли в ряды Красной Армии. Бесстрашную борьбу против фашистов вели подпольщики во главе с бывшим шофером «Рыбтреста» К. И. Богдановым. В организацию входили А. Г. Лубенцов, Е. Г. Иванов, А. В. Беспалов, Г. А. Перемещенко, Л. П. Шведченко, В. И. Сильванев и другие.
Большую помощь в создании и деятельности подполья в Ленино оказал руководитель краснокутских подпольщиков, коммунист, участник гражданской войны Г. А. Останин. Он был оставлен для организации народной борьбы в тылу врага Ленинским райкомом партии. Судьба Останина сложилась трагически: он стал жертвой предательства и погиб в фашистском застенке. Ныне его имя носят железнодорожная станция и село в Ленинском районе .
С гибелью Г. А. Останина борьба не прекращается, 25 сентября 1943 года Александр Лубенцов и Александр Беспалов взорвали склад с горючим. Ночью они подошли незамеченными к ограждению склада. Цистерны охранялись, но Лубенцов точно знал, когда происходит смена караула. Именно в этот момент патриоты по-пластунски проползли под проволокой и заложили мины с часовым заводом. Через три часа раздался взрыв огромной силы. Взрывом был убит часовой и уничтожено 120 тонн горючего.
6 октября 1943 года на участке железной дороги Семь Колодезей — Владиславовка на полном ходу сошел с рельсов вражеский эшелон с боеприпасами. В результате диверсии вышли из строя паровоз и десятки вагонов, погибло свыше 100 фашистских солдат и офицеров.
Ищейки из СД сбились с ног, разыскивая диверсантов. Они арестовали дежурного по станции Е. Г. Иванова и после пыток расстреляли.
Подпольщики А. Беспалов, А. Лубенцов, Л. Шведченко вынуждены были уйти в лес к партизанам Восточного соединения. А. В. Беспалов стал командиром диверсионной группы 5-го отряда, Л. Шведченко — разведчицей, секретарем комсомольской организации отряда. Патриотка погибла в бою с фашистами в конце 1943 года.
Несколько слов о самой юной подпольщице — Гале Перемещенко. Гале не было и 17 лет, когда она стала членом организации и устроилась на работу писарем в сельскую управу. Работая там, доставала для подпольщиков чистые бланки пропусков, предупреждала односельчан об опасности ареста или угона в фашистскую Германию. Галя спасла нескольких летчиков, сбитых над территорией Ленинского района. Раненых юная патриотка выхаживала в своем доме, а затем помогала им перейти линию фронта.
Галя Перемещенко оказалась незаменимой разведчицей. Особенно ценны были её сведения о прохождении вражеских эшелонов в перевозимых ими грузах. Сведения оперативно передавались на Большую землю через радиста Красной Армии, который обосновался в деревне и имел передатчик.
Юная подпольщица была схвачена фашистами и после пыток расстреляна 14 марта 1944 года. В поселке Ленине сооружен в честь нее памятник, ее именем названа одна из улиц райцентра.
В последние дни перед освобождением поселка погибли отважные патриоты А. Г. Сухомутов, К. И. Богданов и другие.
Мы уже упоминали о селе Горностаевка (б. Мариенталь) — оно на нашем пути. Подпольная организация была создана здесь одновременно с марфовской — в конце 1942 года. Инициатива ее создания принадлежала врачу А. А. Белоненко и комсомольцу Александру Касьянову. Анна Анатольевна знакома была с медицинской сестрой Александрой Плотникоиой и ветфельдшером Наумом Гришановичем. Они-то и стали активом, вокруг которого постепенно формировалась вся организация.
Членами ее стали комсомольцы Василий Карпухин, Анна Мам-сова, Василий Васильев, Клавдия Васильева, Мария Марченко, Иван Слободской — всего 12 человек. Организация действовала под непосредственным руководством комитета «За Родину». По его заданию подпольщики добывали оружие, чтобы при первой возможности вступить в открытую борьбу с врагом, совершили несколько крупных диверсий — взорвали мост на Феодосийском шоссе, вывели из строя 7 вражеских автомашин...
Патриоты распространяли листовки, вели устную агитацию среди крестьян села, призывая их прятать продукты, ничего не отдавать фашистским захватчикам. Была установлена тесная связь с партизанами Багеровских каменоломен. Народные мстители получали ценные разведывательные данные о планах противника, в каменоломни поступало из села оружие, продовольствие. В роли связной выступала Александра Плотникова (подпольная кличка «Бауэр»)',, мужественная, отважная женщина.
В организацию проник провокатор, засланный фашистами. Все подпольщики были арестованы. Однако Науму Гришановичу, Александре Плотниковой, Ивану Слободскому, Анатолию Машелю, Клавдии Васильевой и еще нескольким патриотам удалось бежать. С остальными оккупантами беспощадно расправились.
Жестоко пытали Аню Мамсову, однако девушка не выдала никого из членов организации. Когда ей дали на подпись протокол,
она ответила:
— Подписывать не буду! Мы не банда, а советские патриоты. Бандиты — это вы, фашисты, с вашим Гитлером!..
Более двух месяцев фашисты разыскивали Александру Плотникову. Им удалось установить, что она скрывается в поселке совхоза «Кенегез» (ныне село Красногорка). Агенты полиции, выдав себя за советских парашютистов, сумели войти в доверие к Наталье Волкопроползли под проволокой и заложили мины с часовым заводом. Через три часа раздался взрыв огромной силы. Взрывом был убит часовой и уничтожено 120 тонн горючего.
6 октября 1943 года на участке железной дороги Семь Колодезей — Владиславовка на полном ходу сошел с рельсов вражеский эшелон с боеприпасами. В результате диверсии вышли из строя паровоз и десятки вагонов, погибло свыше 100 фашистских солдат и офицеров.
Ищейки из СД сбились с ног, разыскивая диверсантов. Они арестовали дежурного по станции Е. Г. Иванова и после пыток расстреляли.
Подпольщики А. Беспалов, А. Лубенцов, Л. Шведченко вынуждены были уйти в лес к партизанам Восточного соединения. А. В. Беспалов стал командиром диверсионной группы 5-го отряда, Л. Шведченко — разведчицей, секретарем комсомольской организации отряда. Патриотка погибла в бою с фашистами в конце 1943 года.
Несколько слов о самой юной подпольщице — Гале Перемещенко. Гале не было и 17 лет, когда она стала членом организации и устроилась на работу писарем в сельскую управу. Работая там, доставала для подпольщиков чистые бланки пропусков, предупреждала односельчан об опасности ареста или угона в фашистскую Германию. Галя спасла нескольких летчиков, сбитых над территорией Ленинского района. Раненых юная патриотка выхаживала в своем доме, а затем помогала им перейти линию фронта.
Галя Перемещенко оказалась незаменимой разведчицей. Особенно ценны были её сведения о прохождении вражеских эшелонов в перевозимых ими грузах. Сведения оперативно передавались на Большую землю через радиста Красной Армии, который обосновался в деревне и имел передатчик.
Юная подпольщица была схвачена фашистами и после пыток расстреляна 14 марта 1944 года. В поселке Ленине сооружен в честь нее памятник, ее именем названа одна из улиц райцентра.
В последние дни перед освобождением поселка погибли отважные патриоты А. Г. Сухомутов, К. И. Богданов и другие.
Мы уже упоминали о селе Горностаевка (б. Мариенталь) — оно на нашем пути. Подпольная организация была создана здесь одновременно с марфовской — в конце 1942 года. Инициатива ее создания принадлежала врачу А. А. Белоненко и комсомольцу Александру Касьянову. Анна Анатольевна знакома была с медицинской сестрой Александрой Плотникоиой и ветфельдшером Наумом Гришановичем. Они-то и стали активом, вокруг которого постепенно формировалась вся организация.
Членами ее стали комсомольцы Василий Карпухин, Анна Мам-сова, Василий Васильев, Клавдия Васильева, Мария Марченко, Иван Слободской — всего 12 человек. Организация действовала под непосредственным руководством комитета «За Родину». По его заданию подпольщики добывали оружие, чтобы при первой возможности вступить в открытую борьбу с врагом, совершили несколько крупных диверсий — взорвали мост на Феодосийском шоссе, вывели из строя 7 вражеских автомашин...
Патриоты распространяли листовки, вели устную агитацию среди крестьян села, призывая их прятать продукты, ничего не отдавать фашистским захватчикам. Была установлена тесная связь с партизанами Багеровских каменоломен. Народные мстители получали ценные разведывательные данные о планах противника, в каменоломни поступало из села оружие, продовольствие. В роли связной выступала Александра Плотникова (подпольная кличка «Бауэр»)',, мужественная, отважная женщина.
В организацию проник провокатор, засланный фашистами. Все подпольщики были арестованы. Однако Науму Гришановичу, Александре Плотниковой, Ивану Слободскому, Анатолию Машелю, Клавдии Васильевой и еще нескольким патриотам удалось бежать. С остальными оккупантами беспощадно расправились.
Жестоко пытали Аню Мамсову, однако девушка не выдала никого из членов организации. Когда ей дали на подпись протокол,
она ответила:
— Подписывать не буду! Мы не банда, а советские патриоты. Бандиты — это вы, фашисты, с вашим Гитлером!..
Более двух месяцев фашисты разыскивали Александру Плотникову. Им удалось установить, что она скрывается в поселке совхоза «Кенегез» (ныне село Красногорка). Агенты полиции, выдав себя за советских парашютистов, сумели войти в доверие к Наталье Волковой, у которой скрывалась Плотникова. Наутро ее и Волкову арестовали.
Что только не делали фашисты, чтобы сломить волю женщины! Александра никаких показаний не дала, выдержала самые изощренные пытки. Геройски погибла и Наталья Волкова. Позже были казнены Н. Гришанович, И. Слободской.
После освобождения села родные, соратники по борьбе нашли обезображенные трупы патриотов, похоронили их в братской могиле. Подробности о последних днях жизни героев выяснились в 1959 году на упоминавшемся уже судебном процессе в Краснодаре.
...Пройдут годы, но никогда не умрет память о героях, отдавших жизнь за Родину, за ее свободу и независимость. Никогда не зарастут тропы к могилам отважных.
Поселок Багерово... В годы Великой Отечественной войны название это стало известно миллионам: в январе 1942 года Советское правительство опубликовало материалы о чудовищном злодея-яви фашистов, расстрелявших в багеровском противотанковом рву
7 тысяч мирным советских граждан...
В начале ноября 1943 года гитлеровцы предприняли массовое выселение жителей Керчи и ее окрестностей в глубь Крыма. Не желающих подчиниться приказу расстреливали. Люди потянулись в каменоломни.
Из жителей и военнопленных, бежавших из концлагеря, создается партизанский отряд. Командиром его стал С. Е. Паринов, комиссаром— И. С. Белов. В каменоломнях было заготовлено оружие, завезено заранее продовольствие, устроен госпиталь на 12 коек.
Количество беженцев в каменоломнях возросло вскоре до 500.
8 отряде перед началом боевых действий насчитывалось свыше 100 бойцов. Остро встал вопрос с продуктами и особенно с водой: запасы ее были скудны. В довершение всех бед фашисты минировали и взрывали входы, пускали удушливые газы.
Так началась трудная боевая жизнь. О беспримерном мужестве народных мстителей рассказывают скупые строки дневника, который вел сперва начальник штаба А. Паршин, а затем, после его гибели,— командир отряда С. Паринов.
28 октября 1943 года: «Выставлены посты снаружи. Выслана разведка. Немцы продолжают обход... Группа под командованием т. Рогозина вышла на боевую операцию к железнодорожной будке с целью забрать оружие. Задание группа выполнила. Бойцы захватили фашистов, охранявших станцию, один пулемет системы Дегтярева и две винтовки. Захватили в плен двух солдат противника».
29 октября на операции вышло пять боевых групп. Три группы боевые задания выполнили, а две, вследствие усиленной охраны немцев, не смогли этого сделать
31 октября произошел первый бой. Гитлеровцы с собаками попытались проникнуть в каменоломни, но, встреченные в упор огнем партизан, откатились назад. Сбив спесь с врага, партизаны решили узнать его намерения. На выполнение этого задания послали группу разведчиков. Возвращаясь с задания, разведчики Виктор Морозов, Николай Семенцов, Владимир Лось в четырех местах нарушили связь противника.
4 ноября 1943 года выполняли боевые задания четыре боевые группы. Одна из них принесла в отряд 36 авиабомб для взрыва грунта под колодец.
В те же дни группа партизан заминировала склад с боеприпасами на станции Багерово. Склад взлетел в воздух. Партизаны несколько раз минировали дороги. Вначале подорвалась вражеская автомашина, груженная продуктами, затем — подвода.
Фашистское командование приняло решение уничтожить отряд. 7 ноября багеровские шахты были окружены. В дневнике находим такую запись, датированную этим днем: «Была выслана группа Силина М., Кучера Г. Выйти из шахты не смогли. Шахта окружена немецкими солдатами. В вертикальные шурфы начали бросать Д. Ш. (дымовые шашки.— Ред.) и зажигательные вещества. Произведено три сильных взрыва, бросали гранаты. Митинг в честь 26-й годовщины Октябрьской революции».
Все последующие дни шли бои. Гитлеровцы поливали каменоломни минометным огнем. Под его прикрытием пробурили шесть шурфов, в которые лили из бочек бензин, бросали гранаты, дымовые шашки. В главный шурф фашисты заложили шесть авиабомб. От взрыва в подземном «общежитии» обвалился потолок и погибло несколько человек, в том числе дети.
В начале января 1944 года начальник штаба отряда записал: «Мы окружены и высунуться не имеем никакой возможности, все выходы обстреливаются немцами... Ранен старшина Карпенко. Продукты на исходе, бойцы получают один литр баланды из ячменя...» 25 января 1944 года: «Народ голодает третий день. Произошел сильный обвал в колодце — работы дня на два, дров нет, света нет... Отправились через линию фронта Курочкин, Еремеев М., Меркулов».
С 27 по 31 января в дневнике сделана только одна запись: «Народ голодает, воды нет, света нет. Гражданское население выходят к немцам, но немцы отсылают обратно. Кругом все заминировано, женщины подрываются на минах, немцы требуют выхода всех».
В феврале 1944 года на совещании комсостава и партбюро решено было небольшими группами пробиваться через линию фронта. В конце февраля 1944 года командир отряда С. Е. Паринов сделал последнюю запись в дневнике: «Командир отряда Паринов Степан Егорович, Воронежской области, Березовского района, дер. Париново... Если кто жив будет, то скажите власти Советов: пусть сообщат моей семье, что я последний выхожу из скалы... Эти записи делал 29.11.1944 года. Участи вышедших товарищей не знаю».
Судьба некоторых из них теперь известна. Все, кто попал в руки фашистов, были злодейски убиты. Мученической смертью погибли 22 коммуниста, в том числе комиссар И. С. Белов, и более 30 комсомольцев, среди них — командир отряда С. Е. Паринов. Палачи уничтожили почти всех беженцев — женщин, детей, стариков, находившихся под защитой партизан.
Некоторым партизанам удалось все же вырваться из окружения и уйти в степные районы Крыма. В живых осталась не более 15 человек: М. И. Борщ, А. Д. Морозова, А. Т. Ковбаса и другие.
В центре поселка установлен ныне памятник в честь героев Багеровских каменоломен, отдавших жизнь за Родину.
Аджимушкайские каменоломни, крупнейшие на Керченском полуострове, тянутся северо-западнее Керчи на десятки ки-лометров. В период фашистской оккупации они стали базой партизан, как это было и ранее — в годы гражданской войны.
В Аджимушкайские каменоломни спустился отряд имени В. И. Ленина в составе 60 человек. Командовал им М. А. Майоров, комиссаром был С. И. Черкез.
Вскоре пришло пополнение — воины Красной Армии и моряки Черноморского флота, вышедшие из окружения. Основу отряда составляли рабочие заводов имени Войкова и имени Кирова, еникальские рыбаки, партийный и хозяйственный актив. В каменоломнях находился также начальник керченских отрядов И. И. Пахомов, старый большевик, сражавшийся здесь против белогвардейцев и интервентов еще в годы гражданской войны. Подчинялись отряды непосредственно Крымскому обкому партии.
Несмотря на все тяготы жизни в каменоломнях, партизаны Аджимушкая вели успешные боевые действия в течение двух месяцев.
21 ноября 1941 года гитлеровцы оцепили все выходы из каменоломен и спустились в подземелье. Партизаны встретили их огнем. Потеряв несколько человек, враг отступил.
22 ноября в каменоломнях снова разгорелся жаркий бой. Убедившись, что лобовая атака успеха не принесет, фашисты перешли к методической осаде. Они закладывали камнями основные выходы на поверхность, цементировали их, выставляли охрану. Но у партизан всегда были запасные пути...
Выходили на боевые операции отважные разведчики — А. А. Носков, А. С. Зайченко, А. И. Кущенко, И. А. Небора. Командовал разведгруппой А. А. Сатири, партизан гражданской войны, еникальский рыбак. Часто в разведку ходил начальник штаба отряда II. И. Бантыш.
Почти каждую почь происходили схватки с врагом. Особенно активно действовали отряды во время высадки Керченско-Феодосийского десанта.
28 декабря партизанская разведка обстреляла и сожгла фашистскую радиостанцию. Целый день народные мстители мелкими группами атаковали противника.
29 декабря они возобновили атаки, отвлекая на себя значительные силы фашистов. Во время налетов уничтожено до 80 вражеских солдат и офицеров, выведены из строя шесть автомашин, в селе Шейх-Эли (ныне Партизаны) освобождены 26 заложников, приговоренных оккупантами к смертной казни.
30 декабря народные мстители напали на штаб саперного полка 46-й гитлеровской дивизии, захватили штабные документы и два знамени. 31 декабря отряд вступил в освобожденную Керчь.
Миновало пять месяцев. В мае 1942 года советские войска оставили Керченский полуостров, а в Аджимушкайские каменоломни спустилось несколько тысяч солдат и офицеров, прикрывавших отход нашей армии, и местные жители, не успевшие переправиться черев пролив. Был создан гарнизон подземной крепости. Его бойцы, применяя партизанские методы борьбы, совершали вылазки, истребляли фашистов и их технику. Гитлеровцы взрывали каменоломни, обрушивали на патриотов огонь из всех видов оружия, пускали отравляющие газы, но сломить волю аджимушкайцев им не удалось.
Гарнизон Аджимушкая вписал в историю Великой Отечественной войны славную и вместе с тем трагическую страницу.
Осенью 1943 года, когда гитлеровские оккупанты объявили принудительную эвакуацию жителей Керченского полуострова, часть населения ушла в каменоломни Аджимушкая. Под землей создается еще один партизанский отряд.
Общая численность двух отрядов составила 76 человек. Они действовали главным образом в районе дорог Баксы (ныне Глазовка) — Булганак (Бондаренково). Партизаны нарушали телефонную связь противника, нападали на его обозы, на мотоциклистов и отдельные автомашины. Они уничтожили около 200 вражеских солдат и офицеров, батарею 75-мм орудий, 4 зенитные точки, 2 тягача, 4 легковые и несколько грузовых автомашин, 2 мотоцикла, 2 прожектора, захватили, продовольственный склад и много оружия.
11 ноября 1943 года народные мстители встретились с войсками Красной Армии и приняли участие в освобождении полуострова.
Старокарантинские каменоломни также вошли в летопись боевой славы города-героя. Во время Великой Отечественной они дважды становились партизанской базой.
7 ноября 1941 года в подземелье ушел отряд, состоявший иа 41 человека. Командиром его стал председатель рудкома Камыш-Бурунского комбината А. Ф. Зябрев, комиссаром — И. 3. Котло. В отряд иступили рабочие Камыш-Бурунского комбината Н. Т. Гайдаров, И. 3. Грищенко, П. И. Мацюляк, Н. С. Юров и другие. Были и совсем юные бойцы — пионеры Володя Дубинин, Ваня Гриценко, Толя Ковалев. 12 ноября 1941 года в отряд влилась большая группа советских воинов, не успевших переправиться на кубанский берег. Группу эту возглавили лейтенант А. Петропавловский и политрук Г. Корнилов.
Первая боевая операция была проведена ночью 13 ноября. В ней участвовало 30 бойцов, руководил ими командир отряда А. Ф. Зябрев. Партизаны смело атаковали штаб воинской части. Было убито несколько вражеских солдат. Но в бою погиб командир отряда. Командование принял рабочий железорудного комбината С. М. Лазарев.
18 февраля 1942 года фашисты подошли вплотную к каменоломням и предложили выйти всем на поверхность и сложить оружие. Партизаны ответили огнем. Один офицер был убит, несколько солдат ранено. Впоследствии фашисты многократно предпринимали попытки проникнуть в каменоломни, но каждый раз позорно ретировались, неся потери.
В декабре 1941 года, взорвав вход в каменоломни, противник попытался проникнуть вглубь. Ожесточенный бой шел более суток. Партизаны одержали победу. В этом бою было уничтожено более 80 вражеских солдат и офицеров. Некоторое время фашисты не рисковали спускаться в каменоломни, но приняли все меры, чтобы заставить партизан выйти на поверхность. Они блокировали каменоломни, в шурфы нагнетали удушливые газы, многие входы и выходы замуровали, а подходы к ним заминировали. Только юным партизанам Володе Дубинину и Толе Ковалеву удавалось выходить на разведку.
Уже после высадки десанта Володя Дубинин встретился с советскими саперами, участвовавшими в освобождении Камыш-Буруна. Он привел их, к каменоломням, где находились партизаны. Мины были обезврежены, и патриоты вышли на поверхность. Во время разминирования Володя Дубинин погиб.
Родина высоко оценила подвиги керченских партизан. Семь человек были награждены орденом Красного Знамени, четверо — Красной Звезды, еще четверо — медалью «За отвагу» и свыше пятидесяти — Почетными грамотами. Командир Старокарантинского отряда А. Ф. Зябрев посмертно удостоен ордена Ленина, Володя Дубинин — ордена Красного Знамени. Именем Володи Дубинина в Керчи названы улица, школа, детская библиотека. В городе есть улица имени А. Ф. Зябрева, увековечены имена других отважных партизан и подпольщиков.
В 1943 году каменоломни вновь стали партизанской базой. Разместившийся здесь отряд организовал бывший рабочий Камыш-Бурунского железорудного комбината, военный моряк-черноморец Кузьма Мухлынин.
В мае 1942 года, прикрывая отход группы моряков, Мухлынин не успел переправиться через Керченский пролив. Жители поселка Старый Карантин укрыли моряка, достали ему документы. Задумав создать отряд народных мстителей, он начал искать единомышленников.
Первыми бойцами — соратниками Мухлынииа стали комсомольцы Владимир Панкратов, Владимир Шакшнн и Никифор Гаврилов. Вчетвером они подготовили одну из шахт под базу для будущего отряда. Очистили от мин проходы, перенесли туда оружие, продукты, воду. Все это делалось только ночью и с величайшей осторожностью.
Постепенно в группу вступали все новые и новые люди. В августе 1943 года была выпущена листовка, которая рассказывала о победоносном наступлении Красной Армии. Печатали и распространяли листовку Иван Чепелев, Мария Шевченко и Ада Филатова. Вскоре ее читали во всех близлежащих населенных пунктах — Камыш-Буруне, Эльтигене, Старом Карантине.
Когда фашисты начали угонять население из прибрежной полосы, патриоты перешли в каменоломни. 3 октября 1943 года родился новый партизанский отряд. Возглавил его Кузьма Мухлынин, комиссаром стал рабочий аглофабрики Дмитрий Васюнин. Отряд быстро рос. В результате смелых налетов на врага пополнялись запасы оружия, продовольствия. Во время одной из вылазок удалось добыть медикаменты. Были освобождены три русские девушки, которые работали во вражеской санчасти. Они стали в отряде санитарками. Фашисты неоднократно снаряжали карательные экспедиции, чтобы уничтожить партизан. 4 ноября 1943 года снятые с передовой войска под прикрытием сильного минометного и пулеметного огня попытались ворваться в каменоломни. Завязался ожесточенный бой. Противнику пришлось отойти. Тяжелую утрату понесли партизаны: смертью храбрых пал командир отряда Кузьма Мухлынин.
Отряд продолжал действовать. На следующий день народные мстители устроили засады на дорогах. Было убито 13 солдат и офицеров противника, взорваны три автомашины, захвачено много оружия и боеприпасов. В день XXVI годовщины Великого Октября бойцы отряда напали на вражескую автоколонну ц в ожесточенной схватке уничтожили более 40 солдат и офицеров, сожгли 10 автомашин, взяли трофеи.
Когда гитлеровцы блокировали и заминировали выходы из каменоломен, оставив партизан без продовольствия и воды, заместитель командира отряда Владимир Панкратов взорвал одну из штолен шахты. Старокарантинские каменоломни соединились со Старопартизанскими. Это дало партизанам до 30 неизвестных фашистам
лазов и выходов.
В первой декаде декабря патриоты встретили группу отставших от десанта советских солдат под командованием гвардии полковника П. И. Нестерова. Он возглавил отряд.
12 декабря батальон врага пытался штурмом овладеть каменоломнями. Потеряв более сотни своих солдат и офицеров, фашисты отступили, однако каменоломни оставались блокированными. В бою отличились Владимир Панкратов, Александр Савельев, Аркадий Эмин, Николай Куренев, Иван Чепелев, Владимир Товарчи и другие. Военный совет отряда принял решение переправить часть партизан через линию фронта. 19 февраля успешно совершил переход -с группой бойцов полковник П. И. Нестеров. Их сопровождал Владимир Панкратов. На обратном пути гитлеровцы схватили его, подвергли пыткам, но, не добившись показаний, повесили патриота на
станции Семь Колодезей.
Вторую группу провел через линию фронта Тимофей Кокошко.
Третья группа при переходе наткнулась на вражескую засаду. Часть партизан погибло в бою, а трое — Ада Филатова, Владимир Стародонкин и Андрей Шипковский — попали в плен. Искалеченных во время допросов, скованных тяжелой цепью, фашисты вывели патриотов в степь и расстреляли. Оставшиеся в живых народные мстители и находившиеся под их защитой беженцы вышли из каменоломен, когда Керчь снова стала советской.
В боях с отрядом противник потерял более 600 солдат и офицеров, 5 орудий, более 30 автомашин...
У обочины дороги, ведущей к Старому Карантину,— памятник погибшим партизанам. На пьедестале — фигуры юноши и девушки; большинство бойцов Старокарантинсйого отряда были очень молоды, не старше 17—18 лет.

КЕРЧЬ... Много бед и страданий пережил в годы войны этот город, каждый метр земли здесь обильно полит кровью советских воинов. Наш рассказ о том, что происходило здесь в период фашистской оккупации, о героизме и мужестве подпольщиков.
Керчане не покорились оккупантам. В городе действуют подпольные группы и организации. Одну из таких организаций создали Л. Ф. Карасева, А. Ф. Комарова и М. Т. Русанова. Подпольщиками стали Тамара Григорьева, В. Е. Самарай, М. Е. и Ф. А. Шпоник, У. А. Щукина, А. А. Козлов (подпольная кличка «Храброе»), 3. Р. Черноморченко, Иван Колотаев и другие. С конца октября 1942 года руководила патриотами Л. Ф. Карасева, а с мая 1943 года — А. А. Козлов, участник Аджимушкайской обороны.
К XXV годовщине Великой Октябрьской социалистической революции подпольщики выпустили первую листовку. Написанная в форме поздравительного письма, листовка призывала керчан подниматься на вооруженную борьбу с врагом, вселяла в них уверенность в, победе. За первой листовкой последовали другие, сперва написанные от руки, затем отпечатанные (шрифт подпольщики изготовили из резины). Тогда же выпущены и распространены среди населения несколько номеров рукописной газеты «Керченский партизан».
Члены подпольной организации А. Комарова, Т. Григорьева и М. Русанова снабжали военнопленных гражданской одеждой и помогали им бежать к партизанам. Подпольщики успешно вели диверсионную работу.
Гитлеровцам удалось напасть на след патриотов. В застенках СД погибли Мария Русанова, Владимир Самарай, Тамара Григорьева, Зоя Черноморченко. Те, кому удалось избежать ареста, продолжали борьбу. В октябре 1943 года, когда было невозможно оставаться в Керчи, некоторые члены группы перешли в зуйские леса к партизанам. Иван Колотаев был избран секретарем комсомольской организации отряда «Смерть фашистам», Надя Комарова назначена командиром диверсионной группы этого отряда.
Бесстрашно действовала комсомольско-молодежная группа, во главе которой стоял Алексей Стрижевский. В августе 1942 года он бежал из плена, с помощью своего отца устроился на работу в городскую больницу санитаром и стал подыскивать надежных людей. В организацию вошли его отец — главврач городской поликлиники Г. С. Стрижевский, А. А. Архангельская, Н. Л. Гвоздева-Кобзева с дочерью Н. Гвоздевой, Т. А. Клоконос, Н. В. Кудряшов, В. Г. Сапсай, Л. А. Черникова и другие.
Подпольщики старались устроиться на работу в фашистские административные органы. Так, Л. А, Черникова работала секретарем-переводчиком на бирже труда. Она неоднократно уничтожала карточки на людей, отобранных для угона в Германию, добывала бланки немецких документов для военнопленных, бежавших из концлагерей. Г. С. Стрижевский доставал справки о мнимых болезнях, что давало возможность спасать молодежь от фашистской каторги.
Группа совершила несколько диверсионных актов: на Широком молу подпольщики взорвали склад с боеприпасами, на станции Керчь-2 устроили крушение воинского эшелона. Патриоты вели устную агитацию, распространяли листовки, сводки Совинформбюро...
В сентябре 1943 года фашистам удалось раскрыть патриотическую группу. А. Г. Стрижевский и его отец были расстреляны в керченской тюрьме, остальные — в Симферополе, в концлагере совхоза «Красный».
15 мая 1942 года, когда советские войска переправились на таманский берег, в Керчи была оставлена в качестве военной разведчицы 19-летняя комсомолка Евгения Дудник. Друзья Жени С. Бобошин, А. Родягин стали активными ее помощниками. Патриоты собирали сведения о противнике, а затем передавали их командованию Красной Армии. С 27 мая по 7 августа 1942 года Женя передала 87 радиограмм с ценными разведданными. Жизнь всех троих разведчиков оборвалась трагически. В августе 1942 года они были арестованы и расстреляны. Фашисты казнили и их родных — отца, мать и двух малолетних сестренок Жени, мать С. Бобошина.
В Керчи действовали еще несколько подпольных групп. Одна ив них, созданная в городской типографии, поддерживала связь с партизанами. Патриоты изготовляли бланки документов, печатали листовки... Десять членов группы, выданные провокатором, погибли в фашистском застенке.
Страницей небывалого мужества вошла в историю Великой Отечественной войны боевая слава Керчи, ее защитников и освободителей, борцов подполья, народных мстителей. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 14 сентября 1973 года Керчи присвоено почетное звание «город-герой». Ордена Отечественной войны 1-й степени удостоена Керченская городская комсомольская организация. В этих двух высоких наградах Родины — признание великого ратного подвига, совершенного советскими людьми на керченской земле.
Закончено наше путешествие по местам боевой славы партизан и подпольщиков. В книге использован далеко не весь материал, которым располагают авторы,— рассказано лишь о самых значительных событиях народной войны в Крыму.
Военный совет Отдельной Приморской армии так отзывался о героической борьбе крымских партизан: «...Нападая на вражеские гарнизоны, разрушая коммуникации противника, уничтожая связь, транспорт и его живую силу, партизаны Крыма деморализовали тыл врага, мешали ему подтягивать резервы на фронт, оттягивали на себя регулярные части противника, чем содействовали проведению боевых операций наших войск».
Вышедшие из народа, крымские партизаны составляли с ним неразрывное целое. Это определило силу и непобедимость партизанского движения в Крыму, как и всюду в нашей стране, где сражался с оккупантами советский народ.







СИМФЕРОПОЛЬ - БАХЧИСАРАЙ - СЕВАСТОПОЛЬ

СИМФЕРОПОЛЬ. Итак, путешествие наше по местам Соевой славы партизан и подпольщиков начинается из Симферополя. Поэтому и рассказ наш начнем с событий, происходивших в городе в период Великой Отечественной войны.
21 июня 1941 года... Мирным трудом закончили Симферопольцы этот день. Теплым субботним вечером юноши и девушки, получившие аттестат зрелости, собирались у покидаемых ими школ, шли в городские парки, к берегам Салгира, чтобы встретить там рассвет. А ранним утром 22 июня мирная жизнь неожиданно и трагически прервалась...
Утром симферопольцы узнали о вероломном нападении на нашу страну фашистской Германии. Крым сразу же стал прифронтовой зоной. Советские люди работали с большим патриотическим-подъемом. Их девизом стало: «Все для фронта! Все для победы!» Большинство предприятий переключилось на выпуск продукции, необходимой для армии,— минометов, противотанковых мин, гранат. Рабочие становились на трудовую вахту, выполняя по две-три нормы за смену.
В Симферополе, как и по всей стране, развернулось движение за создание фонда обороны. Трудящиеся отдавали свои сбережения, ценности...
Около тысячи женщин приняли участие в оборудовании госпиталей для раненых бойцов. Патриотки готовили помещения — мыли окна, двери, набивали матрацы, стирали белье, собирали посуду и другие вещи. Уже в первых числах июля в городе было подготовлено 8 госпиталей.
Тысячи симферопольцев шли добровольцами на фронт, туда, где решалась судьба Родины. Военкоматы, горком, райкомы партии и комсомола буквально осаждались коммунистами, комсомольцами и беспартийными патриотами, которые просили отправить их в действующую армию. Многие из них прославили себя воинскими подвигами и были удостоены правительственных наград. В числе особо» отличившихся девять Героев Советского Союза: А. В. Гладков, II. Л. Карлов, М. П. Мальченко, В. С. Новиков, Г. Ф. Покровский,,. С. Д. Пошивальников, А. М. Раснецов, И. Ф. Рыбалко, А. И. Шардаков.
Под непосредственным руководством обкома партии были сформированы | два полка народного ополчения и коммунистический отряд, который вошел в состав ополчения и был его авангардом. Возглавил ополченцев полковник А. В. Мокроусов. Кроме того, для борььы с вражескими десантами было создано три истребительных батальона.
Уясе тогда, в первые дни и месяцы, дело не ограничивалось, оборонной работой. Шла усиленная и каждодневная подготовка к народной борьбе в тылу врага. Из жителей Симферополя и прилегающего сельского района было создано три партизанских отряда.
Их общая численность составляла 582 человека. В отряды вступали партийные и советские работники города, руководители предприятий и организаций, рабочие и служащие. Около 50 коммунистов и комсомольцев остались в городе и составили в дальнейшем ядро большевистского подполья.
2 ноября советские войска оставили Симферополь. Как только враг вступил на крымскую землю, он почувствовал силу народного-сопротивления. 3 ноября 1-й Симферопольский партизанский отряд завязал жестокий бой с врагом в лесах госзаповедника. В течение-одного лишь ноября 1941 года — первого месяца борьбы — партизаны провели 14 боевых операций. Оккупанты потеряли убитыми 160-солдат и офицеров, было подорвано 36 автомашин.
Тогда же, с ноября, начинают действовать первые подпольные группы и организации. Во главе стояли коммунисты Ф. И. Колонков и И. Г. Лексин. Впоследствии, когда эти организации окрепли, в них входило до 100 человек.
Под руководством И. Г. Лексина работала комсомольская группа Игоря Носенко. Из листовки, написанной комсомольцами-подпольщиками, симферопольцы раньше других крымчан узнали о разгроме немецко-фашистских войск под Москвой.
Мало-помалу патриотическое подполье принимает все больший размах. В декабре 1941 года включаются в борьбу еще несколько комсомольско-молодежных групп. Их организовали юные патриоты — вчерашние школьники: Василий Бабий, Николай Долетов, Анатолий Косух ин, Семен Кусакин, Лидия Трофименко, Борис Хохлов. В течение 1942—1943 годов в городе создаются подпольные организации я группы под руководством А. С. Дагджи, Я. П. Ходячего, учителей А. А. Волошиновой, С. В. Урадова, Е. Л. Лазаревой, рабочего хлебозавода П. П. Топалова и других. Подпольщики вели разведывательную и диверсионную работу, распространяли листовки, из которых население города узнавало о событиях на фронтах Великой 'Отечественной войны. Весной 1943 года для укрепления связи с подпольными организациями и оказания им помощи обком партии направил в город своего уполномоченного И. Я. Бабичева.
В мае 1943 года из отдельных подпольных молодежных групп создается Симферопольская подпольная комсомольская организация (сокращенно «СПО»). Секретарем ее был избран Семен Кусакин, а после его гибели — Борис Хохлов. Погиб в фашистском застенке и Б. Хохлов. В октябре 1943 года подпольщиков возглавил Анатолий Косухин.
Организация располагала радиоприемником, типографией. С июля 1943 по апрель 1944 года молодые патриоты выпустили 19 листовок «Вести с Родины», общий тираж которых составил около 10 тысяч экземпляров. В типографии были напечатаны прокламации «К молодежи Крыма», «С Новым годом, товарищи!» и листовка о кровавом терроре оккупантов в селах Крыма. Листовки печатали Анатолий Косухин. Виктор Долетов, Яков Морозов, Элизе Стауэр.
Каждая успешная акция подпольщиков поднимала боевой дух «имферопольцев. В борьбу с фашизмом включались все новые и новые люди. За весь период оккупации в городе действовали 82 патриотические организации и группы.
Подпольщики успевали сделать многое: круг их деятельности был разнообразен и широк. Командованию Красной Армии и партизан они сообщали о движении поездов, расположении и переброске вражеских войск. Они предупреждали партизан о подготовке карательных экспедиций. На протяжении нескольких месяцев (осень 1943-зима 1944 годов) подполыцики совершили 63 нападения на фашистские военные объекты. В результате было взорвано или пущено под откос 11 эшелонов с боеприпасами, горючим, вражескими поисками. Неоднократно горели подожженные патриотами склады с горючим.
Под неусыпным контролем патриотов находились производственные предприятия. А это значило, что постоянно нарушался на них технологический процесс, рабочие уничтожали сырье и готовую продукцию, затягивали ремонтно-восстановительные работы, прежде всего там, где предполагался выпуск военной продукции.
Бяагодаря усилиям подпольщиков многие симферопольцы были спасены от угона в гитлеровскую Германию. Патриоты организовывали побег военнопленных из фашистских концлагерей.
Вот одна из их операций. В январе 1944 года подпольщики узнали, что в фашистском госпитале находятся 8 советских военнопленных. Через Василия Алтухова, служившего по заданию «СПО» в полиции, удалось установить пароль. Ночью члены организации Анатолий Косухин, Василий Бабий, Владимир Енджеяк, Борис Бригов, Владимир Ланский и Василий Алтухов, одетые в немецкую форму, подошли к госпиталю, сняли часовых и освободили военнопленных. Участвовавшая в подготовке операции А. И. Иванова впоследствии рассказывала: «По правде говоря, я почему-то думала, что на такое дело должны быть посланы здоровые, сильные люди, косая сажень в плечах, с кулачищами, как гири... Передо мной же стоял худенький зеленоглазый юноша (речь идет о Косухине.— Ред.). Я сначала перепугалась. Что могут сделать дети? Но вспомнила прочитанный мною перед этим рассказ о героях Краснодона, поговорила с Толей и сразу уверовала в успех». И действительно, операция была проведена блестяще.
Дервкую операцию совершили члены «СПО» на станции Симферополь. Эта акция позволила задержать воинские эшелоны, предназначенные для отправки на фронт. Днем, в обеденный перерыв, подпольщики зашли в машинное отделение водокачки, заложили взрывчатку, подожгли бикфордов шнур и никем не замеченные удалились. Через несколько минут последовал взрыв. Была разбита вся аппаратура, вышел из строя мотор водокачки. Гитлеровцам потребовалось немало времени, чтобы устранить последствия взрыва.
Диверсии на железнодорожной станции следовали одна за другой. Особое мастерство в этом деле и исключительное мужество-проявила группа подрывников под руководством В. К. Ефремова, служившего «русским начальником» станции. Они совершили 22 крупные диверсии. Один из заминированных ими составов с боеприпасами взорвался на станции Кара-Кият (ныне Битумная). Рвавшиеся авиабомбы произвели на станции огромные разрушения. На сутки остановилось движение поездов. На боевом счету группы — множество уничтоженных или поврежденных паровозов и вагонов, взорванных и сожженных грузов противника.
Неверно думать, что все у подпольщиков шло гладко. Были и ошибки, просчеты, срывы. Просачивались в их ряды предатели, фашистские агенты. И тогда гитлеровцы жестоко расправлялись и с самими патриотами, и с членами их семей. Погибли от рук оккупантов Александра Волошинова, Семен Кусакин, Борис Хохлов, Зоя-Рухадзе, Абдулла Дагджи, Виктор Ефремов, Игорь Носенко, Александра Перегонец, Николай Барышев, Степан Урадов и многие другие.
Остались письма героев. Последние... Многие написаны незадолго до казни. Но какая в них вера в победу, сколько беззаветного мужества, стойкости! Герои умирали непобежденными.
Комсомолец Леня Тарабукин в своей последней записке писал: «Мамочка! Не плачь и не горюй. Живи долго, моя любимая. Я честно выполнил свой долг комсомольца перед Родиной, партией, своим-народом. Твой Леня».
Комсомолка Вера Гейко накануне казни передала из фашистского застенка залитую кровью косынку, на которой написала: «Вот и приходит жизнь к концу. Через день-два меня и товарищей по-борьбе расстреляют. Жаль уходить из жизни в 19 лет. Это так; мало на фоне человеческой жизни, но это и много, потому что кое-что сделано... Все равно мы победим!»
Как завещание друзьям, современникам, потомкам звучат слова из дневника Игоря Носенко, расстрелянного фашистами: «Я остаюсь верным и преданным партии, Родине, моему народу. Я горжусь. тем, что я юный ленинец, молодой большевик. Я сознаю, непосредственно ощущаю на себе всю великую мощь и силу марксистско-ленинских идей, подкрепляющих и питающих мою веру в дело пашен победы...» Поражаешься непоколебимой твердости юноши, не дожившего и до двадцати: «...Большевики победят, большевики восторжествуют, ибо они являются носителями будущего. Гитлеризм есть вчерашний день человечества...»
13 апреля 1944 года войска 4-го Украинского фронта, преследуя врага, освободили Симферополь. Большую помощь советским воинам-освободителям оказали партизаны и подпольщики. Утром, незадолго до появления советских войск, на окраины Симферополя вышли партизаны 1-й бригады (командир Ф. И. Федоренко), с южной стороны подошли отряды 4-й бригады (командир X. К. Чусси). В самом городе действовали подпольщики под руководством Анатолия Косухина и Василия Бабия и группа партизан Анатолия Сосунова. Совместно с передовыми частями Красной Армии они заняли железнодорожную станцию и вокзал, телеграф, радиостанцию и другие объекты. Неожиданно атаковав вражеских диверсантов, боевые группы народных мстителей спасли от взрыва и уничтожения ряд промышленных предприятий, мосты, драматический театр, административные и жилые здания.
Два с половиной года боролся с врагом Симферополь. Два с половиной года горела под ногами оккупантов крымския земля. И радость победы с полным на то правом разделили с воинами Красной Армии партизаны и подпольщики.
С тех пор прошло более 40 лет. За эти годы Симферополь неузнаваемо изменился. Раздвинулись его границы, появились новые жилые районы, парки, скверы. Но город помнит своих защитников и освободителей, свято чтит память о них, воинах Красной Армии, партизанах, подпольщиках. Пройдите по городу, и памятники его, мемориальные доски, улицы расскажут о героических событиях военных лет.
Есть в Симферополе улицы Ивана Козлова и Виктора Ефремова, улицы Зои Жильцовой, Зои Рухадзе, Бориса Хохлова, улица Волошиновых, Лени Тарабукина, Николая Долетова, Василия Никанорова,, улица Крымских партизан и Молодых подпольщиков...
На доме № 33 по улице Карла Либкнехта, где находилась одна из конспиративных квартир подпольного горкома партии, установлена мемориальная доска. На здании вокзала — барельеф в память В. К. Ефремова и его боевых друзей. Отмечены мемориальными досками здание технического училища по Совнаркомовскому переулку (здесь была школа, в которой учились комсомольцы-подпольщики Евгений Семняков, Борис Хохлов, Николай Долетов, Владимир Дан-ский и другие), школа Л» 1 и школа № 14 —в память о юных патриотах. На городском кладбище сооружен мемориал в честь павших борцов и горожан — жертв фашизма. У кинотеатра «Мир»-памятник партизанам и подпольщикам, погибшим в годы Великой Отечественной войны.
Своеобразным памятником является здание бывшей типографии издательства «Таврида» на проспекте Кирова 32/1. Это отсюда в мае 1943 года молодой подпольщик Иван Нечипас, долгое время после войны работавший директором издательства, вынес шрифт для подпольной типографии.
В честь двухсотлетия основания Симферополя в сквере у площади Советской установлена скрижаль, на которой увековечены славные имена, вошедшие в историю города. Двенадцать из них — это долг нашей памяти партизанам и подпольщикам, отличившимся в боях за освобождение Симферополя в годы Великой Отечественной войны.
В областном центре живут ветераны народной борьбы — участники партизанского и подпольного движения. Здесь работает секция бывших крымских партизан и подпольщиков военно-научного общества при гарнизонном Доме офицеров. Она ведет большую воспитательно-патриотическую работу, приобщая горожан, прежде всего молодежь, к славным традициям недавнего героического прошлого..
Давно уже погасли партизанские костры. Ныне крымскую землю озаряют огни мирной жизни. События Великой Отечественной войны, ставшие достоянием истории, все более отдаляются от нас.. Однако узы боевого братства, скрепленные кровью, нерасторжимы. Ежегодно второго мая собираются на свою традиционную встречу бывшие участники народной войны, их зарубежные побратимы.
Подвиг героев партизанского леса, коммунистического подполья никогда и«; померкнут в памяти народной...
А теперь наш путь в город-герой Севастополь. Дорога между Симферополем и Севастополем весь период фашистской оккупации была ареной ожесточенных боев. И населенные пункты вдоль трассы, и сама трасса (в равной мере шоссе и железнодорожное полотно) находились под контролем народных мстителей. Партизаны совершили здесь сотни успешных боевых операций. В 1941—1942 годах удары по вражеским военным объектам наносили отряды трех партизанских районов — 3-го, 4-го и 5-го. В этих районах действовали все три Симферопольских отряда, Бахчисарайский, Евпаторийский, 5-й Красноармейский, ближе к городу-герою — Севастопольский в Балаклавский отряды. Зимой 1942/43 года, несмотря на то, что численность партизан резко сократилась, гитлеровцы не чувствовали себя в безопасности. В ту пору постоянно беспокоили их, совершая неожиданные, ошеломляющие нападения, партизаны 1-го сектора.
Военные действия в этой части Крыма достигли апогея осенью 1943 года. Они продолжались вплоть до освобождения Крыма. В 1943 —1944 годах здесь вели бои с фашистскими захватчиками партизаны 4-й и 6-й бригад (командиры — X. К. Чусси, М. Ф. Самойленко). Активно действовали отряды Г. Ф. Грузинова, И. И. Урсо-ла, Н. Г. Гордиенко. В Бельбекском долине, в районе деревни Фоти-Сала (ныне село Голубинка) и станции Сюрень (Сирень) постоянно напоминали о себе смелыми нападениями и диверсиями партизаны 7-й бригады, которой командовал Л. А. Вихман.
А началось все в те печальной памяти дни, когда враг впервые ступил на крымскую землю. Уже 2 ноября 1941 года группа народных мстителей под командованием начальника 4-го района И. М. Бортникова вступила в бой с фашистскими разведчиками. В перестрелке был убит один солдат и подбит мотоцикл. 6 ноября прошел боевое крещение Бахчисарайский отряд. Несколько часов продолжалась интенсивная перестрелка с оккупантами. Враг встретил упорное сопротивление со стороны бахчисарайцев и вынужден был отступить, потеряв убитыми и ранеными 17 солдат. 17 ноября группа партизан Красноармейского отряда во главе с Ф. И. Федоренко
устроила засаду в районе урочища Рукав. Итог боя — подбито пять вражеских автомашин, убито и ранено пять фашистов.
24 и 25 ноября Евпаторийский отряд под командованием И. А. Калашникова и Н. С. Хроленко занял позицию у деревни Новый Бодрак (ныне село Трудолюбовка). Количественно враг в •несколько раз превосходил партизан. Но патриоты не отступили. Победа была в этом бою на их стороне. Оккупантам пришлось позорно ретироваться...
И так каждый день. Партизанская пуля настигала фашистов всюду. Для охраны магистрали Симферополь — Бахчисарай — Севастополь им пришлось отвлечь значительные силы. Но и это не помогло. Нащупав уязвимые места противника, народные мстители совершают здесь смелые боевые операции. Вот лишь один эпизод из множества.
30 декабря 1941 года группа бойцов 5-го Красноармейского отряда в районе Альма-Кермен (ныне Заветное) обстреляла немецкий обоз. Выведены из строя автомашина и одно орудие.
Так же обстояло дело и на железной дороге. Не располагая современной подрывной техникой, партизаны сами изготовляли мины. С помощью самодельных мин, заложенных у деревни Приятное Свидание, Бахчисарайский отряд взорвал в иарте 1942 года железнодорожный состав.
Прошло всего несколько дней, я почти на том же месте диверсия была повторена. Группа под командованием И. И. Суполкина пустила под откос воинский эшелон, направлявшийся к Севастополю. Эшелон этот должен был доставить свежее подкрепление и боевую технику...
Партизаны успешно справлялись со своей задачей — отвлекать врага от Севастопольского оборонительного района, держать фашистов в постоянном страхе и напряжения.
Так было в начальный период народной борьбы. Активность партизан на коммуникациях Симферополь — Севастополь еще более возросла во время подготовки и проведения решающих боев за освобождение Крыма. Теперь боевые операции осуществлялись Южным соединением, участвовали в них 13 отрядов. Придерживаясь избранного маршрута, расскажем о некоторых эпизодах борьбы.
Село Чистенькое находится всего в нескольких километрах от Симферополя. В годы фашистской оккупации в этом населенном пункте концентрировались крупные вражеские соединения. Тем не менее партизаны наведывались и сюда. Несколько раз село посещали партизанские разведчики, и на Большую землю поступали сведения о противнике. В сборе их деятельно помогало партизанам местное население.
12 ноября 1943 года на задание в сторону села Чистенького ушли трое партизан, которых в отряде в шутку называли «братья-славяне»: Василий Кочкарев — русский, Василий Угня — украинец, Василий Сапоушек — чех. Много дерзких боевых операций выполнила отважная тройка. На сей раз, надев фашистскую форму, партизаны под видом патруля вышли к шоссе. Мимо прошла одна колонна вражеских машин, другая. Наконец показалась одиночная машина с десятью солдатами. Подпустив ее на близкое расстояние, командир группы Кочкарев приказал открыть огонь. Машина остановилась, один из фашистов успел метнуть в партизан гранату. Л тут произошло непостижимое: на лету поймав гранату, Кочкарев отправил ее обратно в кузов. Взрыв, короткие автоматные очереди, а все десять фашистов были уничтожены. Прихватив с собой их документы, оружие и боеприпасы, партизаны возвратились в отряд. От села Чистенького по проселочной дороге можно проехать к селу Партизанскому. Не случайно оно носит это имя.
Как только началась Великая Отечественная война, десятки жителей Партизанского — тогдашней деревни Саблы — ушли в ряды Вооруженных Сил СССР. Они сражались под Ленинградом и Москвой, в Белоруссии и на Украине, защищали Крым, Кавказ. А когда создавались (партизанские отряды, многие саблынцы вступили в ряды народных мстителей. Отважными разведчиками стали Григорий Рябошапко, Иван Гнатенко, Герман Тайшин. Бесстрашно громили врага бойцы Николай Бондаренко, Василий Сапоушек, Василий Кочкарев, Василий Угня.
В селе действовала подпольная организация, с которой поддерживал тесную связь Г. К. Рябошапко. Он приходил в село, приносил листовки, советские газеты. Подпольщики активно помогали партизанам — передавали им сведения о противнике, снабжали про
довольствием, устанавливали связь с патриотами из других сел и городов. Только в августе 1943 года в лес было вывезено около 300 тонн пшеницы и ячменя. Саблынцы составили ядро 7-го партизанского отряда, который возглавляли Матвей Гвоздев (командир) и Алексей Палажченко (комиссар).
9 ноября 1943 года крупное воинское соединение противника было направлено в лес на прочес. Близ урочища Казенные поляны карателей обнаружили разведчики 7-го отряда. Группа партизан во главе с Алексеем Молодцовым напала на фашистов. Около четырех часов продолжался бой. Ошеломленный внезапностью нападения, враг безуспешно пытался контратаковать, а затем бежал, оставив на поле боя убитых. Партизаны захватили в качестве трофеев 140 лошадей, пулемет, 40 винтовок, 5000 патронов и другое военное снаряжение.
Напуганные размахом народного движения, фашисты решили сровнять с землей села, расположенные около лесов, чтобы лишить партизан поддержки со стороны местного населения. В ноябре-декабре 1943 года они сожгли полностью или частично 127 населенных пунктов, а над их жителями учинили дикую расправу.
В первые же дни оккупации гитлеровцы арестовали в Саблах председателя колхоза Анастасию Семеновну Андрющенко, агронома И. Майстренко, депутатов сельсовета М. Гончаренко, А. Забияченко, П. Семенченко, А. Пономаренко, Е. Кудрю. После пыток арестованных ресстреляли.
2 декабря 1941 года фашисты собрали жителей села и загнали их в дома на Шоссейной улице. Им приказали лечь на пол, вниз лицом. По лежащим стреляли из автоматов: одна очередь по голове, другая по ногам. Затем обливали дом керосином и, заколотив его двери и окна, поджигали. И так по всей улице. Раненые и те, кто случайно уцелел от фашистской пули, сгорали заживо. Подпольщика М. Гончаренко, бывшего бухгалтера колхоза, человека преклонного возраста облили горючей жидкостью и бросили в горящий дом... В этот день погибло 90 человек, в основном старики, женщины, дети. А на следующий день в селе начался грабеж. Отобрав у саблынцев, оставшихся в живых, все сколько-нибудь ценное, гитлеровцы подожгли их дома, а самим жителям велели покинуть село. Днем Село Чистенькое находится всего в нескольких километрах от Симферополя. В годы фашистской оккупации в этом населенном пункте концентрировались крупные вражеские соединения. Тем не менее партизаны наведывались и сюда. Несколько раз село посещали партизанские разведчики, и на Большую землю поступали сведения о противнике. В сборе их деятельно помогало партизанам местное население.
12 ноября 1943 года на задание в сторону села Чистенького ушли трое партизан, которых в отряде в шутку называли «братья-славяне»: Василий Кочкарев — русский, Василий Угня — украинец, Василий Сапоушек — чех. Много дерзких боевых операций выполнила отважная тройка. На сей раз, надев фашистскую форму, партизаны под видом патруля вышли к шоссе. Мимо прошла одна колонна вражеских машин, другая. Наконец показалась одиночная машина с десятью солдатами. Подпустив ее на близкое расстояние, командир группы Кочкарев приказал открыть огонь. Машина остановилась, один из фашистов успел метнуть в партизан гранату. Л тут произошло непостижимое: на лету поймав гранату, Кочкарев отправил ее обратно в кузов. Взрыв, короткие автоматные очереди, а все десять фашистов были уничтожены. Прихватив с собой их документы, оружие и боеприпасы, партизаны возвратились в отряд. От села Чистенького по проселочной дороге можно проехать к селу Партизанскому. Не случайно оно носит это имя.
Как только началась Великая Отечественная война, десятки жителей Партизанского — тогдашней деревни Саблы — ушли в ряды Вооруженных Сил СССР. Они сражались под Ленинградом и Москвой, в Белоруссии и на Украине, защищали Крым, Кавказ. А когда создавались (партизанские отряды, многие саблынцы вступили в ряды народных мстителей. Отважными разведчиками стали Григорий Рябошапко, Иван Гнатенко, Герман Тайшин. Бесстрашно громили врага бойцы Николай Бондаренко, Василий Сапоушек, Василий Кочкарев, Василий Угня.
В селе действовала подпольная организация, с которой поддерживал тесную связь Г. К. Рябошапко. Он приходил в село, приносил листовки, советские газеты. Подпольщики активно помогали партизанам — передавали им сведения о противнике, снабжали про
довольствием, устанавливали связь с патриотами из других сел и городов. Только в августе 1943 года в лес было вывезено около 300 тонн пшеницы и ячменя. Саблынцы составили ядро 7-го партизанского отряда, который возглавляли Матвей Гвоздев (командир) и Алексей Палажченко (комиссар).
9 ноября 1943 года крупное воинское соединение противника было направлено в лес на прочес. Близ урочища Казенные поляны карателей обнаружили разведчики 7-го отряда. Группа партизан во главе с Алексеем Молодцовым напала на фашистов. Около четырех часов продолжался бой. Ошеломленный внезапностью нападения, враг безуспешно пытался контратаковать, а затем бежал, оставив на поле боя убитых. Партизаны захватили в качестве трофеев 140 лошадей, пулемет, 40 винтовок, 5000 патронов и другое военное снаряжение.
Напуганные размахом народного движения, фашисты решили сровнять с землей села, расположенные около лесов, чтобы лишить партизан поддержки со стороны местного населения. В ноябре-декабре 1943 года они сожгли полностью или частично 127 населенных пунктов, а над их жителями учинили дикую расправу.
В первые же дни оккупации гитлеровцы арестовали в Саблах председателя колхоза Анастасию Семеновну Андрющенко, агронома И. Майстренко, депутатов сельсовета М. Гончаренко, А. Забияченко, П. Семенченко, А. Пономаренко, Е. Кудрю. После пыток арестованных ресстреляли.
2 декабря 1941 года фашисты собрали жителей села и загнали их в дома на Шоссейной улице. Им приказали лечь на пол, вниз лицом. По лежащим стреляли из автоматов: одна очередь по голове, другая по ногам. Затем обливали дом керосином и, заколотив его двери и окна, поджигали. И так по всей улице. Раненые и те, кто случайно уцелел от фашистской пули, сгорали заживо. Подпольщика М. Гончаренко, бывшего бухгалтера колхоза, человека преклонного возраста облили горючей жидкостью и бросили в горящий дом... В этот день погибло 90 человек, в основном старики, женщины, дети. А на следующий день в селе начался грабеж. Отобрав у саблынцев, оставшихся в живых, все сколько-нибудь ценное, гитлеровцы подожгли их дома, а самим жителям велели покинуть село. Днем изгнанники брели в сторону Симферополя, а к ночи, свернув с дороги, были уже в партизанском лесу.
Так образовался гражданский лагерь. Пополнился бойцами и партизанский отряд, созданный из жителей села. Отряд хорошо себя зарекомендовал. Саблынцы самоотверженно сражались до полного освобождения Крыма от немецко-фашистских захватчиков.
Ныне на одной из площадей Партизанского возвышается памятник жителям села, погибшим в годы Великой Отечественной войны.
От Партизанского вновь возвращаемся на автотрассу и продолжаем путь на Севастополь.
Станция Почтовая — первая на пути к Севастополю. Через нее шли все грузы, поступавшие в город по железной дороге. В годы фашистской оккупации станция Почтовая (тогдашняя станция Альма) и близлежащее село Почтовое (Базарчик) были зоной особых интересов партизан: причиняя здесь гитлеровцам массу хлопот, держа их в постоянном напряжении, народные мстители помогали сражающемуся Севастополю. Прежде всего их рейды нарушали нормальное движение поездов, затрудняли переброску грузов автотранспортом.
22 января 1942 года группа бойцов 5-го Красноармейского отряда под командованием Н. П. Кривошты уничтожила пятитонную автомашину. Противник был застигнут врасплох. Убиты шофер в офицер связи, захвачены секретные пакеты, 43 письма и оружие. На другой день группа того же отряда (командир И. Н. Столярев-скин) близ станции Альма обстреляла еще одну вражескую автомашину. В короткой перестрелке убито и ранено десять фашистов.
28 марта 1942 года боевая группа Бахчисарайского отряда развинтила рельсы к северу от станции. Вскоре товарный поезд, шедший из Бахчисарая в Симферополь и состоявший из паровоза, трех вагонов и двух платформ (последние были загружены военной техникой), потерпел крушение. Партизаны ушли без потерь.
5 июля 1942 года группа партизан И. И. Суполкина заминировала близ станции полотно железной дороги. Ночью подорвался поезд с войсками и грузами противника. Вышли из строя семь вагонов и паровоз. При проведении операции особо отличились Павел Жаднов, Михаил Горский и Александр Пермяков.
Весной 1944 года партизаны не давали противнику покоя ни днем, ни ночью. Несколько раз совершал смелые налеты на станцию отряд под командованием Георгия Грузинова.
Жора Грузинов... Его любили в отряде за исключительную смелость и находчивость, за доброту, за неиссякаемую веселость. Ему легко прощали недостатки: Жора был не в ладах с дисциплиной, рисковал порой там, где следовало проявить осторожность, трезвый расчет. Но когда Георгию доверили отряд, он очень изменился. Оно и понятно: одно дело рисковать только своей жизнью и совсем иное, когда тебе вверены судьбы твоих товарищей.
Грузинов-командир был отважен и осмотрителен. Его отряд атаковал противника внезапно, причем атаке предшествовала тщательная разведка; партизаны наносили удар и уходили от преследования, как правило, без потерь.
В числе наиболее удачных операций отряда можно назвать и три нападения на станцию Альма.
Разведчики установили, что на станцию прибыл эшелон, состоящий из двух вагонов с авиабомбами, двух цистерн с горючим ц десяти вагонов с зерном. Взорвать его было поручено опытным бойцам, которыми командовали Сергей Половченя и Владимир Олейников. Операция длилась не более 20 минут. Партизаны уничтожили состав, платформу с легковой автомашиной, сожгли воинскую ка-нарму, повредили железнодорожное полотно.
Через несколько дней движение на станции возобновилось. Подрывники снова взялись за дело. Были повреждены пути, взорвана юдокачка.
А спустя некоторое время — третий налет на станцию. Его результат— взорванный эшелон с танками и войсками.
За два с половиной года партизаны и подпольщики Крыма провели на железных дорогах в общей сложности 81 операцию, уничтожили 48 паровозов, 947 вагонов, 2 бронепоезда. Диверсии эти, особенно участившиеся в период освобождения Крыма, нарушали нормальное снабжение фронтов и тыла противника.

БАХЧИСАРАЙ — центр большого сельскохозяйственного района — был известен в довоенную пору своими садами, плантациями эфироносов, памятниками старины, В годы Великой Отечественной войны район стал партизанским краем, и ныне бахчисарайцы по праву гордятся подвигами земляков — партизан и подпольщиков.
С первых дней войны город, как и вся страна, жил под девизом: «Все для фронта! Все для победы!» Осенью 1941 года в Бахчисарае был создан партизанский отряд. В него вступали добровольцы разных возрастов и профессий — рабочие, служащие, колхозники, районный партийный и советский актив, комсомольцы и молодежь. Отряд возглавил К. Н. Сизов, погибший вскоре (в ноябре 1941 года) в неравном бою с фашистами. Его место занял М. А. Македонский. Человек совершенно мирной профессии (до войны работал бухгалтером), в своей новой должности он проявил недюжинные организаторские способности. В партизанских формированиях Крыма он вырос от командира группы до руководителя самого многочисленного Южного соединения.
Организатором и комиссаром отряда был секретарь райкома партии В. И. Черный. В прошлом комсомольский, а затем партийный работник, Василий Ильич умел найти путь к сердцу каждого бойца. Требовательный к себе и другим, но исключительно корректный и доброжелательный, он говорил всегда правду, как бы она ни была горька. Именно это заставляло верить ему, идти за ним.
В короткий срок М. А. Македонский и В. И. Черный создали замечательную, на редкость сплоченную боевую единицу — Бахчисарайский партизанский отряд. На счету народных мстителей много славных дел, настоящих ратных подвигов.
Читатель уже знает о некоторых из них. Отряд первым в Крыму начал боевые действия на железной дороге. Легко сказать: десятки операций, в итоге которых взорваны железнодорожные рельсы, разрушены на станциях здания, выведены из строя паровозы, вагоны, аппаратура... Но каких усилий, какого мужества это стоило!-В самую трудную минуту (а таких было более чем достаточно) бахчисарайцев утешала мысль, что победа близка и надо любой ценой выстоять...
В Бахчисарайском отряде широко было развито снайперское движение. Снайперами руководил лейтенант Красной Армии Анатолий Румянцев.
Смелые рейды народных мстителей на вражеские гарнизоны наводили на оккупантов панический страх. В январе 1942 года бахчисарайцы разгромили крупный гарнизон противника в селе Шуры (ныне Кудрино), неоднократно отряд совершал нападения на воинские формирования гитлеровцев, расположённые в селе Коуш (Шелковичное) , Бия-Сала (Верхоречье), Улу-Сала (Зеленое) и других.
Приходилось вести бои и с вооруженными до зубов карателями, ставившими целью уничтожить партизан. Это были тяжкие испытания. Бои начались чуть ли не с первых дней народной борьбы и продолжались осенью 1941, зимой и летом 1942 года (до расформирования отряда). Сначала враг сделал все, чтобы лишить партизан продовольствия. Об этой акции карателей признавался позднее, на Нюрнбергском процессе, бывший командующий 11-й немецко-фашистской армией Эрих фон Манштейн: «В горах Яйла в Крыму есть... недоступные места, где скрывались партизаны. Но мы не могли до них добраться, так как у нас не было подготовленных для этого войск. Единственное, что мы могли предпринять, это попытаться заморить партизан голодом».
Приказ фашистского командования «заморить партизан голодом» тщательно выполнялся. Враг небольшими подразделениями совершал нападения на отряды, ставя главную цель — захватить и разграбить партизанские базы. Фашисты прекрасно понимали, что без продовольствия и боеприпасов «лесные призраки» долго не продержатся. Однако в «битве за базы» патриоты стояли насмерть и отстояли большинство своих тайников от ограбления.
У бахчисарайцев были тесные связи с жителями прилегающих к лесу населенных пунктов. Они веля там активную политическую работу, приносили туда газеты и листовки, проводили собрания. Население в свою очередь помогало партизанам продовольствием, теплой одеждой, пополняло отряды новыми бойцами.
Более 50 успешных боевых операций крупного масштаба — таков вклад бахчисарайцев в победу над фашистами.
Отряд послужил подлинной «кузницей» командных кадров. Командирами и комиссарами отрядов в 1943 году были назначены бывшие бахчисарайцы — А. П. Бережной, И. И. Урсол, М. Д. Гвоздев, командиром бригады стал М. Ф. Самойленко, а М. А. Македонский — командиром соединения.
Мужественно боролись с врагом и бахчисарайские подпольщики.
Уже в первые месяцы оккупации в Бахчисарае начала действовать подпольная организация, в которую входило 15 человек. Патриоты имели тесную связь с партизанами и выполняли их задания. Они сообщали командованию о передвижении войск противника, об их численности, о планах врага, о подготовке карателей к операциям против партизан. Организаторами подполья были коммунисты А. М. Болек и И. Г. Касиев. В организацию вступили комсомольцы Леонид Сушко, Екатерина Лебеденко, Александр Алексеев, Илья Кацаиль. Подпольщики установили радиоприемник, принимали сводки Совинформбюро, а затем распространяли их в виде листовок по городу.
Однажды патриотам стало известно, что в селе Бешуй готовится против народных мстителей карательная экспедиция. На партизанскую заставу немедленно отправились связные. Бригада под командованием М. А. Македонского внезапно налетела на врага и наголову разбила его.
Вместе с партизанами подпольщики участвовали в нескольких боевых операциях. В октябре 1943 года комсомольцы-подпольщики подорвали вражеский эшелон.
Жизнь патриотов оборвалась трагически. Провокатор, проникший в организацию, выдал ее членов. Почти все подпольщики были арестованы. Их расстреляли незадолго до освобождения города.
На территории Бахчисарайского дворца-музея в братской могиле покоятся 14 погибших подпольщиков. А при въезде в старый город, на развилке дорог, возвышается памятник павшим партизанам Бахчисарайского отряда.
Частенько наведывались партизаны на станцию Сирень (в ту пору Сюрень). Здесь они совершали нападения на фашистов из засады, пускали под откос вражеские эшелоны. Особенно отличились на этой коммуникации группы подрывников Георгия Грузинова, Мемета Молочникова, Николая Гордиенко, Сергея Половчени, Дмитрия Аверьянова.
Крупнейшая по масштабам диверсия проведена в ночь на 10 сентября 1943 года. Весь участок железной дороги от станции Сюрень до станции Альма (ныне Почтовая) полностью выведен из строя. В ту ночь на задание вышло 11 диверсионных групп. В два часа ночи они были у исходных точек. Часы перед операцией сверили. Одновременно каждая из групп заложила взрывчатку, а вскоре — с интервалами в три-четыре минуты — начались взрывы, полетели в воздух рельсы. Партизаны отошли в лес без потерь.
В подготовке подрывников принимал участие майор Антонио Белабардини, испанский коммунист, в прошлом грузчик барселонского порта, а позже, во время гражданской войны в Испании, летчик республиканской авиации. Белабардини возглавлял группу инструкторов-испанцев (Бальдемиро Гарихо, Кустодио Соллер и другие), которые прилетели в лес для помощи партизанам.
Последний крупный населенный пункт на пути к Севастополю — село Верхнесадовое (бывший Дуванкой). На отрезке дороги от Дуванкоя до Севастополя в 1941—1942 годах действовали три отряда — Бахчисарайский, Ак-Шеихский, Севастопольский. Беспрерывно выходили группы народных мстителей к этой коммуникации. На их боевом счету — десятки подорванных вражеских эшелонов. В одну из майских ночей 1942 года на железной дороге близ Дуванкоя группа Ивана Суполкина в нескольких местах заложила мины. Операция прошла успешно: подорвался эшелон противника из 12 вагонов. Солдаты фашистской пехотной дивизии, следовавшие из Франции в Севастополь, не достигли пункта назначения...

СЕВАСТОПОЛЬ. В годы Великой Отечественной войны защитники Севастополя покорили весь мир своим мужеством, приумножив славу прадедов — героев обороны 1854—1855 годов. 250 дней и ночей жил и боролся город. Окруженный со всех сторон, отрезанный от Большой земли сотнями километров, засыпаемый бомбами, обстреливаемый с суши и с моря, он стойко отражал натиск врага.
Славную страницу в летопись Великой Отечественной войны вписали моряки Черноморского флота и воины Приморской армии. Но и после того, когда в июле 1942 года по приказу Ставки Верховного Главнокомандования город был оставлен нашими войсками, борьба не прекращалась. Севастопольцы продолжали сражаться, в них жил несломленный боевой дух.
Фашистское вторжение в город сопровождалось жестокими репрессиями. За период оккупации гитлеровские палачи расстреляли, сожгли, утопили в море 27 306 человек и угнали на каторжные работы в фашистскую Германию 45 тысяч мирных жителей и военнопленных. Но террор оккупантов не испугал советских людей.
Крымский обком и Севастопольский горком партии приняли ряд мер по организации коммунистического подполья еще до вторжения фашистов на крымскую землю. Были подготовлены люди, конспиративные квартиры, необходимая подпольная техника. Не все получилась так, как было задумано. Многие из намеченных для подполья людей погибли во время обороны, лежали в руинах дома, выделенные для устройства явок и опорных пунктов.
Жестокий неравный бой... Эти слова точно определяют подпольную борьбу севастопольцев.
Одну из первых патриотических организаций создал коммунист инженер судоверфи П. Д. Сильников. В нее вошли, составили ядро организации, рабочие и инженерно-технические работники судоремонтной мастерской. Вот некоторые имена: мастер Г. Я. Максюк и его сын Андрей, М. С. Гаврильченко, К. В. Федоров, Н. Г. Матвеев, Т. А. Брацилова, Т. П. Силышкова. Подпольщики принимали сводки Совинформбюро и, размножив их, распространяли среди населения. Диапазон деятельности патриотов был достаточно широк: тормозили производственный процесс, портили станки, моторы, ценные материалы, собирали оружие, вовлекали новых людей в борьбу против оккупантов.
Почти одновременно возникла другая подпольная организация — из военнопленных и жителей города. Ее создал участник обороны Одессы и Севастополя коммунист В. Д. Ревякин. Находясь в отряде прикрытия на мысе Херсонес, Ревякин 6 июля 1942 года был захвачен в плен, но уже вечером ему удалось бежать. Помогла счастли
вая встреча: его укрыла комсомолка Лидия Нефедова, ставшая впоследствии боевым другом и женой Ревякина.
Мало-помалу организация росла и крепла. Ряды ее пополняли коммунисты и комсомольцы, бывшие моряки Черноморского флота и красноармейцы. Сложные, рискованные задания выполняли военнослужащие И. П. Пиванов, М. М. Пахомов, К. М. Анзин, М. В. Балашов, жители города А. С. Мякота, Н. А. Михеев, Н. Н. Михеев, А. О. Киселева, Т. П. Бадухина, пионеры Толя Лопачук, Костя Попандопуло...
В начале 1943 года в лагере военнопленных сформировалась подпольная организация под руководством бывшего помощника секретаря горкома партии Н. И. Терещенко. Актив организации составили участники обороны Севастополя А. С. Комарова, Г. М. Смагло, В. Н. Громов, А. М. Воронов, жительницы города Е. В. Висикирская, Н. А. Николаеико, Е. И. Тютрюмова, Г. В. Прокопенко и другие.
В марте 1943 года патриоты, руководимые Ревякиным и Сильниковым, образовали «Коммунистическую подпольную организацию в тылу немцев» (сокращенно — КПОВТН). В мае влились в ее ряды подпольщики Терещенко. В. Д. Ревякин написал Устав и Программу организации, Сильников изготовил печать. Программа определяла задачи и конечную цель борьбы. В ней сказано, что КПОВТН ставит своей задачей вести агитацию среди населения города, военнопленных в лагерях, среди солдат оккупационной армии, устраивать диверсии на военных объектах противника, одновременно накапливая оружие. Конечной целью организация считала подготовку и проведение вооруженного восстания. Согласно Уставу подпольщики обязаны были хранить тайну организации, беспрекословно выполнять задания. Вступающие в КПОВТН давали клятву. Девизом их борьбы стали слова: «Трудящиеся Севастополя! Объединяйтесь на борьбу с гитлеризмом!»
Программа успешно претворялась в жизнь. Особенно большое внимание подпольщики уделяли агитационной работе. 21 марта 1943 года была выпущена первая листовка — «Воззвание к трудящимся Севастополя». Ее написал В. Д. Ревякин, а затем подпольщики размножили ее от руки в 25 экземплярах. Патриоты призывали севастопольцев активно включаться в борьбу с захватчиками. «День расплаты с врагом настал,— гласила листовка.— Враг получил смертельную рану от ударов Красной Армии, но он не добит и стремится в тылу собраться с силами... Вставайте на борьбу с этим врагом, чтобы вместе с Красной Армией окончательно добить его и поднять над Севастополем победоносное Красное знамя!..»
В распоряжении подпольщиков были приемник, пишущая машинка. Это давало им возможность принимать и размножать сводки Совинформбюро, доводя тираж каждой такой листовки до 100 экземпляров. Всего было создано и распространено 36 машинописных листовок. Подпольщики стремились воздействовать и на врагов, и на друзей: «К солдатам и офицерам немецкой армии», «Обращение к военнопленным Севастополя»... Листовки сослужили добрую службу. Например, удалось сорвать ряд мероприятий фашистской администрации, таких, как вербовка в РОА — пресловутую «Русскую освободительную армию», как выезд горожан на работу в фашистскую Германию, и другие.
И все же тираж листовок не удовлетворял патриотов. На повестку дня стал вопрос о создании типографии. Наиболее подходящим для нее помещением было подземелье в доме, где жил В. Д. Ревякин (бывшее Лабораторное шоссе, ныне ул. Ревякина, 46). Смастерили станок, добыли краски, бумагу, шрифт. Наборщиками стали бывшая работница типографии Евгения Захарова, Иван Пиванов, Лидия Нефедова-Ревякина.
Теперь можно было выпускать не только листовки, но и газету. Первый номер подпольной газеты «За Родину» был отпечатан 10 июня 1943 года. Редактировал ее коммунист Георгий Гузов.
Газета помещала сводки Совинформбюро и собственные материалы, разоблачавшие фашистский так называемый «новый порядок», страстная и правдивая публицистика призывала севастопольцев к борьбе против захватчиков. Выходила она 2—3 раза в месяц тиражом 500—600 экземпляров. Так, в номере от 28 сентября 1943 года была помещена статья «Антифашистские силы растут» и обзор сообщений Совинформбюро о наступательных действиях Красной Армии. В номере от 26 ноября речь шла о задачах подпольщиков в борьбе за освобождение Крыма. 4 января 1944 года напечатана статья «Отомстим гитлеровским палачам за зверства над русским народом».
Газета подпольщиков так досаждала гитлеровцам, что они обещали тому, кто сообщит адрес подпольной типографии, награду в 50000 рублей и обеспеченную жизнь в дальнейшем. Однако никто не польстился на обещанные блага, и газета продолжала выходить. Последний, двадцать пятый номер вышел 8 марта 1944 года.
Не только газета беспокоила оккупантов. Не давали им покоя и диверсии патриотов. В. Д. Ревякин направлял своих людей на работу в особо важные предприятия и учреждения: на железнодорожный транспорт, на военные объекты, хлебозавод, в порт, типографию городской управы, биржу труда... Подпольщики совершали там смелые диверсионные акты.
В группе Николая Терещенко было 60 подрывников. Особенно успешно действовали железнодорожники: отец Владимир Яковлевич Кочегаров и его сын Виктор, М. С. Шанько, В. И. Ленюк, К. М. Анзин, М. М. Нахомов, А. С. Мякота, А. П. Калганов, М. В. Балашов, М. С. Фетисов, Н. Г. Матвеев, К. В. Федоров и другие. Подпольщики засыпали песком буксы и заливали их водой вместо масла, вследствие чего подвижной состав выходил из строя. Они разбирали железнодорожные пути, и эшелоны шли под откос; задерживали отправку срочных поездов, затягивали ремонт паровозов, взрывали эшелоны, груженные боеприпасами...
Бесстрашно боролась с врагом диверсионная группа П. Д. Сильникова. Патриоты портили станки и ценные материалы, уничтожали плавсредства противника. В Южной бухте они сожгли судно «Орион», у судоподъемных мастерских — склад и две казармы.
Николаю Терещенко удалось взорвать котлы на электростанции в Северном доке. Срочные работы по ремонту фашистских судов были сорваны из-за отсутствия электроэнергии.
Севастопольские подпольщики держали под особым контролем лагеря военноплевдйлх. Благодаря этому удалось вызволить из фашистского плена более 200 человек. Часть освобожденных воинов осталась в Севастополе и пополнила ряды подпольщиков. Некоторых, снабдив необходимыми документами, патриоты переправили в район Мелитополя на соединение с войсками Красной Армии.
Первый удар обрушился на севастопольскую организацию в октябре 1943 года. Были схвачены Павел Данилович Сильников и его жена Таисия Петровна, Николай Григорьевич Матвеев, К. В. Федоров, Т. Л. Брацилова, К. Каратаев, Сейдали Агаев. На квартире Сильниковых фашисты нашли радиоприемник, документы, дневник. Сильников и его товарищи вели себя мужественно и погибли, никого не выдав врагу.
В феврале 1944 года последовал новый удар — были арестованы и погибли семья Владимира Яковлевича Кочегарова, жена Татьяна) и сын Виктор, Людмила Осипова и Михаил Шанько. А спустя месяц фашистам удалось схватить Василия Ревякина и вслед за ним его жену Лиду, Николая Терещенко, Евгению Захарову — всего более 20 человек. На допросах в фашистском застенке арестованные держались исключительно стойко. О мужестве Василия Горлова рассказывает подпольщица Анастасия Лопачук:
- Старшина первой статьи Василий Горлов был высокий, статный, могучий. Когда враги схватили его раненого, руки ему связали не веревкой, а колючей проволокой... Я увидела Горлова во дворе тюрьмы и не узнала. Лицо было синим от кровоподтеков, из рассеченного лба струилась кровь, одежда свисала клочьями. Мимо Горлова проводили арестованных, и следователь спрашивал:
— Кто из них большевик? Кто? Говори...
Василий молчал.
Следователь избивал его палкой, а он смотрел на него тяжело, ненавидяще...
Обеспеченное будущее взамен предательства сулили Лиде Ревякиной, которая должна была вот-вот стать матерью. Лида не ответила ни на один вопрос фашистских палачей.
14 апреля 1944 года всех арестованных подпольщиков повезли на расстрел. Когда на 5-м километре Балаклавского шоссе грузовик остановился и последовала команда: «Арестованным выходить!», Ревякин и Терещенко бросились на конвоиров. Но силы были слишком неравны...
Полиостью уничтожить подполье гитлеровцам не удалось. Оставшиеся в живых патриоты продолжали борьбу. Они передавали по рации разведданные командованию Черноморского флота, готовились нанести удар по фашистам, как только передовые части Красной Армии подойдут к городу. И они ударили с тыла. Николай Михеев
и его товарищи помогли. советским воинам разгромить артиллерийскую батарею на Историческом бульваре.
Севастопольцы свято хранят память о мужественных патриотах. В канун 50-летия Великого Октября на улице, носящей имя Василия Дмитриевича Ревякина, открыт дом-музей. Героически погибшим подпольщикам установлен памятник на кладбище Коммунаров, их именами названы улицы, школы, пионерские отряды, дружины.
Родина высоко оценила подвиги борцов подполья. Около 60 из них удостоены правительственных наград — орденов и медалей. Руководителю «Коммунистической подпольной организации в тылу немцев» В. Д. Ревякину посмертно присвоено звание Героя Советского Союза, руководители подпольных патриотических групп П. Д. Сильников и Н. И. Терещенко посмертно награждены орденами Ленина.

СИМФЕРОПОЛЬ - АЛУШТА - ЯЛТА - СЕВАСТОПОЛЬ

Мы рассказали уже о том, что происходило в Симферополе в годы фашистской оккупации, о том, как боролись с гитлеровцами советские патриоты. А теперь на маршрут... Туристам представляется возможность ознакомиться в пути с памятниками и памятными местами, за которыми стоят героические события, замечательные человеческие судьбы.
Первая наша остановка — в Пригородном, вернее — бывшем Пригородном. Поселок под таким названием, находившийся некогда в 2—3 километрах от Симферополя по дороге на Ялту, в послевоенные годы слился с городом. В марте 1944 года, когда произошли события, о которых пойдет речь, это было пригородное селение Битак, а в нем, как стало известно партизанам, расположились так называемый сельскохозяйственный комендант и его помощник. Оба они принадлежали к числу персон довольно высокого ранга, были хорошо информированы о положении дел в оккупационных войсках и потому представляли несомненный интерес для командования Красной Армии.
Организовать похищение этих двух гитлеровцев было поручено отряду Якова Саковича. Партизаны переоделись в немецкую форму и в ночь с 14 на 15 марта на автомашине подкатили к особняку на окраине поселка. Быстро сияв часового, охранявшего особняк, постучали в дом. Комендант, ворча и ругаясь, открыл дверь. В мгновение ока партизаны связали ему руки, в рот сунули полотенце. Осмотрели помещение. Стол был уставлен яствами, а сам комендант изрядно пьян. В соседней комнате спал его помощник. Надежно связав хозяев особняка и разместив их в кузове автомашины, партизаны занялись портфелем с бумагами. Пленных привезли в лес. Оттуда они были отправлены на Большую землю.
Уже в освобожденном Симферополе произошла встреча командования партизан с начальником разведки 4-го Украинского фронта. Он-то и сообщил, что оба «языка» дали исключительно важные показания, которые были использованы при подготовке операции по освобождению Крыма.
Продолжаем путь. На трассе — село Пионерское. Через это село, расположенное неподалеку от леса, пролегает дорога Симферополь—Ялта. В годы войны здесь разворачивались события, связанные с борьбой патриотов. Многие жители села, носившего тогда название Джалман, ушли на фронт, в партизанские отряды. В селе действовала подпольная комсомольская организация, которая оказывала большую помощь партизанам, снабжая их продовольствием, теплой одеждой. На околице села у дороги народные мстители неоднократно наносили фашистам смелые и неожиданные удары.
Расскажем об одной лишь операции — ее исход много значил для жителей Симферополя. В апреле 1944 года партизаны 6-го отряда Южного соединения (командир отряда Николай Дементьев, комиссар Андрей Сермуль) атаковали у села Джалман отступающего противника. В жаркой схватке было уничтожено более 100 гитлеровских солдат и офицеров. Среди взятых в плеи оказались подрывники с большим количеством взрывчатых веществ, предназначенных для диверсии на расположенном поблизости Аянском водохранилище. Единственный источник, питавший в то время город водой, был спасен.
Далее на маршруте — село Заречное (бывший Шумхай), жители которого весь период оккупации активно помогали партизанам — вели разведку вражеских позиций, доставляли в лес продукты, пря
тали и выхаживали раненых патриотов. В ноябре 1943 года почти все его жители, против которых готовилась фашистами карательная акция, ушли в партизанский отряд. Мужчины пополнили партизанские группы, а дети, женщины, старики образовали так называемый гражданский лагерь.
Несколько раз вражеский гарнизон, окопавшийся в селе, подвергался нападению народных мстителей. Расскажем об одном таком рейде. Тогда же, в ноябре 1943 года, отряд под командованием Н. А. Сороки и В. М. Буряка нане« противнику особенно ощутимый урон. Это была часть единого большого замысла, при исполнении которого отряды 1-й и 6-й бригад одновременно совершили нападение на гарнизоны врага в разных населенных пунктах. Руководил действиями партизанских отрядов командир 1-й бригады Ф. И. Федоренко. Впервые народные мстители применили здесь пушки и гвардейские минометы, расположив их на развилке дороги и держа под прицелом несколько гарнизонов врага.
К исходным позициям партизаны шли пешком, ехали на машинах и лошадях. Во время марша пошел сильный дождь. Дорога узкая, скользкая — того и гляди сорвешься. Проводники сообщили, что впереди большой камень. Чтобы объехать его, пришлось еще сбавить ход. Спустились в балку, поехали по ее краю. Внизу пропасть. Правые колеса шли по самой кромке, иногда даже начинали сползать. Но вот и конец пути — окраина села совсем близко. Залегли, приготовились к бою. Было тихо-тихо. По команде «Огонь!» разом ударили минометы, взмыли ввысь ракеты, осветив улицы села.
Группа партизан во главе с командиром отряда Н. А. Сорокой атаковала школу, которую гитлеровцы превратили в укрепленный пункт. Оттуда бил пулемет — не подойти. И тогда боец Гавриил Андрейченко поднялся во весь рост и метнул в окно школы одну за другой гранаты. Пулемет умолк, но и в партизан полетели гранаты. Осколком одной из них был ранен Андрейченко.
Партизаны ворвались в здание, схватились с гитлеровцами врукопашную. Враг был выбит из школы.
В это время другая группа под командованием комиссара отряда В. М. Буряка атаковала табачный сарай, где засели фашисты. Смелый бросок — операция успешно завершена...
Противник понес большие потери и был полностью дезориентирован. Даже через час после того, как партизаны ушли из села, его подразделения продолжали палить друг в друга из пушек и пулеметов.
Одновременно народные мстители совершили нападение на гарнизон противника в селе Ангара — нынешнем Перевальном. Именно к нему мы и держим путь.
Итак, на 22-м километре от Симферополя въезжаем в красивое, утопающее в зелени село Перевальное. С первых дней войны многие его жители ушли в армию, остались дома лишь старики, дети, женщины, подростки. Много горя пришлось им хлебнуть во время фашистской оккупации. Гитлеровцы грабили, жгли, насиловали, убивали...
В один из октябрьских дней 1943 года все жители села ушли в лес к партизанам.
Вскоре наступил час расплаты.
Это было 22 ноября. Три отряда 6-й партизанской бригады Северного соединения под командованием Георгия Свиридова уничтожили вражеский гарнизон. В результате боя 57 румынских солдат и один офицер были убиты, 13 солдат взяты в плен. Противник потерял множество боевой техники, военного имущества, восемь подвод с продовольствием. В боях отличились бойцы В. Совопуло, Г. Годлевский, В. Козина, А. Челединов, Вл. Тимофеев, медсестры Анна Фролова, Галина Смаженко...
От села Перевального незаметно начинается подъем на Ангарский перевал. Шоссе проходит в глубокой котловине между довольно высокими горами. На 26-м километре от Симферополя его пересекает лесная тропа. На ней от Южного к Северному соединению, где находился аэродром, шли связные, тянулись партизаны с носилками, неся тяжелораненых товарищей. Здесь народные мстители не раз, спускаясь с гор, совершали боевые операции или — бывало и так — отступали, теснимые превосходящими силами карателей. Это была дорога жизни и смерти. Нередко, переходя шоссе, партизаны сталкивались с засадой врага, завязывались бои, короткие и жестокие. Но чаще сами устраивали засады, нападали на транспорты противника, уничтожали его живую силу, связь, технику. Невозможно
перечислить и сотую долю этих операций. Остановимся лишь на некоторых.
3 ноября 1941 года 1-й Симферопольский отряд вел жестокий бой с врагом. Встретив сильнейший отпор народных мстителей, фашисты вынуждены были отступить.
15 ноября группа партизан под командованием Л. А. Вихмана вывела из строя три вражеские автомашины и уничтожила шестерых гитлеровцев.
26 ноября группа партизан 2-го. Симферопольского отряда под командованием 3. Ф. Амелинова напала иа автоколонну противника. Подбив первую машину, партизаны перекрыли дорогу. Образовалась пробка. Следующие за ней, не успев остановиться на крутом повороте, полетели под откос. Противник потерял девять автомашин, в том числе две легковые. В одной из грузовых машин оказались боеприпасы. Народные мстители подорвали их и отошли без потерь на свои базы.
29 ноября группой партизан 2-го Симферопольского отряда под. командованием Ф. А. Шейко были уничтожены в районе перевала две вражеские автомашины. Потери врага — пять человек убитыми.
Читатель не мог не заметить, что за один лишь месяц партизаны совершили в этом районе несколько операций. Так было на. протяжении всей оккупации: то один отряд, то другой выходил сюда, на эту дорогу, и, как правило, увеличивал свой боевой счет с противником.
Теперь на месте былых боев стоит памятник. Он прост и вместе с тем оригинален: глыба камня, высеченная в виде шапки-папахи, словно выросшая из земли. Посредине наискосок протянулась красная лента, тоже из камня. Это так называемая «партизанская шапка» — один из лучших монументов в честь народных мстителей. Отдельно от памятника на постаменте установлены стелы, на которых высечены имена героев-партизан, погибших за Родину, патриотов многих национальностей, сражавшихся плечом к плечу против общего врага.
Идею памятника подсказал один из руководителей партизанского движения в Крыму Н. Д. Луговой. Проект и эскиз создали художник Э. М. Грабовецкий, участник партизанских боев в Крыму, художник И. С. Петров, скульптор Б. Ю. Усачев, архитектор Л. П. Фруслов. Глыбу гранита привезли из Фрунзенского — поселка, расположенного на восточном склоне Аю-Дага. Сооружала его бригада строителей, среди которых были и партизаны. Открыт памятник 21 июля 1963 года. Все работы по проектированию, обработке глыбы, перевозке выполнены на общественных началах.
На фоне серо-зеленого крутого косогора конусообразный контур памятника всегда виден очень четко. В День Победы над фашистской Германией — это стало уже традицией — сюда, к скромному и вместе с тем величественному монументу, приезжают школьники, здесь партизаны и старые большевики повязывают им красные галстуки, здесь вступающим в комсомол вручают комсовюльские билеты.
От памятника шоссе поднимается на А игарский перевал. В годы Великой Отечественной войны и на перевале часто гремели выстрелы, горное эхо разносило далеко вокруг мощный гул взрывов.
Действия партизан начались здесь с первых дней оккупации. Боевые группы всех трех Симферопольских, Алуштинского, Зуйского, Биюк-Онларского отрядов, сменяя одна другую, а иной раз действуя совместно, совершали сюда незаметные вылазки и молниеносные рейды. В итоге враг терял убитыми и ранеными своих солдат и офицеров, выходил из строя фашистский транспорт...
Оккупационные власти в Крыму принимали чрезвычайные меры, чтобы обезопасить движение по дороге Симферополь—Алушта. На перевале разместился крупный вражеский гарнизон. По дороге непрерывно патрулировали фашистские солдаты, постреливая то в одну, то в другую сторону. Но это было только на руку партизанам. Обнаружив себя, патрули давали возможность совершить операцию в ином месте.
Безопасности движения гитлеровцы не добились до конца оккупации. Потери их от партизанских налетов и прицельного огня из засады были немалыми. А главное, врагу приходилось отвлекать войска с фронта на охрану тыловых объектов.
Уместно привести здесь несколько цифр. За два с половиной года крымские партизаны свыше тысячи раз нападали на колонны, обозы и группы оккупантов — это только на дорогах. В результате нападений было уничтожено более 10 тысяч фашистских солдат и офицеров, взорвано или повреждено 1940 автомашин, 13 танков, 3 бронемашины, 211 орудий разных калибров, 83 тягача. В боях партизаны регулярно брали трофеи — автомашины, оружие, боеприпасы...
От Ангарского перевала до Алушты дорога идет все время на спуск. На этом отрезке были особенно удобные места для боевых операций.
Перед селом Верхняя Кутузовка (б. Шумы) старая шоссейная дорога делала крутой зигзаг. В краеведческой литературе он известен под названием «Марусин поворот». С правой стороны дороги располагался высокий косогор, с левой — крутой обрыв. С этим-местом связано несколько легенд. Одна из них — довоенная — рассказывает об отважной девушке-партизанке Марусе, которая в годы гражданской войны пустила под откос машину с белогвардейскими: офицерами.
В Великую Отечественную войну родилась еще одна легенда. Героическая девушка обрела вторую жизнь, чтобы здесь, на повороте своего имени, еще раз совершить подвиг. Снова вела она машину с врагами. И снова не дрогнула ее рука, когда, круто повернув руль, направила она машину прямо в овраг. Кто знает, может быть, своим вторым рождением обязана легенда партизанам, ходившим на боевые операции к «Марусиному повороту»!..
Здесь, на легендарном повороте, как и на Ангарском перевале,, число операций не поддается учету. Они проводились на протяжении: всего периода оккупации.
19 ноября 1941 года 3-й Симферопольский отряд под командованием П. В. Макарова на одном из крутых спусков взорвал оползни. Движение по дороге было прервано на несколько суток.
8 декабря близ «Марусиного поворота» группа Ивана Крапивного «•ожгла две вражеские автомашины. Потери врага — пять человек убитыми.
20 января 1942 года в том же районе 3-й Симферопольский партизанский отряд уничтожил из засады три грузовые автомашины и одну легковую. Убиты один офицер и 19 солдат, четыре фашиста ранены.
Ис доезжая Алушты (примерно в двух километрах от нее) есть крутой поворот направо. Дорога уходит в глубь леса, на территорию Крымского государственного заповедно-охотничьего хозяйства.
. В 1941—1942 годах здесь находилось 10 партизанских отрядов: Алуштинский, три Симферопольских, Евпаторийский, Красноармейский, Ак-Шеихский, Ак-Мечетский, Ялтинский и Бахчисарайский. В заповедных лесах дислоцировался в ту пору штаб 3-го партизанского района под командованием Георгия Северского и Василия Никанорова; здесь же располагался штаб 4-го района под командованием Ивана Бортникова, а затем Ильи Вергасова. До марта 1942 года отсюда руководил крымскими партизанами Центральный штаб во главе с Алексеем Мокроусовым и Серафимом Мартыновым.
Зимой 1942/43 года заповедные леса составляли 1-й партизанский сектор. А в заключительный период народной борьбы, в 1943—1944 годах, хозяевами этого леса стали 4-я, 6-я и 7-я бригады Южного соединения. Командовал соединением Михаил Македонский, комиссаром был Мустафа Селимов.
На местах боев партизан установлены памятники, мемориальные доски, надгробные плиты. Увидеть их можно повсюду — на горах Черной и Чучели, в Центральной котловине, на Депорте, на кордонах Чериореченском, Светлая поляна, Рынковских, Буковского, на высоте Барлакош, у подножия горы Чатыр-Даг. Отсюда, из лесов заповедника, выходили на задания партизаны: нападали на военные объекты я гарнизоны врага, устраивали засады на шоссейных и железных дорогах, шли на связь с подпольщиками.
Уже с первых месяцев военных действий народные мстители прекратились в грозную силу для оккупантов. На Нюрнбергском процессе над главными немецкими преступниками генерал-фельдмаршал Машнтейн, командующий 11-й немецкой армией, говорил: «Партизаны стали реальной угрозой с того момента, как мы захватили Крым»
В конце ноября 1941 года Манштейн отдал приказ «Об организации и методах борьбы с партизанами». Приказ требовал «ликвидировать уже обнаруженные многочисленные партизанские отряды, не допустить образования новых вооруженных отрядов и таким образом обеспечить безопасность коммуникаций». В нем подчеркивалось, что решение этих задач является «важным предварительным условием» окончательной оккупации Крыма. При армии был создан специальный штаб по борьбе с партизанами. Первую крупную операцию штаб запланировал на декабрь 1941 года.
Готовясь ко второму штурму Севастополя, намеченному на 17 декабря, фашистское командование поставило перед собой задачу ликвидировать к этому времени все партизанские отряды. Для этой цели оно выделило крупные силы: румынский горнострелковый корпус, несколько истребительных дивизионов, кавалерийский полк и другие части.
В первых числах декабря карательная экспедиция приступила к прочесу лесов. Начались бои, которые длились с 12 по 16 декабря 1941 года. Отряды были так обложены противником, что выйти из окружения практически не представлялось возможным. Первыми приняли на себя огонь партизанские заставы и в течение нескольких часов сдерживали натиск врага. На помощь им подоспела небольшая группа моряков под командованием Л. А. Вихмана. Моряки дрались с невиданным упорством и задержали карателей до подхода других отрядов.
Враг начал окапываться. Получив подкрепление, он приступил к массированному обстрелу леса из пушек и минометов. Партизаны молчали. Не встретив ответного огня, каратели решили, что партизан нет, и двинулись вперед. Но вскоре они вынуждены были залечь — их обстреляла партизанская застава под командованием В. И. Бобылева. Горстка храбрецов оказала сильное сопротивление. Неравный поединок продолжался несколько часов.
Тем временем партизаны передислоцировались на господствующую высоту Чучель. Здесь заняли оборону все отряды. Бой разгорался. Противник имел большое численное преимущество. Однако партизаны сохраняли выдержку, стреляли только по видимым целям, наверняка. Уже несколько часов лес оглашался выстрелами, разрывами мин, криками, звуками сигнальных рожков и свистков.
Огонь фашистов с каждой минутой нарастал. Поэтому командоваиие партизан для дезориентации противника решило ударить с разных сторон. Группа под руководством Петра Фомина незамеченной вышла в тыл противнику и внезапно открыла огонь. Еще одна завязала бой на левом фланге. Карателей, видимо, мало прельщала возможность застрять в лесу на ночь. Послышались звуки рожков, и противник отошел. Партизаны ночью сменили свои позиции. Так закончился бой 12 декабря.
По расчетам командования района (Г. Л. Северский, В. И. Никаноров), новая позиция поставит врага в невыгодное положение. Ему придется глубже втянуться в лес, оторваться от дороги, по которой подбрасываются подкрепление и боеприпасы. Кроме того, противнику необходимо разведать местность, выяснить огневые точки партизан. А это даст возможность народным мстителям подготовиться к отражению атак. Расчет оправдался.
Отряды расположились на хребте, около небольшой горной речки Коса. Бойцы спешно отрывали окопы, создавали оборонительную линию. Гитлеровцы не появлялись почти два дня. Партизаны производили налеты из засад и наносили врагу ощутимый урон.
На третий день, 15 декабря, противник решил разделаться с партизанами массированной атакой. Он подтянул к их позициям новые силы и повел наступление. Бой длился десять часов. До сих пор враг не бросал столько войск, ни разу в пречесах не было такой плотности огня и продолжительности сражения. Фашисты стреляли трассирующими пулями, и над партизанской обороной возникал как бы сплошной светящийся шатер. Отходить уже было невозможно — это грозило неминуемым разгромом. Оставалось одно — нанести неожиданный удар по карателям с тыла или во фланг, чтобы дезориентировать противника, спутать его планы. Решали секунды. И, как всегда » такую минуту, среди партизан нашлись люди, готовые на все ради спасения товарищей. Г. Л. Северский в своих воспоминаниях так описывает эти минуты напряженного боя:
«В поисках выхода я взглянул на сидящего рядом командир» группы связных Федоренко... Заметив мой взгляд. Федоренко поднялся, четким военным шагом подошел, поднес руку к шапке: - Слушаю, товарищ командир.
— Обстановку видишь?
— Так точно.
Передай на левый фланг — пусть пришлют пять автоматчиков. Еще пятерых возьмешь здесь и вместе со всей группой проберешься в любом месте в тыл противника. Оттуда ударишь огнем, имитируй .атаку. Главное, побольше шума и треска. Ясно?
- Ясно, товарищ командир.
- Проберетесь?
- Проберемся. Можете не беспокоиться...»
Наступила самая тяжелая минута. Словно догадываясь о положении партизан, фашисты усилили огонь. Они готовились к решающей схватке. Вот небо прочертила красная ракета — сигнал врага к общей атаке. А группа Федоренко тем временем бесшумно обошла цепи гитлеровцев, и в момент, когда они поднялись, чтобы рвануться на партизан, в тылу фашистов раздались залпы, взрывы гранат, и такое могучее «ура» разнеслось по лесу, что карателям стало ясно — они в западне. Внезапный удар с тыла ошеломил противника. Поднялась беспорядочная стрельба. Вражеские солдаты в панике бросились бежать, оставляя на ноле боя боеприпасы, оружие, убитых и раненых.
В этом бою чудеса храбрости и выдержки показали все партизаны. .Умело руководили боем командир района Г. Л. Северский, комиссар В. И. Никаноров. В сложнейших условиях пришлось действовать начальнику разведки района Ф. А. Якустиди, разведчикам и проводникам Д. Д. Кособродову, Г. К. Рябошапко, Я. С. Кирейшину. Кособродов в этот день был тяжело ранен, но, когда нужно было разведать пути отхода партизан, он буквально ползком выбрался на высотку и нашел тропинку, не контролируемую врагом. Неоднократно поднимались в атаку Д. Ф. Ермаков, С. Е. Иванов, Н. И. Дементьев, А. А. Сермуль, Н. А. Сорока, А. Д. Махнев, Ф. И. Федоренко. И. В. Крапивный, В. Н. Ходорепко, И. Д. Третьяк-Подлинный героизм проявили партизанские медики — врач Полина Михайленко, медсестры Аня Науменко, Нора Давыдова, Галина Гавриш, боец Дуся Шершова, разведчицы Нина Усова и Катя Фед-ченко... Они наравне со всеми бойцами, каждую минуту рискуя жизнью, отражали яростные атаки фашистов.
16 декабря с утра противник предпринял новое наступление. Партизаны уклонились от боя. Учитывая исключительно тяжелое состояние бойцов, которым пришлось более двух недель отбиваться от наседавших карателей, командование приняло решение незаметно' оставить позиции и перебазироваться в другие леса.
Бои продолжались почти весь декабрь. Ушли каратели только в последних числах месяца, предварительно уничтожив все постройки в лесу, служившие жильем для партизан.
Немало народных мстителей полегло в бою. Наибольшие потери были в Ялтинском отряде. Однако противник потерял убитыми и ранеными значительно больше. Продолжавшееся более полумесяца наступление провалилось. В ходе боев отрабатывалась тактика партизанской борьбы. Народные мстители научились бить врага малым количеством, нападая внезапно в тех местах, где противник менее всего этого ожидал.
Командование 11-й немецкой армии пустило слух об «огромных потерях» партизан. Генерал-фельдмаршал Мапштейн после окончания боев направил начальству доклад о своих мнимых победах. Признав, что для этого пришлось «отвлекать войска», он приводил фантастические цифры убитых и взятых п плен.
Фашистское командование в сводке главной квартиры фюрера сообщало: «В результате принятых решительных действий на Южном берегу Крыма партизанские отряды уничтожены и миновала опасность удара с тыла под Севастополем». Но это сообщение, как вскоре убедились фюрер и его окружение, было преждевременным. Партизаны, перегруппировав свои силы, наносят по оккупантам один за другим сокрушительные удары. Фашистскому командованию потребовалось для уничтожения уже «уничтоженных» им партизан вновь посылать в лес 20-тысячную армию.
После того как наши войска оставили город Севастополь, гитлеровцы проводят очередной крупномасштабный прочес крымских лесов. К этой операции они готовились особенно тщательно. Все началось с «психологической обработки». Каждый день над партизанскими лагерями появлялись вражеские самолеты и сбрасывали листовки. Враг пытался посеять среди партизан панику и убедить их в безнадежности борьбы. Листовки призывали к «благоразумию» и добровольной сдаче в плен, угрожая полным и беспощадным истреблением всех несдавшихся партизан и их семей. В лес забрасывались листовки-пропуска, в которых подробно разъяснялся порядок сдачи в плен. Но тщетны были попытки гитлеровцев.
В середине июля начались бои. Многочисленная, вооруженная до зубов фашистская рать двинулась в леса. Учитывая соотношение «ил, партизанское командование выработало особую тактику: уклоняться от прямого боя и, умело маневрируя, отходить в места, не доступные карателям.
19 июля 1942 года фашистские войска, не добившись успеха, покинули лес. Народные мстители полностью сохранили свой личный состав, а фашисты в стычках и перестрелках потеряли свыше сотни человек.
После прочеса 3-го партизанского района противник перегруппировал силы и бросил войска против партизан, находившихся в зуйских, а затем в карасубазарских (белогорских) лесах. Об этом мы расскажем позже, когда речь пойдет о маршруте Симферополь —Феодосия. Новая попытка уничтожить партизан была предпринята осенью 1943 года, когда Красная Армия уже вплотную придвинулась к Крыму и готовилась к нанесению решающего удара. Оккупанты стремились обезопасить движение на крымских дорогах, по которым фашистские войска поддерживали связь с Севастополем и Керчью. На эти коммуникации часто нападали партизаны, базировавшиеся в горной части Крыма. Кроме того, партизанские отряды представляли реальную угрозу для оккупационных войск, особенно в случае успешного прорыва Красной Армией фашистских оборонительных рубежей.
По приказу ставки Гитлера командование немецко-румынских войск развернуло в Крыму самое крупное и длительное за все время оккупации наступление против партизан. С этой целью из-под Перекопа и Керчи были переброшены войска. Операция против партизан Южного соединения началась утром 8 марта 1944 года. Подразделения гитлеровцев (в количестве примерно одного полка) двинулись в направлении села Саблы , села Бешуй и далее в расположение отрядов 4-й бригады (командир Христофор Чусси). Первой вступила в бой застава 7-го партизанского отряда. Своими силами она задержала на некоторое время наступление и помогла отряду подготовиться к встрече с врагом. Партизаны заняли оборону на северной окраине села Бешуй.
На следующий день, 9 марта, гитлеровцы новели наступление. Под покровом тумана они пытались зайти в тыл 2-го и 3-го отрядов, однако безуспешно. 10, 11, 12 марта противник вел сильный артиллерийский и минометный огонь по расположению отрядов 4-й бригады. Несмотря на это, партизаны прочно удерживали линию обороны и не допускали карателей в лес.
Одновременно около двух полков вражеской пехоты были брошены против отрядов 6-й бригады (командир Михаил Самойленко). Народные мстители, уклонившись от прямого столкновения, в течение четырех суток мелкими группами совершали смелые и точные налеты на позиции карателей.
Третья группа вражеских войск атаковала отряды 7-й бригады (командир Леонид Вихман). Против них действовали особенно крупные силы врага — пехота, артиллерия, танки, бронемашины. Утром 12 марта начался бой. Первым вступил в схватку с оккупантами 10-й отряд (командир Иван Крапивный). Фашисты выпустили тысячи снарядов из минометов и горных пушек, простреливали чуть ли не каждый метр партизанской обороны, несколько раз шли в атаку. Только к вечеру отряд по приказу командира покинул свои позиции. Бои продолжались весь март и завершились лишь в начале апреля полным провалом карательной экспедиции. Противнику и на этот рая не удалось уничтожить партизан.
Итак, ознакомившись с местами боевой славы партизан в заповедных лесах, продолжаем наш путь. Надо, впрочем, оговориться: знакомство было заочным, умозрительным, поскольку свободный доступ в Крымское заповедно-охотничье хозяйство закрыт, попасть на его территорию можно лишь по специальному пропуску.
Ближайший к заповеднику город — Алушта, куда мы и направляемся.

АЛУШТА. Война не обошла стороной и этот курортный городок. Осенью 1941 года районная партийная организация сформировала партизанский отряд, который дислоцировался в лесах заповедника. Командиром его стал директор совхоза «Кастель» С. Е. Иванов, комиссаром — секретарь райкома партии В. Г. Еременко.
Тогда же отряд пополнился офицерами и солдатами Красной Армии, которым удалось вырваться из вражеского окружения. В отряд пришли военнослужащие Даниил Ермаков, Федор Шрамов, Александр Махнев и другие, ставшие впоследствии прославленными партизанами. В ноябре 1941 года в отряд влилась группа моряков во главе с II. А. Матыщуком. Уже в первых боях с фашистами особо отличились командир группы и бойцы В. К. Колисничепко, М. М. Симоненко. Почти во всех боевых операциях участвовала вместе с моряками Галина Гавриш. Девушку с санитарной сумкой и автоматом можно было видеть повсюду — в засадах на шоссейных дорогах, во время рейдов на гарнизоны врага, в жарких схватках с карателями... Немало славных операций на счету Алуштинского партизанского отряда. Как-то командование отряда дало задание Александру Аушеву, Георгию Федотову и Николаю Старостенко проникнуть в Алушту, установить численность гарнизона, выявить огневые точки врага и связаться с товарищами по подполью. На одной из улиц разведчиков остановил патруль. Федотов, затягивая время, стал искать в карманах пропуск. Улучив момент, Старостенко и Аушев молниеносно выхватили пистолеты и покончили с гитлеровцами. Поднялась тревога. Страх перед партизанами заставил фашистов палить почти до рассвета. А народные мстители, укрывшись в кустарнике, засекли расположение огневых точек врага.
Когда в конце декабря 1941 года на Керченском полуострове высадился советский десант, из-под Севастополя двинулась туда гитлеровская дивизия. Партизаны решили задержать вражеское соединение как можно дольше. Не только Алуштинский, но и другие отряды взяли под контроль каждый километр южнобережного шоссе. Однажды ночью взлетели в воздух все мосты. Потом были сделаны завалы. Бойцы Алуштинского отряда совершили здесь, на шоссе в районе Кастельского перевала, только против этой дивизии семь боевых операций.
Большой популярностью в отряде пользовались отважные разведчики Михаил Глазкрицкий и Николай Багликов. Они оба погибли при выполнении боевого задания. В центре Алушты, в молодом парке на берегу моря, рядом с памятником членам правительства Республики Тавриды, где покоится тело первого алуштинского комиссара труда Тимофея Багликова, трудящиеся города похоронили его сына Николая и Михаила Глазкрицкого.
В период оккупации в Алуште действовала подпольная группа под руководством Ирины Вяловой. Отважно боролись с врагом подпольщики Павел Бубенчиков, Полина Ерморченко, Зоя Ивочкииа, Вера Соколова, Николай Томилин.
Неоднократно снабжал подпольщиков и партизан ценной разведывательной информацией комсомолец Абдулла Аппазов. Вскоре после разгрома фашистов под Сталинградом, когда деятельность подпольной организации активизировалась, Аппазов получил ответственное задание: произвести взрыв в кинотеатре «Южный», в котором гитлеровцы устраивали свои собрания. Поначалу все шло успешно, но на чердаке здания патриота обнаружили фашисты. В перестрелке один солдат был убит, другой ранен. Гитлеровцы открыли огонь из автоматов, винтовок, пулеметов. Затем несколько раз пытались взять Аппазова живым, однако он хладнокровно и искусно — то очередью из автомата, то гранатой — отбивал атаки. Тогда враги подтащили к кинотеатру две малокалиберные пушки. Снарядами была разбита крыша, здание загорелось... В неравном бою Аппазов погиб смертью героя.
Гитлеровцам удалось напасть на след подпольной организации. Большинство подпольщиков было схвачено карателями и расстреляно.
Алуштинцы хранят память о своих земляках, павших в борьбе с гитлеровскими захватчиками. Именами Марии Горбачевой, Нины Снежковой, Николая Багликова, Михаила Глазкрицкого, Ивана Крапивного и других названы улицы города, пионерские дружины и отряды.
Героям посвящена экспозиция городского краеведческого музея. 27 ноября 1981 года открыт памятник алуштинским партизанам и подпольщикам. Он расположен близ троллейбусной трассы, ведущейв Ялту. На этой коммуникации Алуштинский партизанский отряд совершил 45 крупных боевых операций.
Памятник прост и вместе с тем выразителен. Авторы проекта — скульптор Ф. И. Алещенко, архитектор И. Т. Семеняка. Работу по-сооружению памятника выполнил коллектив специализированного ремонтно-строительного управления № 3 «Крымспецгидроремстрой».
Большую помощь авторам проекта и строителям оказали многие алуштинские предприятия и организации, председатель городской секции бывших партизан и подпольщиков В. П. Талышев, бывший командир группы Алуштинского отряда Н. А. Матыщук.
Наш путь — на восток, к столице курортного Южнобережья, всемирно известному городу-курорту Ялте. На всем протяжении дороги от Алушты до Ялты весь период партизанской войны происходили схватки с оккупантами. Расскажем об одной из них.
Январской ночью 1942 года к шоссе возле поселка Гурзуф спустилась диверсионная группа под командованием Николая Кривошты. Партизаны залегли метрах в пяти от шоссе. Место было выбрано очень удачно: дорога просматривалась в обе стороны довольно далеко.
Промчался патруль на трех мотоциклах, за ним легковая машина. Затем со стороны гурзуфского моста послышался гул, на повороте показалась семитонка. Когда она поравнялась с засадой, Кривошта скомандовал: «К бою!» — и тут же метнул противотанковую-гранату. Гулким эхом раскатился в горах взрыв. Фашисты выскакивали из крытого брезентом кузова прямо под автоматный огонь-народных мстителей. Трое партизан расстреливали врага в упор. Сам Кривошта бросился к кабине. Навстречу ему полоснула очередь, но он успел вскочить на брезентовую крышу и нескольким» выстрелами покончил с гитлеровцами, сидевшими в кабине.
Нагруженные трофеями партизаны уходили в горы. Не сразу опомнились фашисты, и группа была уже далеко, когда вспыхнула внизу на шоссе стрельба. Однако углубляться в лес гитлеровцы не решились, а вскоре и стрельба стихла.
Множество смелых операций совершено здесь, на южнобережном шоссе, партизанами. Их боевые группы устраивали засады у села Никита (нынешнее Ботаническое), у поселка Массандра. Не один десяток убитых вражеских солдат, взорванных автомашин — таков счет народной мести фашистам. Геройски проявили себя в этих операциях командир отряда Николай Кривошта, отважные бойцы Иван Расторгуев, Тимофей Сергеев, Александр Смирнов, Николай Туркин, Анастасий Волгин, Дмитрий Ермолаев...

ЯЛТА. В октябре 1941 года, еще до вторжения оккупантов в город, был сформирован партизанский отряд численностью свыше 90 человек. В него вступили жители Ялты и А лупки и южнобережных поселков — Гурзуфа, Кореиза, Гаспры, Мисхора, Симеиза... Командиром отряда стал коммунист Д. Г. Мошкарин — директор треста общественного питания, начальником штаба — председатель горсовета депутатов трудящихся Н. Н. Тамарлы, комиссаром — сотрудник Осоавиахима С. Н. Белобродский. В отряд вступили заместитель директора Института климатотерапии А. Королев, рабочий совхоза «Гурзуф» С. Зоренко, моторист Ялтинского освода А. Серебряков, врач А. Фадеева, служащий С. Становский, ученик десятого класса Миша Горемыкин и другие.
Ялтинский отряд развернул боевые действия на участке южнобережного шоссе от Алушты до Алупки. Народные мстители взрывали мосты, портили линии связи, уничтожали вражеские автомашины. В результате партизанских диверсий на дороге возникали завалы, и тогда на длительное время останавливалось движение. За короткое время (около 9 месяцев) ялтинцы провели 07 боевых операций, в ходе которых захвачена радиостанция, выведено из строя 19 автомашин и несколько мостов, повреждены десятки километров линии связи. Партизанскими пулями сражен 201 вражеский солдат и офицер.
В жестоком неравном бою в декабре 1941 года пали смертью храбрых командир отряда Д. Г. Мошкарин, комиссар С. Н. Белобродский, начальник штаба Н. Н. Тамарлы, врач А. Н. Фадеева и другие.
Несмотря на потери и, казалось, непреодолимые трудности (не хватало оружия, боеприпасов, продовольствия), борьба продолжалась. Отряд возглавил в этот период Н. П. Кривошта, комиссаром стал А. II. Кучер.В июле 1942 года ялтинские партизаны были объединены с севастопольскими. Объединенный отряд продолжал борьбу с врагом д» конца сентября 1942 года.
Мужественно сражались с фашистами ялтинские подпольщики. Патриоты распространяли листовки, сводки Совинформбюро, вели устную пропаганду, совершали диверсии в порту, на предприятиях в фашистских учреждениях.
Городская партийная организация оставила в подполье коммунистов, комсомольцев. С первых дней оккупации комсомолка Надя: Ливанова сумела объединить вокруг себя друзей — учащихся старших классов 3-й средней школы, комсоргом которой она была до войны. Ливанова побывала в партизанском отряде и установила с ним надежную связь.
В один из декабрьских дней 1941 года в районе Приморского' парка, там, где 18 августа 1920 года белогвардейцы казнили комсомольцев-подпольщиков Ялты, собрались отважные патриоты и дали клятву беспощадно мстить ненавистному врагу. Слова клятвы особенно торжественно звучали здесь, на месте казни героев гражданской войны: «Я, член Ленинского комсомола, клянусь перед лицом своей Родины священной памятью погибших товарищей, что буду смелым и мужественным в борьбе с фашистскими захватчиками. Я клянусь, что никакие пытки врага не заставят меня разгласить тайну нашей организации...» Под клятвой патриотов было поставлено 9 подписей.
Молодые подпольщики постоянно информировали ялтинцев о героической борьбе Красной Армии на фронтах, о самоотверженном труде рабочего класса и крестьянства в советском тылу, об успехах антифашистов за рубежом.
В борьбе с фашистской дезинформацией комсомольцы проявили много находчивости, смекалки. Старожилам города памятен такой, случай. Городская управа в воскресные дни не работала. Именно в один из таких дней у здания управы собралось много народу. Взоры всех были прикованы к витрине: «Ялтинская городская управа извещает жителей города», а ниже на листе ватмана — крупными буквами: «О разгроме немецко-фашистских войск под; Москвой».
Помнят ялтинцы и о том, как покарали подпольщики кровавого палача-садиста Отто Шреве. Он руководил расстрелом мирных жителей у массандровского обрыва, по его приказу были истреблены семьи ялтинских коммунистов. Патриоты уничтожили Отто Шреве.
В январе 1942 года гитлеровцам удалось напасть на след организации и арестовать ее руководителя Надю Лисапову. Больше месяца пробыла отважная девушка в фашистском застенке. Ее жестоко пытали, ей сулили жизнь и свободу и всяческие блага в обмен на предательство и снова пытали. Надя молчала. Во время допроса она гордо заявила: «Я комсомолка и предателем не стану никогда...» 24 февраля 1942 года ее расстреляли.
В конце 1942 года в Ялте развернула работу подпольная организация под руководством Андрея Игнатьевича Казанцева. 6 июля 1943 года подпольщики выпустили первый номер газеты «Крымская правда». Газету читали на Южном берегу и за его пределами. Почти в каждом номере печатались сводки Совинформбюро. 15 сентября 1943 года в обращении «К народам Крыма» газета писала: «Товарищи! Еще раз весь мир убеждается в могуществе нашей Красной Армии. Близок тот день, когда фашистские псы будут изгнаны из пределов Крыма...»
В дни советских праздников выходили специальные выпуски «Крымской правды» — в честь XXVI годовщины Великого Октября, XXVI годовщины Красной Армии... Газета проникала и в части РОА — «Русской освободительной армии», сформированной генералом-предателем Власовым. Правдивое слово подпольщиков вызывало горячий отклик среди насильно мобилизованных солдат этой армии. Многим из них газета помогла порвать с изменниками Родины и найти свое место среди подлинных патриотов...
Фашисты производили повальные обыски, надеясь найти подпольную типографию, но газета продолжала выходить. В сентябре 1943 года около 60 подпольщиков, в том числе сотрудники редакции «Крымской правды» и руководитель подполья А. И. Казанцев, были переведены в лес. Газета продолжала издаваться в лесу вплоть до освобождения Крыма.
Ялтинские подпольщики провели немало диверсий. Они сожгли лесопилку в Ливадийской слободке; вывели из строя несколько тран-спортпых будок, аппаратуру фашистской радиостанции, 83 автомашины, вылили около трех тонн бензина, привели в негодность большие холодильники. Патриотической группой на электростанции, которой руководил Антон Мицко, были сожжены генераторы. До конца оккупации гитлеровцы так и не смогли пустить станцию на полную мощность.
С помощью провокаторов фашисты нащупали следы организации. Последовали обыски, аресты. От рук гитлеровских палачей погибли Антон Мицко, Сергей Донец, Митрофан Клименко и другие активные подпольщики.
Из патриотов, ушедших в лес, в ноябре 1943 года был сформирован 10-й партизанский отряд, командиром которого стал Иван Крапивный, а комиссаром — Михаил Сохань. В апреле 1944 года подпольщики Ялты в составе 10-го отряда участвовали в освобождении города и всего Южного берега от фашистов.
Готовясь к отступлению, гитлеровцы намеревались взорвать дворцы, дачи, санатории, винкомбинат «Массандра» и другие крупные курортные и промышленные объекты. «Большевикам дворцы не нужны, пусть живут в хижинах»,— цинично заявил последний фашистский комендант зоны «В» (участка от Фороса до Алушты) штандартенфюрер СС Бенкендорф.
Партизаны помешали гитлеровцам осуществить эту варварскую затею. Обезвредить фашистских диверсантов было поручено 7-й партизанской бригаде. Отряд под командованием Сергея Лаврентьева и Михаила Голдовского 12 и 13 апреля вел бой с противником в районе поселка Массандра. Благодаря решительным действиям партизан и рабочих комбината оборудование предприятия и его подвалы остались невредимыми.
Вместе с воинами Красной Армии вступил в город 10-й отряд партизан. Ялтинцы со слезами радости встречали освободителей...
В трех километрах от Ялты расположен поселок Ливадия: Знаменит он не только своим дворцом и парком, но и теми событиями, которые здесь происходили: в 1925 году в бывшей летней царской резиденции был открыт первый в мире крестьянский санаторий, а двадцать лет спустя в том же здании состоялась историческая Ялтинвская (Крымская) конференция глав правительств трех союзных держав антигитлеровской коалиции — СССР, США и Великобритании.
А менее чем за год до этого в Ливадии еще хозяйничали фашисты. Следы их пребывания явственно видели участники конференции...
Гитлеровские войска оккупировали поселок 6 ноября 1941 года. На территории Ливадии разместились части немецкой береговой зенитной артиллерии и румынский стрелковый батальон. Для укрытид огневых точек оккупанты спилили в парке многие деревья и стянули их к берегу.
В феврале 1943 года в поселке начала действовать подпольная патриотическая группа. Возглавил ее офицер Красной Армии Н. Т.Чу-дин. Патриоты находили советские листовки, сбрасываемые с самолетов, размножали их от руки и распространяли среди населения, солдат оккупационной армии и РОА. Агитация шла успешно. Подпольщикам удалось привлечь на свою сторону, а затем отправить в лес к партизанам многих солдат, насильно мобилизованных на службу в РОА. Были переправлены в партизанский лес и некоторые военнослужащие румынской армии.
Со временем рукописные листовки сменила газета, отпечатанная типографским способом: Н. Т. Чудин связался с подпольщиками Ялты, и от них стала поступать в Ливадию «Крымская правда». Летом 1943 года группа Чудина полностью влилась в Ялтинскую организацию и работала непосредственно под ее руководством.
О том, насколько действенным было слово подпольщиков, красноречиво говорят скупые строчки отчета. Приведем несколько выдержек. «Особенно подверглись разложению части РОА... Были дни, когда утром оторопевшие немцы не знали, какие принимать меры к еще оставшимся у них «добровольцам», так как проводники-подпольщики уводили людей сразу с нескольких военных объектов». И далее: «В ноябре 1943 г. ушла одновременно группа «добровольцев», бросив посты и караулы, из порта Ялты, с Ливадийской батареи, е прожекторной роты, и на следующий день ушли почти все посты СД, предоставив возможность заключенным самостоятельно разойтись из камеры».
Подпольщики иод руководством Н. Т. Чудина постоянно следили за передвижениями противника, знали, где расположены его огневые точки, склады, казармы. Все эти данные были нанесены на карту, которая очень пригодилась партизанам, а затем и командованию Красной Армии.
Осенью 1943 года большая группа патриотов ушла в партизанский отряд и принимала участие в боевых операциях.
Кроме группы Н. Т. Чудина, в Ливадии плодотворно работало подполье необычное, в своем роде даже уникальное. Оно состояло из одного человека — радистки А. К. Шульги. С ноября 1943-го по апрель 1944 года она регулярно поддерживала связь с разведотделом штаба Черноморского флота. От нее поступили в штаб флота сотни ценных разведданных о противнике.
16 апреля 1944 года Ливадия была очищена от оккупантов. Страшная картина разрушений предстала перед глазами воинов-освободителей: уцелело всего 19 домов из 110!..
Экскурсантам, знакомящимся с поселком, запомнится наверняка не только дворец, но и монумент неподалеку от него — дань нашей памяти воинам Красной Армии, партизанам и подпольщикам, отдавшим жизнь за Родину.
Одна из природных достопримечательностей Ялты —- гора Ай-Петри. Это излюбленное место паломничества туристов увековечено в сотнях книг, альбомов, открыток. Мирная гора под мирным небом помнит и иные, суровые времена, когда здесь гремели бои, лилась кровь советских людей. Об одном из этих боев — наш рассказ.
13 декабря 1941 года, во время первого большого прочеса, гитлеровские каратели пошли в наступление на Ялтинский отряд, базировавшийся в районе Узенбашской троны, выше села Кучук-Озен-баш .Численное превосходство противника было очевидным. Партизаны отходили в глубь лесов. Каратели обошли отряд с флангов, все туже сжималось кольцо окружения. И тогда смельчаки во главе с Петром Седых бросились на врага. Отвлекая внимание от основных сил отряда, принимая на себя вражеский огонь, они дали возможность отряду оторваться от противника. Часть партизан во главе с командиром 4-го района генерал-майором Д. И. Аверкиным, командиром отряда Д. Г. Мошкариным и комиссаром С. Н. Белобродским вышла на Ай-Петринскую яйлу, но здесь они внезапно столкнулись с карателями. Завязался неравный бой. Несколько часов горстка народных мстителей билась с врагом до последнего патрона — последний каждый берег для себя.
На плато Аи-Петри установлен памятник погибшим в боях партизанам.
В 15 километрах от Ялты, у подножия горы Ай-Нетри, приютился небольшой курортный поселок Кореиз. В годы Великой Отечественной войны 1200 жителей поселка сражались на фронтах, свыше тысячи из них' удостоены высоких правительственных наград. Боевая слава поселка — это и подвиги бойцов коммунистического подполья, во главе которого стояла врач Людмила Ивановна Пригон.
Ядром этой группы был коллектив Кореизской больницы. Подпольщики поддерживали тесную связь с 10-м партизанским отрядом и работали по его заданиям. Сама специфика их профессии (большинство патриотов составляли медики) подсказала основное направление деятельности группы: она многое сделала, чтобы уберечь советских людей, прежде всего молодежь, от угона в фашистскую Германию.
Жителей поселка, которым предстояла отправка на каторжные работы, патриоты помещали в больницу. Здесь абсолютно здоровым людям накладывали шины, гипсовые повязки, определяли их в инфекционное отделение, выдавали «пациентам» медицинские справки о ложных болезнях. В больницу приходили связные партизан. Чтобы не привлечь внимание фашистов, связные становились «больными» и, расположившись в палатах, подальше от постороннего ока, ожидали, пока будут добыты необходимые для леса сведения.
Из Кореизской больницы поступали не только разведданные. Подпольщица Ксения Аитрохина несколько раз в непогоду, преодолевая немалое расстояние но пересеченной местности, доставляла партизанам медикаменты, перевязочные материалы.
Группа неоднократно оказывала помощь отряду продовольствием. Из партизанского отряда в Кореиз связные партизан и подполья приносили листовки, газеты со сводками Совинформбюро. В своих воспоминаниях руководитель группы Л. И. Пригон пишет: «Листовки и газеты имели неоценимое значение, они вселяли надежду и уверенность... призывали к борьбе».
В начальный период оккупации патриотам пришлось работать не покладая рук, чтобы спасти медицинское оборудование, аппаратуру, книги и другие ценности близлежащих здравниц, не успевших эвакуировать свое имущество. Все это хранилось в подвалах и специально устроенных укрытиях на территории больницы, а в 1944— 1945 годах было передано по назначению.
Подпольщики сохранили знамя Кореизской больницы, которое экспонируется ныне в Ялтинском историческом музее. Об этом рассказывает Л. И. Пригон: «Где мы его только не прятали: закапывали в землю, спускали в каменные колодцы, на чердаках, а во время облав подкладывали даже на операционный стол...»
Когда настал час освобождения, члены группы, совместно с партизанами, спустившимися с гор, участвовали в изгнании фашистов. На этот раз, как и в первые дни оккупации, они уберегли народное достояние — общественные и жилые здания, их имущество — от порчи и уничтожения.
За два с половиной года борьбы кореизские подпольщики многократно шли на смертельный риск. И днем и ночью их подстерегала опасность — неожиданный обыск, арест, фашистский застенок... Однако соблюдались все меры предосторожности. Это тоже сыграло свою роль: группа не была раскрыта. Единственную, но тяжкую утрату понесли патриоты за три дня до освобождения поселка: погибла от рук палачей Ксения Антрохина — ее выдал предатель.
На здании Кореизской больницы установлена мемориальная доска, увековечившая подвиг советских патриотов, а в центре поселка — памятник воинам Красной Армии, партизанам и подпольщикам периода Великой Отечественной войны.

АЛУПКА. Ареной героических событий был и маленький курортпый городок Алупка. Уже с первых дней оккупации вступила в борьбу с фашистами подпольная комсомольская организация. Ее создали комсомольцы братья Гавырины — Александр и Владимир.Как и многие другие патриоты Крыма, алупкинские комсомольцы начали свою деятельность с листовок. Чтобы не выдать себя, писали левой рукой печатными буквами. Несколько позже им удалось раздобыть пишущую машинку. Тираж листовок возрос. Появилась возможность чаще и оперативнее откликаться на злободневные темы, вести просветительную работу, черпая информацию из сводок Совинформбюро.
Готовясь к вооруженной борьбе, патриоты накапливали оружие, которое они прятали в специально оборудованном тайнике. Ребята ухитрялись «реквизировать» его на вражеских складах, в обозах, направлявшихся через Алупку в Севастополь.
В подвале дома Гавыриных хранилась библиотека, принадлежавшая отцу организаторов подполья, старому большевику, который сражался на фронте. Среди книг было немало бесценных реликвий. Часто ребята, прихватив свечу, забирались в темный подвал и часами просиживали там, читая и обсуждая работы Владимира Ильича Ленина.
Установить связь с партизанами помог патриотам отец подпольщицы Лиды Горемыкиной — Гавриил Иванович. Участник гражданской войны, коммунист с дореволюционным стажем, Г. И. Горемыкин вместе с сыном Михаилом ушел лес и воевал в составе Ялтинского партизанского отряда. Это был прекрасный разведчик, опытный конспиратор. По заданию командования он несколько раз наведывался в Алупку. Вступив в контакт с молодыми подпольщиками, передавал им из лесу задания, помогал советами. В отряд поступала из комсомольского подполья ценная разведывательная информация.
Жизнь Г. И. Горемыкина оборвалась трагически. В конце декабря 1941 года он пришел с заданием в Кореиз, а затем в Алупку, но из-за сильных морозов простудился и заболел воспалением легких. Пришлось сверх обычного задержаться дома. О его приходе стало известно врагам. В дом нагрянули каратели. Вместе с Гавриилом Ивановичем в фашистский застенок попали его жена ЕлизаветаФедоровна и дочь Лида. 7 января 1942 года после допросов и пыток всех троих повесили на набережной Ялты.
Подпольщики пытались наладить связь с партизанами, однако безуспешно. А вскоре последовал новый удар — в организацию проник провокатор. Почти все активисты подполья были схвачены и подверглись жестоким пыткам. Никто из них не выдал товарищей, не поддался на посулы палачей.
В марте 1942 года на площади в Алупке были повешены братья Гавырины. В Симеизе фашисты арестовали и расстреляли их сестру Лину (Текстилину) Гавырину и Павла Асаулюка, в Ялте — Люсю Кузерину. Несколько участников комсомольского подполья, которым удалось избежать ареста, в 1943 году ушли в лес к партизанам.
В Алупке, на центральной площади, где были казнены братья Гавырины, высится ныне памятник отважным патриотам, отдавшим жизнь за Родину. Их имена не забыты. В городе есть улицы Гавыриных, Кузериной, Асаулюка.
Следующий населенный пункт на нашем пути — поселок Симеиз, расположенный в 20 километрах к юго-западу от Ялты. С первых дней войны многие его жители ушли на фронт и самоотверженно сражались с фашистами. Некоторые имена широко известны. Артиллерист гвардии сержант Н. Т. Васильченко удостоен звания Героя Советского Союза. Славный боевой путь прошел ученый-астроном И. Г. Моисеев. Ему довелось воевать в составе партизанских отрядов Украины, Белоруссии, Молдавии. В дальнейшем судьба забросила Моисеева в Словакию. Как боец-интернационалист он боролся против фашистов плечом к плечу со словацкими партизанами, участвовал в народном восстании 1944 года, в изгнании гитлеровцев с территории страны...
Фашистские войска захватили Симеиз 8 ноября 1941 года. «Новый порядок» устанавливался здесь, как и повсюду на оккупационной территории, жестоко и беспощадно. Гитлеровцы жгли, ломали, разрушали. Сильно пострадали от их хозяйничанья обсерватория, здравницы, школа, летний курортный зал, амбулатория, клуб... Многие ценности, в том числе научная библиотека обсерватории, были вывезены в Германию.Еще до прихода оккупантов 11 жителей поселка влились в формировавшийся Ялтинский партизанский отряд. В мае 1943 года ь Симеизе начала действовать подпольная патриотическая группа во главе с Г. С. Леоненко.
Симеизское подполье успешно вело пропагандистскую работу и саботаж разного рода фашистских «мероприятий». Так, в значительной мере благодаря подпольщикам не удалось гитлеровцам организовать сбор теплых вещей для германской армии.
Патриоты раздобыли радиоприемник, установили его на конспиративной квартире и регулярно принимали сводки Совинформбюро. На следующий же день советские люди узнавали из листовок, разбросанных по поселку, о действительном положении на советско-германском фронте.
Осенью 1943 года подпольщики установили связь с партизанами и с этого времени постоянно выполняли задания штаба Южного соединения. Особенно полезна была для партизан и для командеования Красной Армии их разведывательная деятельность: в лес поступала информация обо всем, что предпринималось фашистами на участке побережья от Симеиза до Севастополя.
В патриотическом движении участвовали не только взрослые, но и дети. Пионер-подпольщик Л. Ермаков (ныне он работает в Симеизе врачом), рискуя жизнью, спас несколько красных знамен. Когда в апреле 1944-го жители поселка встречали воинов-освободителей, на главной улице реяли кумачовые полотнища...
В центре поселка установлен памятник симеизским патриотам, погибшим в годы Великой Отечественной войны.
На всем протяжении пути от Алупки до Севастополя активно действовали Севастопольский, Балаклавский, А к-Мечетский, Евпаторийский и другие отряды. Партизаны взрывали мосты, устраивали на дорогах завалы, из засад забрасывали фашистские автомашины гранатами. И всегда появлялись внезапно, стремительно...
Недалеко от Алупки находится так называемая Чертова лестница (она же Шайтан-Мердвен). Этим горным проходом пользовались еще в глубокой древности и позднее, вплоть до прошлого столетия. Огромные ступени, каждая из которых целая глыба — не поймешь, то ли это природа изваяла лестницу, то ли человек, затратив колоссальную силу. Трудно преодолеть крутые, обкатанные временем ступени. В дождь, в снег, в гололед кажутся они совершенно неприступными, в непогоду ветер ревет над ними — того и гляди сорвет со ступеней, бросит вниз...
И все же Чертова лестница — единственный в этих местах спуск с плато к южнобережному шоссе. Партизаны ходили этим путем на боевые задания. Да;ке в отчаянный гололед, даже под штормовым ветром спускались к шоссе, чтобы обрушиться на врага там, где он меньше всего ожидал удара, и тогда, когда его совсем не ожидал.
Теперь по Чертовой лестнице на южнобережное шоссе спускаются туристы. По ней можно подняться к урочищу Чайный домик, где базировался Севастопольский партизанский отряд. Он неоднократно наносил удары по врагу именно в этом районе. Сюда на операции выходили группы под командованием Алексея Черникова, Михаила Томенко, Митрофана Зинченко, Александра Терлецкого.
Вот лишь несколько фактов.
20 января 1942 года группа партизан под командованием М. Ф. Томенко совершила успешное нападение на обоз противника.
29 мая 1942 года партизаны (командир группы А. П. Черников) из засады разбили легковую автомашину. Убиты два вражеских офицера и шофер. Одновременно было уничтожено до 500 метров телефонного провода.
22 июня народные мстители (возглавлял их все тот же Алексей Черников) вывели из строя трехтонную автомашину. Для восьмерых гитлеровцев этот участок дороги стал последним нолем боя.
Перевал Байдарские ворота — место многих партизанских операций — связан с именем лейтенанта Александра Терлецкого. Перед Великой Отечественной войной он был начальником погранзаставы. В ноябре 1941 года пограничники под командованием Александра Степановича более двух суток сдерживали у Байдарских ворот рвавшегося к Севастополю врага. Только пятеро пограничников уцелело в этом бою. С ними Терлецкий горными тропами пробрался в партизанский отряд. Не раз водил он своих бойцов к этой ключевой точке шоссе... Февральской ночью 1942 года с очередного аадапия Терлецкий не вернулся. Раненный осколком мины, он был схначсн врагами и после пыток повешен.
По всей дороге от Алунки до Севастополя памятные места боев отмечены мемориальными досками, скромными обелисками. В поселке Форос установлен памятный монумент над могилой лейтенанта Александра Степановича Терлецкого. Увековечен подвиг народных мстителей и на вершине Чертовой лестницы. Здесь комсомольцы города-героя воздвигли памятник партизанам Севастопольского отряда, павшим в боях за Родину.

СИМФЕРОПОЛЬ - БЕЛОГОРСК -СТАРЫЙ КРЫМ - ФЕОДОСИЯ — КЕРЧЬ

Остались позади улицы Симферополя. Автобус бежит на восток по феодосийскому шоссе. Вокруг до горизонта — поля. Место совершенно открытое, просматривается каждый километр. Но и на этой «промежуточной земле» между городом и неблизким отсюда лесом развертывалась боевая деятельность партизан. Народные мстители устраивали здесь засады, подкладывали мины, на которых взрывались вражеские танки и автомашины, совершали налеты на фашистские гарнизоны в близлежащих населенных пунктах.
От Симферополя буквально рукой подать до села Трудового. До войны это был населенный пункт совхоза «Симферопольский № 1» или, как его еще называли, агроживотноводческого комбината.
В годы оккупации в совхозном поселке расположилась вражеская воинская часть. Именно сюда в первых числах апреля 1944 года наведался партизанский отряд, которым командовал ЯковСакович.
Разведка установила, что фашистов в 5—6 раз больше, чем партизан в отряде. Все должна была решить внезапность удара. Группа партизан, переодетых в немецкую форму и вооруженных автоматами, промаршировала к казарме и в упор начала расстреливать гитлеровцев. Пользуясь возникшей среди них паникой, другая группа с криком'«Ура!» ворвалась в поселок и завязала бой.
Потери противника были огромны: убито 215 солдат и офицеров, большое количество ранено. Гарнизон партизаны частично уничтожили, частью рассеяли. В качестве трофеев отряд взял 40 лошадей, оружие, боеприпасы, обмундирование. Партизаны вышли из боя без потерь.
Пройдя всего 3 км от села Трудового, вы еще издали увидите небольшой обелиск. На нем — немногословная надпись: «Здесь в 1941—1942 гг. немецко-фашистскими захватчиками зверски совершен массовый расстрел советских граждан».
Близ памятника берет начало неглубокая, но протяженная траншея с сильно оплывшими краями. В годы оккупации траншея стала местом казни советских людей: фашисты расстреляли в ней 26 тысяч человек, в том числе 6 тысяч военнопленных.
Были и другие места массовых казней: противотанковый ров (вторая линия) в Курцовской балке, в двух километрах от Симферополя, уже упоминавшиеся Дубки и совхоз «Красный» (теперь имени Ф. Э. Дзержинского). Недоброй памятью о «новом порядке» остались так называемый «Картофельный городок» (неподалеку от нынешнего кожевенно-обувного объединения имени Ф. Э. Дзержинского), захоронения в Петровской балке... А сколько их в других городах! В Керчи и Севастополе, Белогорске и Бахчисарае, Феодосии, Ялте, Евпатории...
За два с половиной года гитлеровские захватчики истребили в Крыму 135 тысяч советских людей — женщин, детей, стариков...
В 1943 году, особенно начиная с осени, когда Красная Армия одерживала одну победу за другой, патриотическое движение в Крыму приняло для оккупантов поистине угрожающий характер. Каждый день пополнялись партизанские отряды. В ряды борцов против фашизма становились не только советские люди, но и военнослужащие из армии противника. В лесу были словаки, румыны, поляки, пришедшие из вражеских формирований. Усилились и удары по врагу. Нападения стали более значительными, дерзкими, причем совершали их народные мстители даже в дневное время.
Расскажем о двух таких операциях — 3 и 4 ноября 1943 года. Обе проведены примерно на том участке дороги, где поворот на село Мазанку и где установлен ныне памятный знак.
На одном из заседаний штаба 1-й партизанской бригады секрета рь областного подпольного центра П. Р. Ямпольский говорил, что необходимо достать машины.«Машины нужны до зарезу. Хватит пешком ходить. На машинах можно отряды перебрасывать гораздо быстрее, появляться молниеносно. Было бы у Федора Ивановича (речь идет о Федоренко.— Р е д.) несколько машин, что бы он натворил! Надо достать машины. Не помогут ли нам словаки?» Так пишет в своих воспоминаниях комиссар 1-й бригады Е. П. Степанов.
После заседания в штаб был вызван командир группы словаков Юрай Жак. Он выслушал задание и коротко ответил:
— Машины будут. Сколько надо?
— Сколько достанете.
- Я хочу знать точно. Надо три, достану три. Пять? Достану пять. Это есть приказ, и он будет выполнен.
3 ноября 1943 года... К феодосийскому шоссе подходят словаки—Антон Ланчарич, Иозеф Хоцина, Павел Лилко, Рудольф Томчик, Штефан Саро и другие. Несколько человек одеты в немецкую военную форму, другие в форму словацких солдат. Некоторые из них хорошо знают немецкий язык. Вся группа действует четко, уверенно.
Под видом проверки документов партизаны остановили две машины. Обезоружив 12 гитлеровцев, на захваченных грузовиках доставили их в лес.
На следующий день и почти на этом же месте операция повторилась — на сей раз с еще большим размахом.
Группа 2-го партизанского отряда под командованием Ф. И. Федоренко вышла к шоссе. В боевой акции участвуют Иван Семашко, Николай Горной, Иван Алексеенко, словаки Юрай Жак, Павел Лилко, Тони Ланчарич, Йозеф Грман, Александр Пухер и другие.
Теперь партизаны решили сымитировать патрулирование дороги. Движение на шоссе было интенсивным. Показалась колонна автомашин. Обгоняя их, вперед вырвались два «оппель-адмирала». Словак-патрульный, одетый в немецкую форму, поднимает руку. Машины остановились, и тут же раздается голос Павла Лилко: «Сдавайте оружие. Мы партизаны!» Автоматы и винтовки нацелены на офицеров, сидящих в машинах. Партизаны связали им руки. Лилко и Ланчарич сели в машины, чтобы отогнать их в укрытие, но случилось непредвиденное. Машины не смогли преодолеть глубокийкювет и, став наискосок, остановились. Один из фашистов высвободил руки и выстрелил в Лилко. Партизаны открыли огонь по офицерам и «слегка попортили машины»,— как потом докладывал командир группы словаков Юрай Жак.
Тем временем со стороны Симферополя быстро приближалась к месту боя колонна из 15 автомашин с солдатами. По команде Юрая Жака огонь был перенесен на колонну врага. Николай Горной подбил одну машину гранатой. Завязалась перестрелка. А из Зуи на помощь фашистам уже двигалось подкрепление. Бой дальше не мог продолжаться. Юрай Жак подал команду: «Отходить!»
В результате операции были сожжены 2 легковые и две грузовые машины, уничтожено 20 солдат и 6 офицеров. Потери партизан: убит Николай Горновой, тяжело ранен Йозеф Грман.
Несчастливо сложилась судьба Павла Лилко. Его тоже сочли убитым, но оказалось, что он только тяжело ранен. Подобранный на дороге вражескими солдатами, Павел Лилко попал в госпиталь в Симферополе. Над его койкой появилась надпись: «Словак. Ранен в партизанском бою». Эта надпись грозила смертельной опасностью. Помогла русская медицинская сестра. Она убрала «компрометирующую» надпись, а вскоре вместе с ранеными румынами помогла отправить его в Румынию. Затем были Одесса, Краков, Вена, госпиталь (на границе с Францией), опять Вена. «Долечили меня, что называется, до ручки,— вспоминает Павел Лилко.— Раны гниют, кости срастаются плохо. Вес мой снизился до сорока двух килограммов. Это при росте 190 сантиметров... Когда мне стало совсем плохо, я попросил к себе главного врача госпиталя. Рассказал ему, что я словак Павел Лилко. Результат получился совсем неожиданный. Я очутился в Братиславе. Находился под особым наблюдением. После излечения — под судом военного трибунала. Шесть лет тюрьмы за дезертирство». Из заключения его вызволили участники Словацкого национального восстания.
Прошло уже более 40 лет после окончания войны, но Павел Лилко до сих пор ищет ту женщину, русскую медсестру, которая спасла ему жизнь. «...Если на поиск не хватит жизни,— говорит Лилко. его продолжат мои дети — дочь Эва, сыновья Павел и Мариан». Где же ты, советская сестра?..
Мы говорили сейчас о том, что в партизанских отрядах Крыма сражались представители чехословацкого народа. Читатель знает и имена некоторых из них. Но и на территории Чехословакии боролись против фашистских захватчиков советские люди.
Мы подъезжаем к небольшому селению — Пантелеевке. Вернее сказать, оно было некогда самостоятельным селением, а сейчас слилось с Мазанкой и представляет единый населенный пункт. Заинтересовала нас Пантелеевка потому, что в ней жил бывший боец партизанского отряда имени Кирова, действовавшего в Чехословакии, Федор Борзов.
Когда началась Великая Отечественная война, Федору шел пятнадцатый год. Добровольцем ушел на фронт его отец, Федю из-за возраста не взяли, и он остался в семье самым старшим: всех братьев и сестер было семеро.
Когда пришли оккупанты, начались для подростка тяжелые испытания: как обуть, одеть, прокормить семью? Пришлось выполнять любую работу, какая подвернется. «А гитлеровцы лютовали,— рассказывает Федор Борзов.— Везли все, что могли, из Крыма в Германию. 16 марта 1944 года (твердо помню этот черный день) оцепили немцы село и давай шастать по домам, по дворам... Всех мужиков, кого нашли, забрали. Попался и я. Затыкали всех в крытые грузовики и под дулами автоматов отвезли в Симферополь в тюрьму. Две недели продержали в тюремных камерах, а затем погнали в Севастополь, а оттуда, погрузив в вонючие трюмы барж, без пищи и воды, привезли в Румынию». Несколько дней томились советские люди в трюмах, а затем погрузили их в арестантский эшелон и привезли в Венгрию. Из Венгрии эшелон попал в Чехословакию. «И вдруг,— рассказывает далее Федор Борзов,— мы услышали знакомую речь: «Хлопцы! Верить едло, берить, драги приятели»,— и в вагон полетели хлеб, сало, вареная картошка».
Здесь-то и созрела мысль: «Бежать!» И как только поезд тронулся со станции Липяны, узники выломали решетки и по одному выскакивали на ходу из вагона. Собралось семь человек, шесть из них — земляки из Мазанки. Словаки-антифашисты помогли связаться им с партизанами. Федор Борзов сражался в отрядах, где командирами были русские военнопленные, бежавшие из концлагерей. Сперваои попал в отряд «Василия», потом Белова, а в последнее время сражался в отряде имени Кирова в качестве бойца-подрывника, позднее — командира группы подрывников.
В составе этого отряда Федор Борзов воевал около десяти месяцев, участвовал в Словацком национальном восстании, в походе на Банску-Бистрицу. Вместе с группой партизан пустил под откос шесть вражеских эшелонов.
В январе 1945 года Борзов вступил в ряды Красной Армии. Вместе с советскими воинами он освобождал Прешов, Банску-Бистрицу, Братиславу, Прагу.
Федора Борзова и сегодня помнят не только в Крыму, но и в Чехословакии. Имя его вошло в историю борьбы словацкого народа против фашизма, за освобождение от гитлеровского ига.
Когда оккупанты вторглись в Крым, многие жители Мазанки ушли в лес к партизанам. Среди них — председатель сельсовета Е. М. Брохин, председатель колхоза Я. В. Кузьмин, директор школы А. Н. Якимович и другие. Народные мстители успешно действовали на коммуникациях противника, поддерживали связь с жителями села. В Мазанку приходили партизанские разведчики. Но не только разведчики. 21 марта 1944 года партизаны напали на гитлеровцев в самом селе и уничтожили 15 вражеских солдат.
А три недели спустя, 12 апреля, здесь произошел последний бой с фашистами, В этот день их воинское подразделение, численностью до 100 человек, пыталось пробиться в лес и уйти от преследования Красной Армии. Против численно превосходящего врага выступила группа под командованием Г. Е. Гузия. Партизаны одержали блестящую победу. Более 50 гитлеровцев было уничтожено, остальные пленены.
В центре села, на возвышении, установлен обелиск, от которого сбегают вниз лестничные марши. Это память об односельчанах, погибших в годы Великой Отечественной войны.
В одном из радиодонесений на Большую землю командование партизан 1-й бригады сообщало: «...2-й отряд при поддержке группы 6-го отряда напал на... противника, численностью до 250... в районе деревни Толбаш. Отряд противника разбит. Уничтожено 70... солдат. Захвачено 30 винтовок, 2 пулемета, 20 повозок, 39 лошадей...»
Скупые слова радиограммы... А сколько мужества, отваги проявили в этом бою народные мстители!
Неподалеку от Мазанки расположилось село, которое носит теперь название Опушки. Имя это присвоено ему по предложению партизан. Многим из них оно навевает воспоминания о смелом налете на вражеский гарнизон, который стоял здесь, в селе Опушки, тогдашней деревне Толбаш. В успехе операции роль ключевого пункта отводилась опушке леса.
События, о которых идет речь, произошли 8 ноября 1943 года.
Командир отряда Ф. Федоренко установил, что прибывшее сюда воинское подразделение готовится к операции против партизан.
- Опередить,— решил Федоренко и отдал команду: «В ружье!»
Быстро заурчали моторы трофейных машин, партизаны заняли места в кузовах. По пути Федоренко заехал в соседний отряд Георгия Свиридова и вместе с ним разработал план разгрома карателей. Отряд Свиридова должен был перейти балку, занять лесок, который являлся опушкой большого леса, и отвлекать на себя фашистов. Одновременно, в случае удачи, ему надлежало отрезать противнику путь в близлежащее село Соловьевку. Для своего отряда Федоренко взял задачу поопаснее. Не сходя с машин, партизаны должны были въехать на открытую площадку со стороны Симферополя и оттуда, с тыла, нанести главный удар.
Таким образом, отступить к Соловьевке или к Симферополю противник не мог. Оставался единственный путь отхода — к лесу, к опушке. Но именно это и нужно было партизанам.
Нападение было внезапным, ошеломляющим, и фашисты сперва не могли даже понять, откуда стреляют. Беспорядочно отстреливаясь, они начали отступать к лесу. На пути им встретился кустарник, и они залегли, продолжая пальбу. Отважные бойцы Сима Богданов, Степан Рак, Иван Бровко и словак Николай Медо получили приказ выбить оттуда фашистов. Несколько смелых атак, и враг сдался.
Основные силы карателей двинулись к опушке. Тут-то их и ожидал отряд Свиридова. Обстреливаемый с двух сторон, враг в панике рассеялся по лесу, бросая на ходу оружие.
Бой закончился. Партизанам потребовалось на всю операцию не более часа. В этот и последующие дни громили фашистов и другие отряды. Только 7 и 8 ноября, в XXVI годовщину Октябрьской революции, было совершено 25 нападений на противника. Бои шли повсюду, где располагались партизанские соединения. По далеко не полным данным, за два дня было уничтожено и ранено около 400 вражеских солдат и офицеров.
Дорога ведет нас все ближе и ближе к зуйским лесам. В 7—8 километрах от села Опушки мы подъезжаем к своеобразному выступу, в который упирается Бештерекская балка. Здесь, слева от дороги, в небольшом леске находилась в 1943—1944 годах застава 19-го партизанского отряда. А справа — каменистое плато, высота Коль-Баир, с которой открывается величественная панорама окрестных гор, лесов, долин. На юге высится Чатыр-Даг. К востоку от него тянется Демерджийское нагорье, далее хорошо видна вершина горы Тырке, северо-западнее — хребет высоты 1025, а севернее (ее отсюда не видно) гора Яман-Таш. Ближе к нам — скалистые уступы высоты Колан-Баир и совсем рядом с ней, левее,— высота 887, которую венчает памятник на братской могиле партизан — Курган Славы.
Здесь, в этих лесах, в период фашистской оккупации Крыма был! один из важнейших центров партизанского движения. В 1941—1942 годах на этой территории располагались отряды 2-го партизанского района — Зуйский, Биюк-Онларский, Сейтлерский, Красноармейский. В марте 1942 года сюда перешел штаб 2-го партизанского района, которым руководил И. Г. Генов, и Центральный штаб партизанского движения в Крыму во главе с А. В. Мокроусовым и С. В. Мартыновым. С осени 1942 года, после реорганизации партизанского движения, в зуйских лесах базировались отряды 2-го сектора (командир И. Г. Кураков, комиссар Н. Д. Луговой). Летом 1943 года здесь была сформирована первая партизанская бригада (командир Н. Д. Луговой, комиссар М. М. Егоров, начальник штаба Н. К. Котельников), а с осени 1943 года и до освобождения Крыма с этой территории наносили удары по врагу отряды 1-й, 5-й и 6-й бригад, сперва объединенные в ЦОГ (Центральную оперативную группу), а затем в Северное соединение.
С октября 1942 года здесь же дислоцировался областной подпольный партийный центр, областной подпольный обком комсомола. Основная связь с подпольем, руководство им — все это осуществлялось через зуйские леса.
В зуйских лесах находились четыре из пяти партизанских аэродромов, и связь с Большой землей шла также через этот лесной массив. Все 900 двей и ночей оккупационного периода велись в зуйских лесах непрерывные бои с карательными отрядами противника, ставившего перед собой одну неизменную цель — уничтожить партизан. Горы и высоты были землей неприступной для гитлеровцев, каждый свой шаг они оплачивали дорогой ценой, каждый овраг, балочка, дерево, уступ скалы, распадок несли захватчикам смерть. Отсюда, из этих лесов, выходили народные мстители на свои боевые операции, отсюда наносили удары по вражеским гарнизонам и коммуникациям.
Высота Коль-Баир служила партизанам наблюдательным пунктом. Как только появлялся противник, за ним начиналось неусыпное наблюдение, а отряды в это время готовились встретить его метким огнем.
Читатель уже знает, что в этом месте, где заканчивается Беште-рекская балка, располагалась застава 19-го партизанского отряда. Сам отряд дислоцировался километрах в 3,5—4 от нее, на живописной поляне у Шамулинского хребта.
У этого партизанского формирования славная история. Отряд создан 1 ноября 1943 года. Вначале он носил боевой номер, а затем ему было присвоено название «За Советский Крым». Командовал отрядом уже упоминавшийся нами Я. М. Сакович, комиссарами были в разное время А. И. Кущенко (погиб в бою), И. И. Гончаров, В. Ф. Лапкии, А. У. Ибрагимов. Для полноты характеристики — несколько цифр: численность личного состава — 165 человек, в партийной организации состояло 19, в комсомольской — 41 человек. Данные приводим максимальные: количество бойцов в отряде непрерывно возростало. Например, комсомольская организация, поначалу немногочисленная (14 человек), увеличилась со временем втрое.
Отряд провел 22 крупные боевые операции и выдержал 7 боев с карательными экспедициями противника. Его особая заслуга — участие в решающих боях за освобождение Крыма.
С высоты Коль-Баир наш путь к партизанскому аэродрому.
Слово «аэродром» звучит, пожалуй, слишком значительно, если учесть, что представлял он собой сравнительно небольшую ровную-площадку. Да и ровную-то с большой натяжкой...
Как-то много лет спустя после окончания войны в гости к партизанам приехали летчики, совершавшие полеты в лес. Их повели туда, где они приземлялись. Долго шли, разговаривали и кто-то из летчиков спросил: «А где же аэродром?» Бывший командир партизанской бригады Н. Котельников ответил: «А мы уже минут двадцать идем по его полю». Летчики остановились в неудоумении. «Как, на-этом месте?— вырвалось у одного из них.— И вот тут мы совершали посадку, да еще ночью? Если бы мне сказали, чтобы я сел сейчас,, днем, в прекрасную погоду,— ни за что!»
Да, действительно, в годы войны каждый воин совершал невозможное!..
С благодарностью и любовью вспоминают партизаны своих «крылатых друзей», которые с величайшим мужеством прокладывали воздушные трассы в крымские леса. Летали только ночью, взлетали и садились на примитивных, неосвещенных аэродромах. Пробивались сквозь заградительный огонь вражеской зенитной артиллерии... Доставляли в лес пушки и пулеметы, снаряды и патроны, медикаменты и перевязочные материалы. Отвозили на Большую землю информацию о героической борьбе крымских партизан и подпольщиков. А сколько раненых и больных, сколько женщин, детей, стариков обязаны жизнью замечательным советским пилотам!..
За весь период деятельности партизан к ним было совершено 711 вылетов. Воздушным путем доставлено 725 тонн боеприпасов, медикаментов, обмундирования, литературы... Самолетами прибывали спецгруппы, командные кадры, политработники — всего 521 человек. Из партизанского леса вывезено 1311 раненых и больных и более 450 детей, женщин, стариков.
Вот имена некоторых замечательных асов, особенно много сделавших для помощи партизанскому лесу: Герой Советского Союза Ф. Ф. Герасимов, Д. С. Езерский, П. Т. Кашуба, Г. П. Мордовец, Г. А. Таран, летчики Н. А. Агарков, Г. И. Герус, А. С. Даниленков,С. И. Морозов (он первым посадил свой самолет в зуйских лесах), А. Л. Москалина, И. Я. Нижний, Ш. Л. Огегьян, Г. В. Помазков, Д. В. Самарский, Я. М. Фадеев... 65 летчиков удостоены орденов и медалей за полеты в Крым, 82 награждены медалью «ПартизануОтечественной войны».
Помощь Большой земли способствовала дальнейшему усилению партизанских действий.
Там, где был аэродром, установлен в наши дни памятник. Он прост и лаконичен: макет самолета, 'покоящийся на широкой и крепкой ладони руки,— символ всенародной поддержки партизанскогодвижения.
От памятника героям-авиаторам отправляемся на высоту Колан-Баир.
Живописна эта высота с ее крутыми скалистыми обрывами, острыми уступами, низким, но густым лесом и каменистыми грядами, перепоясавшими ее во всех направлениях. На неприступных скалах находились наблюдательные посты, а между каменистыми грядами — партизанские шалаши. Здесь много памятников, за каждым яз которых — героические события, замечательные человеческиесудьбы...
Именно на этой высоте народным мстителям пришлось выдержать длительный ожесточенный бой, пожалуй, один из самых тяжких за все время партизанской борьбы в зуйских лесах.
В декабре 1943 года по приказу ставки Гитлера командование оккупационных войск в Крыму развернуло крупное наступление против партизан зуйских лесов. Карательный корпус, выделенный дляэтой цели, состоял из двух румынских горнострелковых дивизий, четырех немецких пехотных и восьми полицейских батальонов. Этому разношерстному «воинству» были приданы 16 танков, несколько эскадрилий штурмовой и бомбардировочной авиации, 18 минометных и 12 артиллерийских батарей разных калибров. Партизаны имели гораздо меньше сил: карателям противостояли 1-я, 5-я и 6-я бригады, общей численностью 2345 человек, одна батарея 76-мм пушек и одна батарея «катюш».
Бои партизанам пришлось вести в тяжелейших условиях. Во-первых, зуйские леса невелики по площади и маневрировать отрядам было негде. Во-вторых, под защитой партизан находилось около трех тысяч мирных жителей — женщин, детей, стариков. Это обстоятельство еще более осложняло положение.
В течение месяца до начала операции над партизанскими лагерями летали фашистские самолеты. Авиация противника один за другим наносила бомбовые удары, обстреливала лес из пушек и пулеметов, сбрасывала листовки, призывавшие партизан и мирное население сдаваться. Несколько раз предпринималась разведка боем, фашисты прощупывали народных мстителей. И вот наступили дни
генерального прочеса.
На Колан-Баире и высоте 887 оборону держали отряды первой бригады — 2-й, 18-й и 19-й, а на Бурминском хребте — 24-й отряд. Несколько слов о самой бригаде.
Первая партизанская бригада была создана 15 июля 1943 года приказом начальника Крымского штаба партизанского движения. Командиром ее стал Н. Д. Луговой, комиссаром — М. М. Егоров. В состав бригады входило три отряда общей численностью 120 человек. Осенью 1943 года в лес прибыло множество людей из городов и сел Крыма. Бригада значительно пополнилась новыми бойцами. Теперь уже в ней было четыре отряда и общая их численность возросла до 900 человек. Возглавили бригаду Ф. И. Федоренко и Е. П. Степанов.
Под руководством Ф. И. Федоренко бригада провела ряд смелых боевых операций, таких, как разгром фашистских гарнизонов в селах Шумхай (Заречное), Толбаш (Опушки), в Зуе и других населенных пунктах. Отличилась она и в период решающих боев за освобождение Крыма. В те дни бригада (ей было присвоено название «Грозной») взяла под свой контроль дорогу Симферополь — Алушта и Симферополь — Карасубазар (Белогорск) и, завязывая бои с отдельными вражескими частями, нанесла фашистам большой уров в живой силе и технике.
Но вернемся к нашему рассказу о событиях конца декабря
1943 года.
29 декабря с утра враг начал артминометную подготовку. На передний край обороны 2-го отряда, занимавшего позиции на Колан-Баире, а также 18-го и 19-го отрядов, расположенных на высоте 887, обрушился сильный огонь. Массированному обстрелу подверглись 6-я бригада, дислоцированная у подножия горы Тырке, и 5-я, занимавшая позиции на высоте Яман-Таш.
Ожесточенный бой розгорелся на высоте Колан-Баир. Партизан бомбили здесь вражеские самолеты, их обстреливали из пушек, минометов. Четыре с половиной часа длилась эта канонада.
В дневнике боевых действий 1-й бригады рукой ее командира записано так: «Противник (огнем-— Ред.) пяти батарей начал обстреливать расположение обороны отрядов. После артподготовки пехота противника в количестве более тысячи восьмисот человек, при поддержке артминометпого огня, восьми танков и штурмовой авиации, начала наступать на оборону отрядов...»
И еще две выдержки из дневника Ф. И. Федоренко. «Вступил в бой отряд Ваднева. Силы неравны, но партизаны сражаются героически. Враг остановлен и спешит окопаться. Мною дан приказ Вадневу выбить противника с опушки леса...»
«В шестнадцать тридцать упорным сопротивлением 18 и 19 отрядов, огнем артбатареи 76-мм (пушек) и батареи «РС» («катюш») было уничтожено до 150 солдат и офицеров противника... Разбита пушка противника..., сожжены автомашины и повозка с грузом». Но враг продолжал наступать, подбрасывая все новые и новые силы. Из-за Баран-горы, Коль-Каира и Базар-Обы шли восемь танков. Они стреляли прямой наводкой. Вслед за- ними автоматчики. Огонь нарастал. Отважно действовали пулеметчики Михаил Капшук, словак Цирил Зоранчик. Полетели в цепи врага гранаты, открыли огонь автоматчики. Враг не выдержал, отступил.Разгорелся бой и у позиций 18-го отряда. Враг был уже у цели, вот-вот собьет оборону отряда А. Ваднева. Но Ваднев поднял бойцов в атаку. Силы были неравны, и отряду грозила смертельная опасность. В критический момент боя помощь пришла со стороны Колан-Баира: «заговорили» партизанские пушки и «катюши». Враг отступил. В этой атаке были ранены командир 18-го отряда А. Ваднев и комиссар Н. Клемпарский. Несмотря на это, оба оставались на поле боя и продолжали руководить отрядом.
Получив отпор, враг не отказался от своих планов — овладеть позициями партизан. Всю ночь на 30 декабря он вел непрерывный огонь по позициям 2-го и 18-го отрядов из орудий. С рассветом огонь усилился: его вели пять артиллерийских и минометных батарей. В бой вступила авиация противника. Десять танков, звено штурмовиков, звено юнкерсов, один «Фокке-Вульф» и два румынских самолета бомбили и обстреливали позиции партизан. «После сильного огневого налета,— пишет в дневнике командир 1-й бригады Ф. И. Федоренко.— пехота противника перешла в наступление, но огнем артиллерии и стрелкового оружия атака была отбита».
Находясь в непрерывном бою, бойцы несколько дней лежали в «иегу, без горячей пищи, мокрые, лишенные сна и отдыха. Но боевой дух народных мстителей не падал. Каждый понимал, что отступления нет — нужно выстоять любой ценой.
Когда на правом фланге обороны врагу удалось захватить инициативу в свои руки и потеснить партизан 2-го отряда, командир Николай Сорока попросил подкрепление — десять бойцов. Резервов никаких не было. Федор Иванович подозвал к себе бойца-разведчика и сказал:
- Сорока просит у меня десять бойцов, чтобы выбить врага с высоты. У меня их нет. Посылаю тебя одного, и ты должен сражаться за десятерых. Ясно?
- Ясно, товарищ командир,— ответил боец и ушел выполнять
задание, и сражался за десятерых.
Через несколько минут удалось выбить фашистов с высоты.
К середине дня 30 декабря враг предпринял еще одно массированное наступление на Колан-Баир. Четыре танка, стреляя на ходу, вышли вплотную к позиции 2-го отряда. Бойцы во главе со своим командиром Н. Сорокой вступили в неравный бон и вновь вышли победителями. Застрял среди поваленных деревьев и не смог дальше двигаться один танк, задымил другой.
В разгар боя на командный пункт Федоренко прибежал связной и доложил, что со стороны Уч-Алана движется крупное подразделение противника. Это грозило окружением бригады. Федоренко тут же отдал приказ оставить позиции на Колан-Баире и высоте 887. Уничтожив свыше 200 гитлеровцев, партизаны отошли на Бурминский хребет и удерживали его более суток. Только в ночь на 1 января 1944 года бригада оставила позиции на Бурме и перешла на высоту Яман-Таш.
В память о боях с фашистскими захватчиками на Колан-Баире установлены мемориальные обозначения. Первое из них, если смотреть с востока на запад,— в честь Анатолия Смирнова.
Ленинградца Анатолия Смирнова война застала в Крыму, где он служил в пограничных войсках. В октябре 1941 года, прикрывая отход наших войск, он не смог пробиться в Севастополь. Судьба привела его в партизанский отряд № 3, состоявший тоже в основном из военнослужащих. Невысокого роста, худощавый, всегда сч добродушной улыбкой, Смирнов менее всего походил на народного мстителя. И не случайно, когда группа пограничников пришла в отряд, внимание командира привлек прежде всего он.
— Из пограничников, говоришь?
— Так точно, товарищ командир,— громко ответил Анатолий Смирнов.
— Специальность? —• Пулеметчик.
— Отлично. Пулеметчики нам нужны. Только хорошо воевать требуется.
~ Буду воевать по-комсомольски.
— Поживем, увидим,— усмехнулся командир.
Так Анатолий Смирнов вошел в семью партизан. С первых же дней стало ясно, что слова его не расходятся с делом. Он неоднократно участвовал в боях с карателями, ходил в засады на шоссейные дороги, вместе с отрядом громил фашистские гарнизоны, вел разведку и пускал под откос эшелоны врага.
Последний в его жизни бой... Анатолий Смирнов уже был начальником штаба отряда, коммунистом. 29 декабря 1943 года отряду пришлось отражать яростную атаку карателей. И здесь Анатолий не скрылся за спины бойцов, а пошел в контратаку первым, увлекая своих товарищей. Вражеская пуля оборвала его жизнь.Памятник сооружен по инициативе крымских комсомольцев. Отважный коммунист-партизан навсегда остался их ровесником... Далее мы направляемся к мемориальному обозначению в честь словаков. Здесь в декабре 1943 года они насмерть стояли в бою с фашистской карательной экспедицией.
Как оказались словаки в партизанских отрядах Крыма? Правители третьего рейха стремились использовать их, как и представителей других порабощенных народов, в качестве пушечного мяса и полицейской дубинки. Путем обмана, подкупа, насильственной мобилизации фашистам удалось сколотить несколько воинских формирований. На территорию СССР были посланы две словацкие дивизии: одна предназначалась для действий против Красной Армии, другая — для борьбы с партизанами в Белоруссии и на Украине. Однако эти дивизии не оправдали надежд гитлеровского командования. Народы Чехословакии не хотели воевать против народов Советского Союза. Многие словаки, насильственно мобилизованные в фашистскую армию, при первой же возможности дезертировали и, вступив в партизанские отряды, сражались плечом к плечу с советскими людьми против общего врага. Большинство из них вступили затем в чехословацкий корпус, которым командовал генерал армии Людвик Свобода, впоследствии дважды Герой Социалистической Чехословакии, Герой Советского Союза, Президент ЧССР.
В партизанских отрядах Крыма в разное время сражалось 44 словака, перешедших из дивизии «Рыхла» («Быстрая»). Первая группа во главе с обер-ефрейтором Виктором Хренко прибыла в лес 12 июня 1943 года. Здесь ее приняли в партизаны. В торжественной обстановке, перед строем всего отряда, словацкие товарищи клялись: «Как верный сын и воин своего народа, я клянусь, что ни при каких трудностях и обстоятельствах я не сложу своего оружия, буду стойко и мужественно, умело, с достоинством и честью, защитить мою Родину и Союз Советских Социалистических Республик, храбро бороться с врагами, жестоко мстить им за все их чудовищные злодеяния, причиненные моему народу, и беспощадно истреблять ненавистных немецких оккупантов, не щадя своей крови и самой жизни для достижения полной победы пад врагом...»
Вслед за этой группой пришли еще несколько. Ни жестокий надзор за солдатами, ни репрессии не могли остановить дезертирства. Части дивизии были выведены из Крыма. Но солдаты продолжали приходить. Последней группе пришлось добираться из-под Херсона.
Осенью 1943 года во втором партизанском отряде была сформирована боевая группа под командованием Юрая Жака (впоследствии Юрая Жака, тяжело раненного в бою, сменил Йозеф Белко). В составе отряда словаки ходили в разведку, участвовали в диверсионных операциях, в рейдах на вражеские гарнизоны. И всюду проявили себя как отважные бойцы, верные слову клятвы.
Почти каждый год приезжают в Крым чехословацкие друзья. И, конечно, их тянет в лес, на места былых сражений... Традиционный костер, воспоминания о былом, о пережитом: «А помнишь?»... Да, партизаны Крыма помнят все! Они не забыли, как в первом же бою, после прихода в лес словаков, был тяжело ранен Йозеф Грмаи и не вернулся с поля боя Павел Лилко. Партизаны помнят неутомимого в ратных делах Рудольфа Томчика. Это он уничтожил пулеметное гнездо врага у деревни Эски-Сарай (Монетное) и тем самым обеспечил успех операции. А как забыть командира группы Юрая Жака! Партизанам казалось, что у него нет чувства страха. В бою с фашистским гарнизоном в деревне Шумхай (Заречное) он получил тяжелое раненые. А потом четыре долгих дня борьба за его жизнь в партизанском лесу. Была нелетная погода, и все же удалось отправить Юрая Жака на Большую землю. Госпиталь в Краснодаре... Советские врачи сделали, кажется, невозможное, ночами просиживала у его кровати русская девушка Нина. Потом пришла любовь, Юрай и Нина поженились. А теперь уже сами дедушка и бабушка. Они воспитали хороших, достойных детей — Лёню и Аллочку.
Крымские партизаны помнят, как словак Дионис Слобода под огнем вражеского пулемета подполз к зданию штаба фашистского гарнизона и забросал его гранатами, как любимец всех партизан Александр Пухер ворвался в окоп противника и одолел в рукопашной схватке трех гитлеровских солдат, а потом подорвал гранатой штабную автомашину. Неустрашимый Тони Ланчарич совершил настоящий подвиг: презирая смерть, он бросился в расположение вражеского гарнизона и сражался один против десятерых.
Командование партизан высоко оценило героизм словаков. 2 декабря 1943 года начальник Крымского штаба партизанского движения В. С. Булатов за смелые боевые действия и отвагу объявил группе словаков благодарность. В ответном письме они клялись: «Мы заверяем, что будем сражаться до полного изгнания и уничтожения врага, за освобождение народов России и Чехословакии от гитлеризма...»
От памятника словакам переходим к партизанскому окопу, откуда вели огонь из пулемета Цирил Зоранчик и Венделин Новак во время боя 29 и 30 декабря 1943 года. Метрах в двадцати от позиций словаков можно осмотреть партизанский командный пункт— отсюда руководил боем командир бригады Ф. И. Федоренко.
Следующий объект осмотра несколько необычен: это макет гвардейских минометов «катюша», памятник партизанам-минометчикам. Рядом — могила бойцов батареи, погибших в боях с фашистами. На плите высечены их имена: командир П. П. Авдюков, комиссар П. Г. Аслонян, бойцы П. А. Пригода, В. М. Талецкий и М. Энсиутов . Гвардейские минометы вместе с обслугой, состоявшей из 28 человек, прислало в лес командование Северо-Кавказского фронта. Доставили их сюда самолетами 14 и 15 ноября 1943 года. А в декабре, когда против партизан была предпринята карательная экспедиция, они сыграли неоценимую роль в отражении вражеских атак.
Еще примерно сто метров пути, и перед нами памятный знак 2-му комсомольско-молодежному отряду «Смерть фашистам».
Замечательна биография этого прославленного партизанского формирования. Свой боевой путь он начал осенью 1942 года, когда п составе 2-го партизанского сектора был сформирован отряд № 4. Первым его командиром стал Федор Федоренко, 22-летний лейтенант Красной Армии, уже не раз отличившийся в боях с фашистами. Под стать ему были и другие бойцы, пришедшие в лес еще в 1941 году: Николай Сорока, Федор Мазурец, Николай Шаров, Алексей Ваднев, Степан Рак...
В ноябре 1943 года, когда Ф. И. Федорегшо назначили командиром первой партизанской бригады, отряд возглавил его друг и соратник Н. А. Сорока. У партизан отряда была прекрасная боевая репутация, особенно у его подрывников. «Подрывники у нас были золото,— говорил впоследствии Николай Сорока.— Берегли мы их, когда туго было. Ну, а они нас никогда не подводили. До войны большинство из ребят едва успели в жизнь вступить. .Лишь, у некоторых за плечами была армия. По закалка крепкая была. Что несет нам фашизм, мы хорошо понимали. Видели и сожженные села, и мертвых детей...»
Слава отряда уже гремела по всему партизанскому лесу. И бойцы его, набираясь опыта, сами со временем становились командирами, начальниками штабов, комиссарами. С ноября 1943 года командовали отрядами Яков Сакович, Алексей Ваднев, Иван Сырьев, Октябрь Козин, Федор Мазурец и другие. Несмотря на молодость бойцов и командиров, отряд «Смерть фашистам» продолжал оставаться одним из лучших в составе Северного соединения. В его рядах сражалась и группа словаков-антифашистов.
Наравне с мужчинами воевали в отряде девушки: Люба Ведута, Надя Комарова, Лена Ена, Шура Рыбовалова, Вера Ибраимова... Лет им тогда было по 17—18.
8 марта 1944 года пошли две диверсионные группы девушек на задание. Вернулись веселые, смеются: «Приказ выполнен, товарищ командир!» Так отметили они в том памятном году свой праздник.
Отряд совершил много смелых боевых операций, среди которых одна из самых блестящих — разгром вражеского гарнизона в Зуе. В этом партизанском рейде, совершенном в начале декабря 1943 года, он принял самое активное участие. Мы уже говорили, как сражался отряд на Колан-Баире. После вынужденного отхода с этой высоты решено было дать бой врагу на Бурминском хребте.
В ожидании вражеской атаки бойцы, народные мстители укрылись за стволами могучих буков, валунами, снежными сугробами. Небольшую группу бойцов во главе с командиром разведки П. М. Рындиным Федоренко послал в обход, чтобы ударить с тыла. Группа буквально наткнулась на противника, уже развернут и нацелен вражеский пулемет. И тут словак Венделин Новак бросился на пулеметное гнездо. Венделин упал замертво, приняв огонь на себя, но пулеметчика удалось обезвредить. Еще один пулемет подавили гвардии старший лейтенант Петр Авдюков и гвардии политрук Павел Аслонян (командование батареи «РС»). Перехватив инициативу, партизаны с криками «Ура!» атаковали фашистов и смяли их оборону. Враг был отброшен на 2—2,5 километра. На поле боя остались лежать 44 гитлеровских солдата и офицера.
Трофеи превзошли все ожидания партизан: ценные штабные документы, 36 лошадей, навьюченных боеприпасами, три миномета, один пулемет, рация... Однако враг не успокоился. Еще около 30 часов пришлось вести партизанам неравный бой. В ночь на 1 января 1944 года по приказу Центральной оперативной группы они оставили оборону на Бурминском хребте и перешли на высоту Яман-Таш.
Смело и энергично действовал отряд «Смерть фашистам» во время решающих боев за Крым. Перерезав пути отхода противнику в районе Зуя — Верхние Фундуклы (ныне Верхние Орешники), в течение 12 и 13 апреля 1944 года отражали попытки врага прорваться на Алушту. В ночь на 13 апреля отряд соединился с передовыми танковыми подразделениями Красной Армии и совместно е ними разгромил окруженных фашистов.
За заслуги в боях ЦК ВЛКСМ наградил отряд Красным знаменем. В марте 1944 года на лесной поляне выстроились бойцы. Припав на колено, командир отряда Николай Сорока принял алый боевой стяг...
Давно отгремели залпы Великой Отечественной... Но жив подвиг отряда. В День Победы ветераны встречаются у скромных обелисков — памятников партизанскому мужеству. Вспоминают погибших в боях и тех, кто остался в строю.
Все меньше становится «строевых». До 1984 года продолжал службу в рядах Советской Армии генерал-майор Ф. И. Федоренко. В сельском хозяйстве работал командир отряда Н. А. Сорока, теперь симферополец, персональный пенсионер. Все тепло своего сердца отдает детям бывший комиссар В. М. Буряк, директор школы в городе Калуше Ивано-Франковской области, удостоенный за свой нелегкий труд орденов Советского Союза, в том числе ордена Ленина. Долгое время на автомобильном транспорте работал бывший начальник штаба отряда Н. М. Плетнев. Многочисленные туристы, посещающие Ялту, и не подозревают, что миловидная женщина, ведущая экскурсии по городу и его окрестностям, в прошлом отважная партизанка Надя Комарова (теперь Колпакова). Ее муж Николай Колпаков, бывший начальник разведки отряда, продолжает трудиться на одном из автопредприятий Ялты.
Все меньше «строевых»... Но и уйдя на заслуженный отдых, ветераны пополняют армию лекторов и пропагандистов, воспитывающих нашу молодежь в духе славных традиций прошлого.
От памятного знака 2-му партизанскому отряду держим путь к «Дереву скорби». На том месте зверски казнен фашистами партизан Сейдали Куртсеитов.
Любимец отряда Сейдали, или, как его называли друзья, Сеня, находился в лесу с первого дня партизанской войны. Когда формировался Зуйский партизанский отряд, комсомолец Куртсеитов не прошел по возрасту — ему не было от роду и 17 лет. Неудача лишь заставила его действовать энергичнее. В последние дни октября 1941 года с вещевым мешком за плечами и запасной парой постолов, переброшенных через плечо, он явился в райком комсомола. Сейдали уже не просил, а требовал зачислить его в отряд.
- А откуда тебе известно, что у нас создается отряд? — спросил его секретарь райкома.
— Везде создаются, а в нашем районе нет? Так я тебе и поверил. Зачисляй, секретарь. Я «из мелкокалиберной выбиваю 49 из 50,— не преминул похвастаться Сейдали.
Секретарь медлил с ответом.
- В деревню не пойду,— твердо заявил юноша.— Я вот сяду здесь, в райкоме, и буду ждать. Куда ты, туда и я.
Настойчивость победила. Пришлось представить комсомольца командиру отряда А. А. Литвиненко. Двое суток Сейдали ночевал в райкоме комсомола, пока не отправили его в лес, где уже находилась часть бойцов будущего отряда. Так он стал партизаном в неполные 17 лет.
Сколько трудных партизанских дорог прошел этот паренея, воспитанник зуйского комсомола: Сейдали был разведчиком, проводником, пускал под откос эшелоны противника, участвовал в боях с карателями. Не раз шел ои в атаку под фашистские пули, не раз судьба сводила его лицом к лицу со смертью... Сейдали Куртсеитов вырос от бойца до командира группы, стал коммунистом. Он трижды был ранен. В четвертый и последний раз смертельно.
Произошло это 29 января 1944 года.
Когда фашисты захватили Сейдали, уже почти мертвого, он» жестоко надругались над ним. Палачи пригнули ветви и повесил партизана между двумя деревьями, а потом, отпустив их, разорвали его на части...
И стар и млад приходят сюда, чтобы почтить память верного сына Родины, постоять в скорбном молчании.
На могиле героя всегда живые цветы.
Недалеко от «Дерева скорби» — позиции артиллеристов. До сих пор сохранились гнезда, где стояли пушки. Рядом располагались шалаши. Партизанская артиллерия неоднократно участвовала в нападении на гарнизоны врага, а в декабре 1943 — январе 1944 года, во время большого прочеса, она помогла народным мстителям отбить атаки фашистов.
Как-то на одном из совещаний командного состава отрядов и бригад речь зашла об изменившемся характере боев. Совещание проходило под председательством П. Р. Ямпольского, в ту пору командира Центральной оперативной группы.
В книге «Партизанскими тропами», изданной в Симферополе в 1961 году, Е. П. Степанов вспоминает:
— Против нас,— говорил П. Р. Ямпольский,— выделены более крупные воинские части с полным техническим оснащением. Над получше подготовить бронебойщиков...
- Пушечек бы нам, Петр Романович,— сказал Федоренко.
- Правильно,— поддержали другие командиры.
Решили запросить у командования фронтом. Через нескольн» дна! самолетами в лес была доставлена батарея 76-мм пушек.симферополец, персональный пенсионер. Все тепло своего сердца отдает детям бывший комиссар В. М. Буряк, директор школы в городе Калуше Ивано-Франковской области, удостоенный за свой нелегкий труд орденов Советского Союза, в том числе ордена Ленина. Долгое время на автомобильном транспорте работал бывший начальник штаба отряда Н. М. Плетнев. Многочисленные туристы, посещающие Ялту, и не подозревают, что миловидная женщина, ведущая экскурсии по городу и его окрестностям, в прошлом отважная партизанка Надя Комарова (теперь Колпакова). Ее муж Николай Колпаков, бывший начальник разведки отряда, продолжает трудиться на одном из автопредприятий Ялты.
Все меньше «строевых»... Но и уйдя на заслуженный отдых, ветераны пополняют армию лекторов и пропагандистов, воспитывающих нашу молодежь в духе славных традиций прошлого.
От памятного знака 2-му партизанскому отряду держим путь к «Дереву скорби». На том месте зверски казнен фашистами партизан Сейдали Куртсеитов.
Любимец отряда Сейдали, или, как его называли друзья, Сеня, находился в лесу с первого дня партизанской войны. Когда формировался Зуйский партизанский отряд, комсомолец Куртсеитов не прошел по возрасту — ему не было от роду и 17 лет. Неудача лишь заставила его действовать энергичнее. В последние дни октября 1941 года с вещевым мешком за плечами и запасной парой постолов, переброшенных через плечо, он явился в райком комсомола. Сейдали уже не просил, а требовал зачислить его в отряд.
- А откуда тебе известно, что у нас создается отряд? — спросил его секретарь райкома.
— Везде создаются, а в нашем районе нет? Так я тебе и поверил. Зачисляй, секретарь. Я «из мелкокалиберной выбиваю 49 из 50,— не преминул похвастаться Сейдали.
Секретарь медлил с ответом.
- В деревню не пойду,— твердо заявил юноша.— Я вот сяду здесь, в райкоме, и буду ждать. Куда ты, туда и я.
Настойчивость победила. Пришлось представить комсомольца командиру отряда А. А. Литвиненко. Двое суток Сейдали ночевал в райкоме комсомола, пока не отправили его в лес, где уже находилась часть бойцов будущего отряда. Так он стал партизаном в неполные 17 лет.
Сколько трудных партизанских дорог прошел этот паренея, воспитанник зуйского комсомола: Сейдали был разведчиком, проводником, пускал под откос эшелоны противника, участвовал в боях с карателями. Не раз шел ои в атаку под фашистские пули, не раз судьба сводила его лицом к лицу со смертью... Сейдали Куртсеитов вырос от бойца до командира группы, стал коммунистом. Он трижды был ранен. В четвертый и последний раз смертельно.
Произошло это 29 января 1944 года.
Когда фашисты захватили Сейдали, уже почти мертвого, он» жестоко надругались над ним. Палачи пригнули ветви и повесил партизана между двумя деревьями, а потом, отпустив их, разорвали его на части...
И стар и млад приходят сюда, чтобы почтить память верного сына Родины, постоять в скорбном молчании.
На могиле героя всегда живые цветы.
Недалеко от «Дерева скорби» — позиции артиллеристов. До сих пор сохранились гнезда, где стояли пушки. Рядом располагались шалаши. Партизанская артиллерия неоднократно участвовала в нападении на гарнизоны врага, а в декабре 1943 — январе 1944 года, во время большого прочеса, она помогла народным мстителям отбить атаки фашистов.
Как-то на одном из совещаний командного состава отрядов и бригад речь зашла об изменившемся характере боев. Совещание проходило под председательством П. Р. Ямпольского, в ту пору командира Центральной оперативной группы.
В книге «Партизанскими тропами», изданной в Симферополе в 1961 году, Е. П. Степанов вспоминает:
— Против нас,— говорил П. Р. Ямпольский,— выделены более крупные воинские части с полным техническим оснащением. Над получше подготовить бронебойщиков...
- Пушечек бы нам, Петр Романович,— сказал Федоренко.
- Правильно,— поддержали другие командиры.
Решили запросить у командования фронтом. Через нескольн» дна! самолетами в лес была доставлена батарея 76-мм пушек. Артиллерийский расчет состоял из отважных ребят, готовых в любой момент выступить против врага. Командиром батареи был офицер Красной Армии, присланный с Большой земли командованием Северо-Кавказского фронта, Прокопий Лукомец. Отличный артиллерист, хорошо знавший свое дело, и храбрый воин.
Комиссаром батареи был назначен Акакии Творадзе, в прошлом артиллерист, пришедший к партизанам после Керченско- Феодосийского десанта. Командиром огневого расчета стал Николай Парфенов, тоже из военных, пришедший в лес в ноябре 1941 года. Помогали артиллеристам еще несколько партизан, боевых, инициативных бойцов —И. В. Мартовой, В. С. Дмитриев, Л. М. Виноградов и другие.
Пушки и «катюши» сослужили партизанам добрую службу, однако в дальнейшем использовать их не удалось.
Закончив осмотр позиций артиллеристов, можно по лесной дороге спуститься вниз и ознакомиться с другими памятниками того же периода народной войны.
Успешные наступательные действия Красной Армии летом и осенью 1943 года способствовали подъему партизанского движения на всей оккупированной территории, в том числе и в Крыму. Отряды пополнялись за счет местного населения. В леса предгорий и горного Крыма уходили люди целыми селами, шли они и из городов. У многих было с собой оружие — пистолеты, винтовки, гранаты. Так, в зуйские леса ушло население сел Шумхай, Ангара, Джафар-Берды, Ново-Ивановка, Соловьевка, Фридеиталь, Нейзац, Розенталь и других.
Благодаря активизации подпольщиков усилилось разложение оккупационных войск. В лес дезертировали словаки, румыны, поляки, представители других народов, насильно мобилизованных в -фашистскую армию. Приходили военнопленные, бежавшие с помощью подпольщиков из концлагерей, солдаты из полицейских формирований и РОА. Только из Симферополя прибыло в лес более 300 человек
Для того чтобы справиться с потоком новых людей, недалеко от высоты 887, в домике лесника (так называемая 3-я казарма), был создан пункт формирования, или «партизанский военкома т». Им заведовал отважный партизан Григорий Гузий, помогала ему Женя Островская. Через военкомат за короткий срок прошло более трех тысяч человек, а всего осенью 1943 года вступило в ряды партизан свыше 5600. Из них формировались новые отряды и даже бригады. В зуйских лесах были созданы 5-я (командир Ф. С. Соловей, комиссар М. М. Егоров), 6-я бригады (командир Г. Ф. Свиридов, комиссар И. Я. Бабичев), значительно пополнилась 1-я партизанская бригада.
Военный совет Северо-Кавказского фронта оказал большую помощь партизанам командными кадрами, обком партии помог партийными и комсомольскими работниками. В лес прибыли политработники И. И. Висторовский, П. Ф. Капралов, П. П. Кузнецов, В. Т. Лопачук, М. Д. Сохань, Ю. И. Сытников, комсомольские работники Александра Андреева, Иван Гончаров, Мария Должикова, Василий Красников, Евдокия Хохликова, Иван Якусар. Несколько позже в лес прилетели секретарь обкома комсомола Николай Овдиенко и инструктор ЦК ВЛКСМ И. В. Захаров.
Была также оказана помощь вооружением и боеприпасами. Самолеты доставили партизанам тысячи винтовок, автоматов, гранат, патронов, мин. В этот период каждый день жизни народных мстителей был отмечен успешными диверсиями, нападениями на врага...
У края той же живописной поляны, где сохранились еще развалины «военкоматской» постройки, стоит памятник группе разведчиков и диверсантов.
Группа была сформирована из молодых ребят, крепких и выносливых, уже прошедших суровую школу войны. В нее входили 9 человек: Иван Анненко, Петр Бондаренко, Александр Вуколов, Анатолий Добровольский, Иван Мотузко, Владимир Пропастин, Леонид Щукин, радистка Шура Добровольская. Возглавлял группу Ф. Т. Ильюхин, известный также под прозвищем «Верного».
6 сентября 1943 года Ф. Ильюхин и его товарищи высадились с парашютами в Зуйском районе, близ деревни Бешарань-Отары. Здесь и началась их трудная боевая и разведывательная работа, каждый день и час которой грозил опасностью, подстерегавшей их на каждом шагу. А трудности были действительно огромные: почти открытая безлесная равнина, постоянный риск наткнуться на оккупантов —контрразведку, нолевую жандармерию, фашистских патрулей... 220 трудных дней бойцы провели в глубоком вражеском тылу, по сути — на острие ножа.
Группа вскоре обросла активом из местного населения. Для выполнения боевых заданий нужна была автомашина. Работать согласился водитель «полуторки» из Зуи В. М. Рыбовалов, деятельно помогали Н. М. Кравцов, М. А. Бричевский, Серафима и Алексей Кляцкие.
В январе 1944 года кончилось питание для рации. На месте достать его не удалось. Тогда группа в полном составе пришла в партизанский лес, расположившись на той поляне, где мы с вами стоим. Получив с Большой земли питание, разведчики возобновили передачу радиограмм командованию Красной Армии.
В жестоких схватках с врагом смертью храбрых пали Серафима и Алексей Кляцкие. Погибли бойцы Леонид Щукин и Анатолий Добровольский.
За 220 дней борьбы партизаны взорвали 13 вражеских эшелонов. Советскому командованию было передано около 300 боевых донесений с ценными данными о противнике.
Метрах в 150 от мемориального обозначения в честь группы «Верного» находится партизанская криничка. Теперь она утратила свой первоначальный вид: вода поступает в трубу, над которой сооружен памятный знак: голова партизана с красной лентой на шапке. Благоустроена криничка руками комсомольцев одного из симферопольских заводов в 1975 году.
От кринички поднимемся наверх и пройдем к памятному знаку в честь 18-го партизанского отряда. На этом месте со дня организации отряда располагался его штаб, боевые группы, группа разведчиков. Отсюда партизаны уходили на боевые операции, здесь они скрещивали оружие с карателями, пытавшимися их уничтожить.
18-й партизанский отряд был создан 1 ноября 1943 года и вскоре заметно пополнился за счет вновь пришедших патриотов, Числен-ность отряда в момент формирования составляла 175 человек. Возглавил его бывший пограничник, участник боев под Одессой лейтенант А. С. Ваднев, воевавший в рядах партизан с ноября 1941 года.
Комиссаром отряда стал Н. А. Клемпарский, крьмчанин, уроженец деревни Бешарань-Отары, до войны работавший в финансовых органах. По заданию райкома партии Николай Антонович был оставлен в подполье. Выполнив задание, он пришел в марте 1942 года сперва в Джанкойский отряд, а затем был переведен в Зуйский. Прекрасно зная здешние места, людей района, Клемпарский связал отряд со многими патриотами, жившими в окрестных селах. Как уполномоченный обкома партии по подполью он создал 5 патриотических организаций и групп, участники которых перешли позднее в лес и стали в основном бойцами 18-го партизанского отряда.
Николай Клемпарский был несколько старше своего командира, имел к тому времени немалый жизненный и боевой опыт, с первого и до последнего дня участвовал в войне с белофиннами. Если командира отряда отличали стремительность действий, порой некоторая поспешность в суждениях, то комиссар всегда оставался спокоен, рассудителен. Эти два человека очень хорошо дополняли друг друга. Они смогли создать крепкий, боеспособный отряд, славившийся сноей инициативностью и ратным мастерством.
Многое сделали для этого такие замечательные организаторы и отважные партизаны, как И. М. Медведев (начальник штаба, в прошлом руководитель одной из подпольных групп), И. Е. Щербина (секретарь партийной организации), Наташа Гришанкова (помощниц комиссара отряда по комсомолу). Особо надо сказать о командире разведгруппы — Григории Максимовиче Авраменко. Работа рзведчиков была исключительно сложна и опасна. Но в отряде не было случаев, чтобы они допустили просчет и дали неточные сведения о противнике. Г. М. Авраменко погиб смертью героя в боях фашистской карательной экспедицией в январе 1944 года.
Боевыми группами командовали моряк Николай Семашко, воспитанник партизанского леса Сейдали Куртсеитов и другие.
II марте 1944 года пришло пополнение — симферопольские комсомольцы- подпольщики, которым нельзя было оставаться в городе ввиду угрозы ареста. Бойцами отряда стали почти все участники «особой диверсионной группы Василия Бабия.
За любую, подчас самую трудную работу брались девушки, в прошлом тоже подпольщицы,— Вера Кудряшова, Нина Удалая, Люба Игнатова, Мария Дембицкая, Вера Тишиова. Таисия Стенина. Они несли караульную службу, ходили в разведку, наравне со всеми отражали атаки врага в период боев с карателями, выносили раненых с поля боя, ухаживали за ними в импровизированных «партизанских госпиталях».
Когда был тяжело ранен командир отряда А. Ваднев, жизнь ему спасла Вера Кудряшова. Двенадцать дней и ночей, рискуя жизнью, она и Иван Ефимович Щербина прятали в заснеженном лесу командира и ухаживали за ним.
А. С. Ваднев был отправлен самолетом в госпиталь на Большую землю. Командиром отряда с 15 января 1944 года стал И. Е. Сырьев, партизан с ноября 1941 года. Боец, командир диверсионной группы, вместе со своими боевыми друзьями он пустил под откос 7 вражеских эшелонов.
Весь отряд в целом за время боевой деятельности провел 18 крупных операций, 11 раз успешно противостоял карательным экспедициям противника. По далеко не полным подсчетам, в результате этих боев фашисты потеряли 935 солдат и офицеров.
Занимая высоту 887, отряд находился на перекрестке путей, как бы в самом сердце Северного соединения. Через него шла связь с партизанами, которые базировались на высоте Яман-Таш и в тыркинских лесах. Его не могли миновать те, кто шел на аэродром встречать самолеты с Большой земли, и те, кто возвращался с задания из Симферополя и других мест Крыма.
В 18-м отряде работала школа для детей. Учителя — в одиночку или небольшими группами — вели занятия по программе советской школы. Занятия проходили в обстановке, которую трудно даже представить педагогам и школьникам наших дней, не знающим, что такое война. Не было учебников, бумаги, карандашей, а«классы»-шалаши бомбили и обстреливали вражеские самолеты. Но когда кончался налет, ребята опять собирались в «класс», чтобы продолжить урок. Для многих из них это был главный в жизни урок мужества.Самоотверженно работали в лесной школе учителя М. Сухов, М. Жихарева, 3. Пушкарева и другие.
Жили партизаны в шалашах. В начале партизанской борьбы копали добротные землянки, в них делали нары в два этажа, клали кирпичные или устанавливали железные печи. Тщательно из деревьев накатывали потолки, а сверху засыпали листвой и землей. В таких землянках было тепло и уютно.
В дальнейшем это оказалось нецелесообразным. Во время карательных прочесов, когда партизанам приходилось покидать лагеря, фашисты взрывали жилища или минировали их. «Воевали» они не только с землянками, но со всем решительно, что в них оставалось: жгли вещи, «методично» простреливали посуду, чтобы партизанам не в чем было готовить пищу.
Начиная с зимы 1942—1943 года партизаны жили преимущественно в шалашах. Для сооружения жилища собирали длинные средней толщины бревна, ставили их конусообразно, укрепляли наверху, а внизу немного углубляли и засыпали сантиметров на десять землей. На две трети бревна закрывали опавшей листвой и землей, а на одну треть оставляли открытыми для выхода дыма от костра. Посредине шалаша делалось небольшое углубление и разводился костер. На дверь навешивали плащ-палатку или какую-нибудь грубую ткань, а вокруг костра сооружали нары.
Такие шалаши делались быстро, без особого труда. Их легко можно было восстановить после вражеского прочеса.
На высоте 887 расположен приметный и оригинальный памятник -Курган Славы. Он как бы подытоживает все, что мы видели на местах боев. Здесь братская могила, где покоится прах патриотов, погибших в боях на этих высотах.
Сооружение Кургана Славы началось в 1963 году, когда были перезахоронены на месте нынешнего мемориала останки четырех неизвестных бойцов. Так вырос первый небольшой холмик на могиле погибших воинов. Затем сюда перенесли останки народных мстителей, похороненных на высотах Колан-Баир и Бурме, в урочищах Уч-Алан, Шамулы, Ой-Яула и других.
27 ангуста 1967 года состоялось торжественное открытие партизанского мемориала. А затем каждый, кто приходил на высоту 887 поклониться праху друзей, приносил землю. Так вырос величественный холм. У подножия Кургана в День Победы проводятся митинги, на которые съезжаются бывшие партизаны со всех концов Советского Союза — из Москвы и Ленинграда, Киева и Минска, Магнитогорска и Магадана, из всех городов Крыма, чтобы встретиться с боевыми друзьями, вспомнить о былых сражениях...
У Кургана Славы комсомольцы проводят свои слеты, а пионеры игру «Зарница». К нему ведут туристские тропы. На этой священной земле солдаты Советской Армии принимают присягу, дают клятву на верность Родине.
К юго-востоку от Кургана Славы и высоты Колан-Баир, километрах в трех-четырех, начинается массив так называемых тыркинских лесов — по названию горы Тырке. В этих лесах все два с половиной года оккупации Крыма не утихали бои советских патриотов с фашистскими захватчиками.
Туда мы и направимся. Побываем на Зуйской заставе, на высоте «Дедов курень», где дислоцировались 17-й партизанский отряд и штаб 6-й партизанской бригады, посетим легендарную высоту 1025.
Первой у нас на пути — Зуйская застава. Не раз народные мстители встречали врага именно здесь, на форпостах партизанского леса, вступали в бой, одерживали победу.
В июле 1942 года после прочеса заповедных лесов две фашистские дивизии и вспомогательные части — всего до 22 тысяч солдат и офицеров — двинулись к зуйским лесам. На вооружении у противника были пушки, мощные шестиствольные минометы. В течение двух дней они обстреливали позиции партизан, окружив их плотным кольцом.
Партизан в этом районе было немного, всего около 500 человек, не считая больных и раненых. Маневрировать при таком плотном окружении было невозможно, и партизанам пришлось принять позиционный бой. На рассвете 24 июля после часовой артподготовки гитлеровцы развернутыми цепями пошли на штурм партизанских позиций.
Дружным огнем встретила карателей Зуйская застава, которой командовал комсомолец Павел Володин. Затем подоспела группа партизан во главе с П. А. Колесником.
В течение всего дня 24 июля горстка храбрецов сдерживала натиск карателей. Враг обрушивал на них шквальный огонь из всех видов оружия — минометов, пулеметов, автоматов. Застава молчала. Но стоило фашистам подняться в атаку, как тут же оживали партизанские позиции. Со снайперской точностью стреляли пулеметчики Яша Сакович и Михаил Белодед, не умолкали автоматы бесстрашных бойцов Виталия Полякова, Михаила Соловьева, Сейдали Куртсеитова, Ивана Князева, Анатолия Шишкина. Народные мстители дрались с большим упорством. Каждый метр партизанской земли давался гитлеровцам ценою огромных потерь.
К утру 25 июля противник подбросил подкрепление и штурм возобновился. В этот день геройский подвиг совершил политрук заставы Никита Бороненко. Когда враг стал теснить партизан, Бороненко поднялся во весь рост и с криком: «За Родину! Вперед, за мной!» бросился навстречу врагу. Вся застава мгновенно последовала примеру политрука. Наступление фашистов было остановлено. В этой атаке Бороненко был смертельно ранен.
Во время одной из яростных атак врага был убит пулеметчик. Бойца заменила комсомолка Клава Юрьева. Пулемет застрочил снопа. Вражеская атака и на этот раз захлебнулась.
Однако слишком уж были неравны силы. Все туже и туже затягивалось кольцо окружения. Гитлеровцы уже предвкушали победу. Единственный выход — контратака, прорыв вражеского кольца. И тут раздался голос Клавы Юрьевой, единственной девушки на заставе. - Товарищи! В атаку! За Родину!
Мощное «Ура!», смелый натиск, огонь из автоматов — все это ошеломило врага. Гитлеровцы не выдержали, их цепь разомкнулась, || партизаны вырвались из окружения.
От фашистской пули погибла Клава Юрьева. От роду ей было всего 18 лет.
Трагически сложились обстоятельства на другом участке боя. По распоряжению П. А. Колесника, начальника штаба Зуйского отряда, группа бойцов во главе с Ураимом Юлдашевым была переброшена на стык двух застав — Биюк-Онларской и Зуйской. За один лишь день 24 июля партизаны отбили здесь одиннадцать атак противника. Утро следующего дня началось мощной артиллерийской подготовкой врага, которая продолжалась около часа. А затем гитлеровцы пошли в наступление. В этот критический момент связной принес приказ от командира партизанского района И. Г. Куракова: «Без приказания ни на шаг не отходить. Занятый рубеж защищать до последнего патрона. Патроны росходовать экономно..., бить противника с ближайших дистанций, наверняка. Пулеметы взять под особое наблюдение».
...Враг все ближе подходил к позициям партизан, а команды открывать огонь не было. Фашисты успокоились, открыто шли во весь рост. И вот команда: «Огонь!».
Партизаны расстреливали врага в упор. Атака захлебнулась, фашисты отступили. А потом снова были атаки и контратаки. Наконец, получен приказ оставить позиции. Но как выйти из боя, как оторнаться от противника? Командир Ураим Юлдашев принимает решение — оставить группу прикрытия из трех человек. Остался и сам. Остальным приказал отходить.
Вскоре, однако, враг догадался, что партизан мало: огонь стал менее плотным. Вновь атака, схватка врукопашную... Командир и оба бойца погибли смертью героев, до конца выполнив свой воинский долг.
Рядом сражались биюконларцы. Наступление фашистов сдерживали на этом участке всего восемь человек. Руководил боем коммунист Д. А. Абрамов.
25 июля гитлеровцы предприняли массированную атаку, пытаясь взять биюконларцев живыми. В критический момент комсомолец Михаил Лях с гранатой и автоматом в руках поднялся во весь рост и скомандовал: «За мной! Вперед!» Смелый бросок — и партизаны вышли из окружения.
Во второй половине дня 25 июля все отряды отошли с застав. Их оборонительным рубежом стала высота 1025.
Отсюда наш путь на высоту «Дедов курень», где располагался 17-й партизанский отряд и штаб 6-й бригады.
Отряд под номером 17 был создан в начале ноября 1943 года из жителей сел Ангара (ныне Перевальное), Чавке (ныне Сорокине), Шумхай (Заречное). Возглавил его коммунист О. А. Козин, участник обороны Одессы, кавалер ордена Красного Знамени, уже два года воевавший в партизанском лесу. За это время был он разведчиком, пулеметчиком, командовал боевой группой.
Комиссаром отряда стал вначале Петр Шпорт, затем его сменил Андрей Бабушкин. Большую часть бойцов составляли молодые ребята, еще не обстрелянные, но горевшие желанием бороться с оккупантами.
Е. П. Степанов в книге «Партизанскими тропами» вспоминает, как собирался отряд на первую боевую операцию.
«...Теплым солнечным днем ноября на «Дедовом курене» выстроился молодой отряд Козина. В шеренгах стояли и седые, сутуловатые старики в потертых овчинных полушубках, и молодые парни в выцветших армейских гимнастерках, стояли и русские, и украинцы, и грузины, заброшенные сюда военными вихрями, были здесь и деды, и отцы, и мужья, и братья всех тех, кто гурьбой стоял тут же, в нескольких десятках мсгцоз, и так пристально всматривался в лица бойцов».
Это была торжественная минута — отряд шел на первое боевое задание.
Близ Перевального располагалось еще недавно село Сорокин», составляющее ныне с Перевальным единое целое. В ночь на 7 ноября 1943 года появившийся здесь неожиданно партизанский отряд во главе с командиром Октябрем Козиным и комиссаром Петром Шпортом разгромил фашистский гарнизон.
Операцию командир готовил тщательно. Учитывал и состав отряда, и недостаток оружия — одна винтовка на пятерых. В разведку послал самых надежных, боевых ребят — А. Онуфриева. Г. Турлымкина, В. Совопуло. Среди них была одна девушка — семнадцатилетняя комсомолка Валя Годлевская, ставшая впоследствии женой командира. Ныне имя Героя Социалистического Труда Валентины Козиной, лауреата Государственной премии СССР, известно далеко :м пределами Крыма. А в ту далекую ноябрьскую ночь стояла перед командиром очень юная, очень смелая девушка, и он отгонял треногу, посылая ее в разведку. Но понимал: Валя должна идти, именно она и никто другой — отважная, стойкая, осторожная. Ей м места здесь известны до последнего кустика, бугорка, балочки. На следующий день к полудню разведчики вернулись, принесли ценные сведения. Теперь командиру было ясно, как лучше действовать. Ночью партизаны спустились с гор и внезапно ударили по противнику. Враг в панике заметался по деревне, повёл беспорядочную стрельбу. Партизаны, заняв удобные позиции, вели прицельный огонь. В результате боя было уничтожено 70 вражеских солдат и офицеров, 9 взяты в плен, захвачены богатые трофеи.
Затем последовала еще целая серия блестящих боевых операций. Упомянем две — участие в разгроме вражеского гарнизона в селе Шумхай (ныне Заречное), где 17-й отряд был главной ударной силой, и успешный рейд на фашистов, окопавшихся в селе Ангара (Перевальное). В декабре 1943 — январе 1944 годов отряд — он назывался теперь «За Родину» — вел бой с карателями на подступах к главным партизанским лагерям, расположенным на высоте «Дедов курень». Враг был остановлен, и в течение суток продолжался неравный бой на этих высотах. Затем, оставаясь на этой же высоте, отряд сменил позиции. Еще сутки фашисты чувствовали силу мощных партизанских ударов.
Вой с карательной экспедицией отряд завершил на высоте Яман-Таш, где в течение трех суток он успешно отбивал атаки врага. Смертью храбрых пали на этой высоте бойцы Григорий Годлевский и Надя Смаженко.
Участвовал отряд и в боях за освобождение Крыма. Командовал им в этот период Ф. 3. Горбий. 13 апреля партизаны атаковали группу противника на шоссе вблизи села Ангара (Перевальное). Взято в плен 75 вражеских солдат, захвачены пулеметы, винтовки, автомашины. Это была совместная операция 17-го и 19-го отрядов. В тот же день оба отряда под общим командованием Ф. И. Федоренко вступили в Симферополь и совместно с войсками Красной Армии очищали город от фашистских захватчиков.
С высоты «Дедов курень» туристы и экскурсанты спускаются к реке Бурульче. Склоны высот вдоль реки — в прошлом позиции Зуйского партизанского отряда. Здесь сохранились остатки партизанской мельницы, пекарни, землянок. Немного дальше — небольшая поляна. На ней в первые дни партизанской борьбы бойцы и командиры отряда клялись беспощадно бить врага.
Зуйский партизанский отряд был создан в октябре 1941 года из коммунистов, комсомольцев и беспартийных патриотов. Очень разные собрались в нем люди. Учительница, депутат Верховного Совета Крымской АССР Анна Никитична Якимович, которая наотрез отказалась эвакуироваться в тыл; медлительный и осторожный, но храбрый в бою Кондрат Васильевич Завгородний, до войны — рабочий совхоза; вдумчивый и душевный Алексей Иванович Макаров, в недавнем прошлом — колхозник; тракторист Василий Самарин, смелый, находчивый, готовый выполнить любое задание, но только чтобы его об этом попросили, так как терпеть не мог приказов.
Разведчиком отряда стал бывший председатель колхоза, весельчак Кузьма Семенович Трубенко — он и в лес пришел со своим потрепанным баяном. Говорили, что это подарок его прадеда, участника русско-турецкой войны 1877—1878 годов. Кузьма Семенович погиб при выполнении боевого задания: его захватили в плен фашисты, долго пытали, а потом полуживого закопали в землю.
В отряде были девушки — Мария Стоянова, Александра Рыбовалова, Ава Муслюмова, Ася Пилевина. Всех четырех отличало исключительное трудолюбие. А Пилевину — еще и малый рост, и потому ей никак не могли подобрать оружие. Когда ребята раздобыли первый карабин, то единодушно решили передать его Асе. Стало ясно, что ростом она немного выше карабина.
Мастером на все руки оказался Леонид Астафьев, попавший и отряд из окружения. Изготовленными им минами отряд подорвал дна фашистских танка и десятки вражеских автомашин.
«Храбрые и дисциплинированные» — такая репутация закрепилась к отряде за бывшими военнослужащими, пришедшими в отряд вместе с Астафьевым. Их было несколько человек — Владимир Коз-лои, Петр Власюк, Михаил Белодед, Николай Вланич... А в начале 1942 года пришло пополнение: парашютисты-десантники Александр Пилит:. Анатолий Шишкин, Ураим Юлдашев. Батыр Катадзе — всего 11 человек.
Командиром отряда был назначен Андрей Антонович Литвиненко, председатель Зуйского райисполкома. Всегда деликатный, по-домашнему мягкий, с доброй улыбкой в обычной обстановке, он был и решителен в бою, показывал пример находчивости в самых сложных боевых ситуациях. Ему верили, за ним шли... Комиссаром отряда стал Н. Д. Луговой, секретарь Зуйского райкома партии.
Командование отряда заготовило базы с продовольствием, боеприпасами, одеждой. Выло вырыто заранее несколько землянок. Но их не хватало, потому что в отряд прибывали все новые и новые люди. Придумали выход из положения. Вечером раскладывали костер из длинных поленьев, потом раздвигали угли, укладывались на нагревшуюся землю. Тепла хватало, но утром друг друга узнать не могли — все были черные от золы.
В отряд вступали целыми семьями. Партизанскими стали семьи Парчинских, Матрены Осиповны Щербины, пришедшей с четырьмя детьми. Матрена Осиповна и ранее поддерживала связь с партизанами — снабжала их продовольствием, передавала разведывательные данные. Патриотке угрожала расправа, и она ушла в лес. Старший ее сын Семен в 16 лет стал бойцом отряда, младший помогал по хозяйству, девочки ухаживали за ранеными. А сама Матрена Осиповна бралась за любую работу, и всякое дело спорилось в ее руках.
С первых дней оккупации отряд начал боевую деятельность. Каждый день не задания уходили группы и подрывники-одиночки, непрерывно рос боевой счет народных мстителей.
За время деятельности отряда (до его расформирования осенью 1942 года) партизаны провели 55 боевых операций, в том числе 28 боев и 13 диверсионных актов на коммуникациях противника. В ходе этих операций оккупанты потеряли 1149 солдат и офицеров. Были пущены под откос 2 воинских эшелона, выведены из строя два танка и 14 грузовиков, взорван склад со снарядами...
От реки Бурульча — крутой подъем на легендарную высоту 1025, господствующую в этом районе. На высоте находился одно время штаб 2-го партизанского района во главе с И. Г. Кураковым и И. С, Бединым, а затем командный пункт Северного соединения (командир П. Р. Ямпольский, комиссар Н. Д. Луговой). Отсюда шли связные в отряды с приказами, уходили в города и села разведчики, чтобы обеспечить фронт нужными сведениями. Здесь, на высоте, располагались наблюдательный пункт, землянка радистов, а сейчас стоит историческая партизанская пушка: именно из нее в июле 1942 года партизаны вели огонь по карателям.
Наблюдательный пункт партизан— это огромный дуб на вершине горы, с которого просматривалась вся окружающая местность на много километров. Днем и ночью дежурили на площадке партизаны. Дозор был глазами и ушами многих отрядов. Не раз по его сигналам, действуя внезапно и решительно, патриоты обращали в бегство более сильного и лучше вооруженного противника. Близ наблюдательного пункта была оборудована землянка радистов.
В конце декабря 1941 года в расположение партизан 1-го района были заброшены на парашютах радисты Михаил Захарчук и Василий Добрышкин, в марте 1942 года во 2-й район — Степан Выскубов и Николай Григорьян, в 3-й район — Александр Кочетков и Роман Квашин. Позднее к ним присоединились радисты Михаил Балашов, Ася Опарина и другие. Партизаны могли теперь оперативно и беспрепятственно сообщать разведывательные данные, докладывать о боевой деятельности отрядов, о своих нуждах. Каждый день принимались сводки Совинформбюро. Благодаря установлению радиосвязи командование Северо-Кавказского фронта получило возможность направлять действия партизан, сообразуясь с задачами действующей армии.
В трудную минуту радисты меняли ключ на автомат, наравне с бойцами отражали атаки врага. Обстоятельства заставляли уходить по крутым партизанским тропам, и радисты несли нелегкое свое хозяйство на себе. Помочь каждый рад, но рация это как бы личное оружие радиста, и его никому не передашь. Кончился бой или переход — партизаны отдыхают. Только радист не имел на это права: у него сеанс связи. Нередко и ночью, когда лагерь спит, радисты выстукивают свои точки и тире...
Радиосвязи с Большой землей ждали все. И сколько было радости, когда Коля Григорьян или Степа Выскубов выходили из землянки и, улыбаясь, помахивали сводкой Совинформбюро. Вести, конечно, бывали разные, и уже по выражению лиц радистов узнавали о делах на фронте.
Около двух лет находились в зуйских лесах радисты С. П. Выскубов и Н. А. Григорьян. Это были замечательные бойцы и специалисты, люди большой и щедрой души. До сих пор вспоминают о них партизаны. Вспоминают с благодарностью...
Нет такой группы экскурсантов, которая не остановилась бы возле партизанской пушки — этого своеобразного памятника народной борьбы. Вначале пушка Красной Армии, при отступлении была оставлена партизанам и стояла неподалеку от села Барабановки Артиллеристы-партизаны долго думали, как доставить ее в отряд. Наконец весной 1942 года несколько человек на себе притащили эту махину в лес. С большим трудом, тоже на руках, подняли на высоту 1025.
Партизаны любовно ухаживали за пушкой. В ее расчет были зачислены Иван Федоров, Николай Плетнев, Иван Вовк.
24—25 июля 1942 года в бою с фашистской карательной экспедицией пушка сыграла свою роль.
Ночь на 25-е прошла относительно спокойно. Партизаны заняли круговую оборону на высоте 1025. С утра фашисты возобновили обстрел, а к середине дня натиск их еще более усилился. Судьба партизан, казалось, висела на волоске. И тут командир района И. Г. Кураков отдал приказ открыть огонь из пушки.
Выстрелы партизанской пушки были для фашистов как гром среди ясного неба. Противник остановился, полагая, что в расположении партизан высадился десант советских войск. А пушка продолжала стрелять. Только и были слышны разрывы ее снарядов, многократно повторяемые оглушительным горным эхо. Воспользовавшись замешательством карателей, партизаны вывели основные силы из-под удара вражеских войск.
...Годы прошли с тех пор, давно уже молчит пушка — свидетельница жестоких схваток и партизанского мужества. Молчит, но самим своим существованием и все еще грозным видом напоминает людям о прошлых боях, о стойкости защитников высоты 1025.
Несколько лет назад группа туристов, шедшая по партизанским
тропам, оставила здесь, на высоте 1025, в дупле небольшого дуба,
. стеклянную банку с запиской. В записке группа указала, из кого
она состояла и когда совершила привал. Туристы, шедшие следом
по этому маршруту, прочли оставленную записку и вложили в банку свою. Так в лесу возник своеобразный «почтовый ящик памяти», который словно объединил всех посетивших партизанские места. Вскоре содержание записок изменилось. Это вполне понятно. Побывав в священных местах народной войны, советские люди не могли ограничиться справками о себе и пользовались «почтовым ящиком», чтобы высказать волновавшие их высокие чувства. Так «почтовый ящик» превратился в копилку прекрасных, чистых помыслов, патриотических высказываний, пожеланий.
Вот первая по времени записка — краткая справка о посещении, и больше ничего: «10 марта здесь были студенты-призывники». Вторая, третья такого же характера. 16 мая новая группа туристов уже добавляет к обычным сведениям несколько иных строк: «По памятным местам боевых действий партизан прошла группа комсомольских работников... Пусть живет в наших сердцах бессмертная
слава героев!»
Все последующие записи так или иначе перекликаются с этой. Процитируем некоторые из них без всяких пояснений — они сами говорят за себя. «Мы восхищены и очень благодарны народным мстителям за их самоотверженную защиту нашей Родины. Мы будем трудиться не покладая рук, чтобы еще более могучей стала наша Родина, оплот мира во всем мире» (группа из 12 человек) .
«Мы никогда не забудем тех, кто боролся и отдал свою жизнь за наше светлое будущее»,— писали молодые рабочие одного из крымских заводов. Их слова подхватывает следующая группа туристов: «Мы восхищаемся и гордимся партизанами Крыма, которые в тяжелых условиях вели борьбу с превосходящими силами противника. Боевые дела наших отцов, матерей, братьев и сестер являются вдохновляющим примером для нас. И если потребуются наши жизни для защиты Родины, мы отдадим их без колебания».
Теперь руководство турбазы «Таврия» завело на партизанских маршрутах добротные книги и туристы свои записи делают в них. Раскроем одну из книг: «Какое большое счастье жить под ярким солнцем, под мирным небом! И этим мы обязаны только Вам, наши деды и отцы. Спасибо за счастливую юность». Это пишут туристы из Бреста, Ашхабада, Симферополя.
«За то, что воздух пахнет цветами, а не гарью, за то, что эта пушка больше не стреляет. Спасибо Вам, известные и неизвестные герои минувших дней. Спасибо тем, кто помогает дожить до наших дней этим священным реликвиям» (туристы из Перми, Орска, Оренбурга, Волгограда, Смоленска).
В книге не только слова благодарности. Молодые люди клянутся быть достойными великого подвига. Туристы из Вологды, Череповца, Сокола: «Спасибо Вам, партизаны крымских лесов, за мирное небо! Мы клянемся быть достойными наших отцов и дедов — всех тех, кто защищал Родину и эти прекрасные места». Туристы из Ленинграда и Литвы: «Мы будем достойны памяти погибших». Туристы из Москвы, Ленинграда, Минска, Бобруйска, Харькова: «Не забыть бы нам все, не простить бы и не потерять».
В заключение — строки из записи туристов Перми и Минска: «Война! Это страшное слово, несущее за собой смерть, голод, разрушения. Пусть никто и никогда не узнает об этом, но всегда помнит о тех, кто отдал свою жизнь за нас, за наше будущее». «Почтили минутой молчания подвиги крымских партизан» — идет далее приписка.
А теперь побываем на «Красной площади» партизан. Здесь проводились партийные и комсомольские собрания, митинги, самодеятельные концерты. Здесь же бойцы принимали присягу на верность Родине...
С высоты 1025 спускаемся к реке Бурульча, где можно осмотреть остатки партизанской мельницы и землянок госпиталя. Далее, вернувшись через Мазанку на шоссе Симферополь — Белогорск, продолжаем путь.
На маршруте у нас — поселок Зуя. Первое, на что мы обращаем внимание, въезжая в поселок,— это памятник среди зелени цветов. На обелиске — имена тех, кто погиб за Родину в годы Великой Отечественной войны,—солдат и офицеров Красной Армии, партизан, подпольщиков.
О том, как сражались зуйчане в партизанских отрядах, мы уже говорили. Героическую борьбу с врагом вели и зуйские подпольщики. Патриотическая организация создана здесь в начале 1943 года но инициативе комсомольцев Ивана, Кулявина, Михаила Буренко и Юрия Крылова. Членами ее стали Григорий Козаченко, Василий Малышев, Борис Шиков. Организация начала активно действовать ей оказывала содействие молодежь поселка. Вскоре была установлена связь с Зуйским отрядом, откуда доставлялись листовки, газеты.
В августе по доносу провокатора, проникшего в подпольную организацию, фашисты арестовали Надю Бандурко и Нину Савельеву. Комсомолки выдержали жестокие пытки и погибли смертью героев, ни слова не вымолвив о составе и делах подпольной организации. В конце 1943 года многие жители Зуи, в том числе все подпольщики, ушли в партизанский отряд.
...Была у зуйчан заветная мечта — сразиться с врагом в родных местах.
«Хочется вихрем пролететь по всем деревням района и уничтожить всех гитлерюг»,— писал в своем дневнике командир Зуйског» отряда А. А. Литвинеико.
Шли месяцы. Геройски погиб Андрей Антонович Литвиненко, сменился состав отряда, а исполниться мечте все не приходила время.
И только в первых числах декабря 1943 года отряды первой (командир Ф. И. Федоренко) и пятой (командир Ф. С. Соловей) бригад Северного соединения двинулись к Зуе. В операции участвовало немало зуйчан — Михаил Буренко, Борис Шиков, Юрий Крылов, Николай Клемпарский... Одним из отрядов командовал Семен Ильич Мозгов, работник Зуйского райкома партии.
Операция была тщательно разработана и подготовлена. Партизаны со всех сторон окружили поселок, перекрыли дороги, перерезали во всех направлениях связь.
По сигналу каждая группа устремилась к заранее намеченному объекту: одни к штабу, другие к школе, где фашисты устроили казарму, третьи к складам и к тюрьме, где томились советские патриоты. Застигнутые врасплох, гитлеровцы выскакивали на улицы села в одном белье, партизанские пули разили их без промаха.
И двух часов не прошло, как Зуя стала свободной. В бою истреблено около двухсот оккупантов, в том числе комендант Зуи, уничтожены комендатура, штаб, телефонная станция, сожжены склады.Захвачено оружие, боеприпасы. О зуйской операции сообщило всей стране Совинформбюро.
Дорога Зуя — Белогорск постоянно находилась под контролем партизан. Даже в непосредственной близости к Зуе и расположенному в ней фашистскому гарнизону, всего в 3—4 километрах от поселка, дорога была небезопасна для фашистов. Народные мстители громили обозы, подбивали автомашины, «охотились» за оккупантами.
Однажды — это произошло в январе 1942 года — удар был нанесен особенно чувствительный. Провела операцию группа партизан под командованием С. И. Мозгова.
Пришлось преодолеть немало трудностей. Прежде всего, шоссе охранялось, и надо было терпеливо ждать удобного момента. Этот момент наступил на рассвете. В короткое время партизаны заминировали дорогу, причем расположили мины в шахматном порядке — одну на полотне дороги, другую — на обочине, снова на полотне и вновь на обочине. Расчет был прост: если одна машина из вражеской колонны подорвется, то следующие будут объезжать эту машину.
Расчет оказался правильным. Не успели партизаны подальше отойти от дороги и укрыться за пригорком, как появились фашисты. «Отчетливо было слышно, что приближаются танки и автомашины. Удача или провал? Сработают мины или нет? Принесет ли успех новый прием закладки мин в шахматном порядке?
- Нервы напряжены до предела,— рассказывал потом Семен Мозгов.— Секунды кажутся часами. Забыты и холод, пробравшийся, кажется, до самого сердца, и голод, и опасность...
Вдруг послышались взрывы: первый, второй, третий...
Радости подрывников не было конца. Наутро разведчики донесли: на минах подорвались два средних танка и один грузовик с автоматчиками. И «амое главное — магистраль на несколько дней замерла. Движение на ней возобновилось лишь после того, как саперы проверили весь участок шоссе от Зуи до Старого Крыма.
Наш путь — в Белогорск и белогорские леса. В лесах белогорских (в период войны их называли карасубазарскими), старокрымских и судакских действовали народные мстители, весь этот горно-лесной район был партизанским краем.

БЕЛОГОРСК — небольшой старинный городок — расположен в 42 километрах от Симферополя на магистрали, соединяющей областной центр с Феодосией. В период оккупации фашисты перебрасывали свои войска и снаряжение через Карасубазар (Белогорск) на Керченский полуостров, который, как известно, был ареной ожесточенной борьбы на протяжении почти всего периода военных действий в Крыму.
Готовясь для ведения народной борьбы в тылу врага, партийная организация района учла стратегическое значение магистрали, на которой расположем город. Партизанский отряд был сформирован здесь задолго до прихода фашистов. Кроме партийных и советских работников, в отряд вошли рабочие и служащие различных предприятий и учреждений, сельские труженики. Значительную его часть составляли комсомольцы, беспартийная молодежь. Были в отряде и совсем молодые люди, только вступившие в жизнь, и убеленные сединой ветераны гражданской войны. Возглавил патриотов директор Карасубазарского лесничества Василий Тимохин, комиссаром стал секретарь райкома партии Тимофей Каплун.
Позаботилась парторганизация района и о том, чтобы в самом городе и сельской местности были созданы условия для развертывания подпольной борьбы.
В первые же дни фашистской оккупации Крыма на подпольную работу в город направляется из партизанского отряда комсомолец Павел Делямуре. Для координации деятельности всех подпольщиков Карасубазарского района обком партии оставил М. Г. Рыбакова, имевшего большой партийный стаж и опыт подпольной работы в годы борьбы с царизмом.
В апреле 1942 года в городе, несмотря на жесточайший террор, уже действуют несколько патриотических групп. Они успешно ведут пропагандистскую работу, разоблачают фашистские домыслы об уничтожении Красной Армии, несут в массы правду о действительном положении на фронтах Великой Отечественной войны. В городе появляются советские листовки и газеты, распространяемые подпольщиками.
Одной из первых оформилась подпольная патриотическая организация под руководством П. Л. Делямуре. В слесарно-бондарной мастерской, при которой она возникла, работал коммунист Степан Иванович Недомец. Делямуре и Недомец быстро нашли общий язык. В подпольную организацию они вовлекли преподавателя одной из школ Ф. Демченко, бухгалтера И. Вронковского, инспектора-пожарника И, Пуковского, заведующего столовой Н. Плужникова, шофера М. Барсова.
Почти одновременно с группой П. Делямуре в городе была создана еще одна организация патриотов во главе с комсомольцем Иваном Поповым. Впоследствии И. Попов стал командиром разведки партизанского отряда и геройски погиб в бою.
Молодые подпольщики Иван Попов. Николай Бойко, Игорь Мирошниченко распространяли листовки и газеты, писали от руки небольшие лозунги, а затем наклеивали их на приказы фашистского командования.
Жители города воочию убеждались, что гитлеровцы бессильны даже здесь, на оккупированной ими земле. Однажды властями было вывешено объявление об обязательной сдаче оружия. Наутро рядом висело другое: «Товарищи! Оружие не сдавайте, оно пригодится для 'борьбы против фашистов». Возле объявления: «Граждане, кто знает место пребывания партизан, просим сообщить в полицию» (за сообщение обещали большую награду), появилась надпись: «Предателей у нас нет!».
Со временем подпольных групп становилось все больше, их деятельность приняла для оккупационных властей угрожающий характер. В деревне Шавхал (ныне Мельники) патриотами руководил П. Т. Очигов, посланный областным подпольным центром; ему помогали Иван Миронов, Иван Чалухиди и другие. С помощью члена организации Николая Григорьева, который работал директором мельницы, удалось наладить снабжение партизан продуктами питания, в частности мукой и крупой. Активизировалось подполье в деревнях Пролом, Васильевка и других населенных пунктах.
Патриоты вели разъяснительную работу среди населения, распространяли сводки Совинформбюро, освобождали военнопленных, помогали оставшимся в тылу семьям партийных и советских работников, семьям партизан и воинов Красной Армии. В 1943—1944 годах десятки людей были переправлены ими в лес.
В борьбе с оккупантами погибли многие замечательные подпольщики. По доносу предателя гитлеровцам удалось схватить всю группу Павла Делямуре. В течение месяца палачи измывались над патриотами, но не вырвали у них ни единого слова признания.
Если при выезде из Белогорска в сторону Феодосии свернем на 3-м километре вправо, наш путь проляжет в белогорские леса, к местам наиболее активных действий партизан в этом районе.
В четырех километрах от Белогорска — село Криничное, центральная усадьба совхоза «Предгорье» (б. «Мариано»). Многие жители этого населенного пункта с первых дней войны влились в действующую армию, другие ушли в партизанский отряд.
Те, кто остался в Криничном, тоже не склонили головы перед врагом. Группа молодых патриотов начала подрывную работу против захватчиков. Рабочие совхоза Федор Маслов, Иван Павлов, Михаил Чупин собирали листовки, сброшенные советскими самолетами, и переписывали из них сводки Совинформбюро. Листовки распространялись поначалу среди узкого круга людей, но постепенно круг читателей расширялся. Патриоты вели устную пропаганду, рассказывая правду о положении на фронтах войны.
В сентябре 1943 года комсомолец Михаил Чупин побывал по заданию организации в партизанском лесу. Вернувшись в совхоз, он пытался организовать диверсионную группу, по был схвачен фашистами и расстрелян. Начатое дело продолжил комиссар одного из партизанских отрядов Виктор Денисов. Он пробрался в село, разыскал подпольщиков Федора Маслова и Ивана Павлова и с их помощью создал новую подпольную группу, получившую название «группа № 3». В сентябре 1943 года в нее вступили бывший секретарь комитета комсомола совхоза Нина Антонова, комсомолки Лидия Гузь, Валентина Веденмеер. Людмила и Анна Мельниченко.
Подпольщики имели явочные квартиры у Людмилы и Анны Мельниченко и у Валентины Веденмеер, сюда приходили из лесу связные от партизан. На квартире у Мельниченко хранились оружие, боеприпасы, взрывчатые вещества. Рискуя жизнью, Анна Мельниченко доставляла оружие партизанам, удачно обходя вражеские посты и заставы. Дочерям в их подпольной борьбе помогали родители.
Связь с группой поддерживали комиссар отряда Виктор Денисов, заместитель командира бригады по разведке Абдулла Садыков в помощник комиссара бригады по комсомолу Евгений Елагин. Подпольщики регулярно отправляли в лес муку, соль, табак, медикаменты, перевязочные материалы.
По заданию партизан комсомольцы провели несколько диверсионных операций. Члены группы Федор Маслов, Иван Павлов и Владимир Волченко перерезали телеграфно-телефонную связь на дороге Карасубазар — Ускут (ныне Приветное). Маслов и Павлов подорвали трактор-тягач, две грузовые машины.
Когда наступила победная весна 1944 года, боевая группа подпольщиков действовала с оружием в руках. В бою было убито 6 и взято в плен 73 вражеских солдата.
Покидаем Криничное и направляемся к селу Головановке.
В годы оккупации в этом небольшом селе (оно носило тогда название Карасу-Бапш) вела борьбу с фашистами группа патриотов: Петр Деопик, Нина Денисова, Василий Каменев и другие. Подпольщики поддерживали связь с командованием 2-й бригады, снабжали партизан мукой, мясом и другими продуктами. Кроме того в лес поступали разведывательные данные — информация о расположении и численности войск противника, их передвижениях, предполагаемых операциях и т. д.
В январе 1944 года, когда оккупанты готовились к большому прочесу карасубазарских лесов, это стало известно подпольщице Нине Денисовой. Ночью, в пургу, она отправилась в лес и передала добытые ею разведданные партизанскому командованию. Народным мстителям удалось вывести главные силы из-под удара противника. Теперь можно было навязать карателям бой там, где открывались их уязвимые места.
Есть в Головановской школе музей боевой славы. Ребята собирают документы, свидетельствующие о подвигах односельчан, свято хранят дорогие реликвии, память о тех, кто мужеством, жизнью своей оплатил их счастье.
Осталась позади Головановка, и теперь дорога, ведущая на Судак, к партизанским базам, становится в полном смысле лесной. Начинается массив белогорских лесов — места базирования партизанских отрядов. Здесь же находились и лагеря мирных жителей, ушедших осенью 1943 года под защиту партизан.
Силам народных мстителей противостояла в этом районе фашистская дивизия, штаб которой находился в Карасубазаре.
Особое значение придавали гитлеровцы дороге Карасубазар — Ускут: она связывала штаб дивизии е батальоном, охранявшим побережье; кроме того, по ней можно было перебрасывать живую силу, военное снаряжение. Однако пользоваться этим путем фашистам приходилось с большой осторожностью: хозяевами дороги были партизаны. Недаром чуть ли не на каждом повороте висели таблички: «АсМипд! РагШапеп!» («Внимание! Партизаны!»).
С первых дней партизанской войны в карасубазарских лесах дислоцировались отряды 2~го партизанского района: Джапкойский, Ка-расубазарский, Колайский, Ичкииский. Позже к ним присоединились два красноармейских отряда под командованием Ф. И. Исаева и Б. Б. Городовикова. С ноября по март 1942 года здесь находился штаб 2-го партизанского района, командиром которого был И. Г. Генов.
Располагались отряды на возвышенных местах: Ичкинский и Колайский — на высоте 1104, красноармейские — на горе Средней, Джан-койский и Карасубаварский — на горе Берлюк. Между горами Средней и Берлюк, на склонах высоты Скирда, размещался штав 2-го района. Из этих лесов отряды выходили на шоссе Карасубазар — Феодосия, устраивали засады, нападали на фашистские гарнизоны...
Лишь однажды партизаны оставили свои базы в карасубазарских лесах и обосновались за их пределами. Это произошло в январе 1942 года, когда были высажены советские десанты в Керчи и Феодосии. Партизаны разгромили вражеские гарнизоны в нескольких близлежащих населенных пунктах и заняли их, вплотную приблизившись к главной шоссейной магистрали Карасубазар — Феодосия — Керчь. На дороге они совершали боевые операции, препятствуя переброске гитлеровских войск для борьбы с советскими десантниками Пребывание партизан в населенных пунктах длилось недолг». Вскоре они возвратились на свои лесные базы. Однако событие это оказало сильное воздействие на местных жителей, подняло их дух,. укрепило уверенность в том, что успехи фашистской армии временные.
Осенью 1942 года карасубазарские леса почти опустели, часть партизан была эвакуирована на Большую землю, часть переброшена в зуйские леса для усиления находившихся там отрядов. Осталась лишь небольшая группа партизан-разведчиков, которая поддерживала связь с населением района.
Обстановка начала резко меняться летом и осенью 1943 года. В партизанский лес потянулись местные жители, не желавшие больше жить под пятой оккупантов. Численность народных мстителей возрастала, а удары их по вражеским гарнизонам и коммуникациям становились все ощутимее. В июле 1943 года приказом начальник» Крымского штаба партизанского движения был сформирован 5-й партизанский отряд, командиром которого стал В. С. Кузнецов.
Естественно, один отряд не мог своими действиями охватить весь лесной регион. Осенью 1943 года, как известно, был высаже» советский десант на Керченском полуострове и захвачен плацдарм-на севере Крыма. Фашистские войска могли оказать серьезное сопротивление Красной Армии во время решающих боев за освобождение Крыма. Поэтому перед партизанами была поставлена задача --держать фашистов в постоянном напряжении, парализовать их действия. Для выполнения этой задачи в карасубазарских лесах была размещена Вторая партизанская бригада, в старокрымских -Третья.
А пока остановимся на событиях 1941—1942 годов.
По дороге на Судак, все время идущей через лес, попадаем на живописную поляну Нижний Кокасан. Здесь стоял когда-то небольшой домик, разрушенный фашистами. Ныне на его месте — обелиск, памятник погибшим в боях партизанам. Здесь бойцы Ичкинского отряда открыли свой боевой счет, именно они первыми в этих лесах вступили в схватку с фашистами и победили.
Шел ноябрь 1941 года. Значительная часть советских войск, отходившая от Перекопа и Ишуни на восток, двигалась через горы илеса на Судак, Феодосию и дальше на Керчь. Гитлеровцы следовали по пятам, стираясь окружить наши войска и уничтожить их.
Со стороны Карасубазара на Ускут, т. е. в район Судака, отходил батальон 294-го пограничного полка. Он оказался в трудном положении: враг наседал, а под защитой батальона — госпиталь, в котором много раненых. Чтобы дать возможность пограничникам уйти от преследования, соединиться с основными частями, в бой вступил Ичкинский отряд.
Командир отряда М. И. Чуб умело использовал местность. К поляне Нижний Кокасан ведет узкая дорога, которую партизаны местами успели вывести из строя. Здесь и росположил свой отряд М. И. Чуб. Фашисты попытались проникнуть в лес, но были встречены дружным огнем народных мстителей. Завязался бой, длившийся несколько часов. Несмотря на большое численное превосходство захватчиков, отряд с честью выдержал первое испытание.
Ушел из-под удара батальон пограничников и находившийся под его охраной армейский госпиталь. Боевая операция закончилась успешно.
В этом бою партизаны уничтожили 123 гитлеровца, сами же потеряли убитыми одного — погиб смертью героя коммунист Кондрат Шейко. Ранено было пять партизан. Среди особо отличившихся бойцов — Иван Матяхин, Иван Ясиновский, Дмитрий Денисов, Андрей Кузнецов, Иван Знакоманов, Борис Шаров, Алексей Шокун, Яков Крым.
Первая удача еще больше сцементировала отряд, укрепила веру партизан в свои силы, в победу, в боевое мастерство своего командира. Эта вера крепла от боя к бою...
Мы уже говорили о том, что очень разные люди пришли в лес, разные по характеру, возрасту, профевсии. Ичкинский отряд не был в этом отношении исключением. Среди ичкиицев была секретарь райкома партии Вера Андреевна Золотова, человек кристальной чистоты и беспредельной преданности Родине. В те годы она уже была немолода, могла эвакуироваться, но партийная и гражданская совесть велели ей остаться и сражаться плечом к плечу с коммунистами, которые несколько лет подряд избирали ее секретарем райкома, верили в нее, шли за ней.
Здесь были и секретарь райкома комсомола Вера Загоскина, человек с большим опытом партийно-политической работы, и коммунист Кузьма Тютерев, исполнительный, дисциплинированный, и молодой коммунист Яков Крым, немногословный, чуть медлительный, но отличный, хладнокровный боец. Человек богатырского телосложения, он считал для себя зазорным носить какой-то там автомат илк винтовку. Станковый пулемет — вот достойное оружие! В первом же бою Яша доказал, что партизанский отряд вручил единственный станковый пулемет в надежные руки. Под стать ему был и Алексей Шокун. Этого неутомимого политработника всегда можно было видеть там, где шел жестокий бой, где нужна была особая дерзость, выносливость...
Командир группы, участник гражданской войны Иван Ермолаевич Матяхин и в годы Великой Отечественной показывал молодежи пример смелости и отваги. Да разве только он! Трудно перечислить всех бойцов и командиров Ичкинского отряда, являвших пример беззаветного служения Родине.
Одному из авторов этой книги (Е. Н. Шамко.— Р е д.) приходилось не однажды бывать у ичкинцев: слава о боевом командире Чубе скоро разнеслась по партизанскому лесу, к нему шли за советом и опытом. Дошла его слава и до Зуйского отряда, в котором довелось мне находиться в ту пору.
В марте 1942 года уже объединенный Ичкино-Колайский отряд после тяжелых боев временно перешел в зуйские леса на высоту 1025.
Меня послали к ичкинцам с донесением. Иду по узкой горной тропе. Вдруг окрик:
— Стой! Пароль?
Ответила и в свою очередь спрашиваю:
— А вы, мальчики, из какого отряда?
Бойцы переглянулись, пожали плечами, всем своим видом выражая удивление неосведомленностью человека, знающего пароль,
но не знающего, кто они. Потом один из них с оттенком мальчишеской гордости произнес:
— Мы чубовские!
В этих словах чувствовалась гордость за своего командира, за свой отряд.
Позже я узнала, что это были Федя Крашевский и Володя Опекунов, автоматчики, разведчики. Они сумели добавить и свою долю к славе чубовцев.
С Нижнего Кокасана по лесной живописной тропе, пройдя примерно километра четыре, можно попасть на поляну Верхний Кока-сан. Здесь комсомольцы Белогорска установили памятник погибшим партизанам.
В годы войны в районе Верхнего Кокасана партизаны не раз вели бои с карателями. Отсюда, с поляны, хорошо видны высоты Сахарная головка, Средняя, Берлюк, Скирда. На этих высотах не раз скрещивали оружие с врагом Карасубазарский, Ичкииский, Джанкойский и другие партизанские отряды.
14 марта 1942 года противник двинул большие силы к району расположения отрядов. Первым завязал бой на высоте Сахарная головка Ичкинский отряд и сражался весь день. Враг обрушил на партизанские позиции массированный минометный и пулеметный огонь. Атаки следовали одна за другой, но партизаны выстояли. Пулеметы Володи Аникина и Димы Денисова, непрерывно косившие вражеские цепи, раскалились так, что обжигали руки. Командир пулеметчиков Андрей Кузнецов несколько раз поднимал бойцов в контратаку. Неизменно на передовых позициях находились Иван Матяхин, Алексей Шокун, Григорий Рыженко, Василий Жигарев, Галина Леонова и др.
К концу дня у партизан стали иссякать боеприпасы. Теперь каждую пулю, каждую гранату посылали только в цель. Отбивая атаки фашистов, погибли Владимир Аникин, Дмитрий Денисов, Андрей Кузнецов. Противник дорого заплатил за жизнь героев — немало гитлеровцев полегло на подступах к высоте.
В тот же день ожесточенный бой пришлось выдержать партизанам Джанкойского отряда. Каждый выступ, каждое удобное дерево на высоте Берлюк было превращено в гнездо сопротивления. Боем руководили командир Иван Рюмшин и комиссар Петр Клеветов. Уже вечером, когда вражеский натиск начал ослабевать, оба патриота были убиты осколком мины.
Трудно сказать, кто был героем этого боя. Пожалуй, все, весь отряд. Не щадили себя, идя в атаку, такие отважные партизаны, как Е. Киселев, братья Кисеевы, П. Руденко, В. Резепов, В. Колдашов, И. Паршин, К. Кобзев...
Несмотря на многократное численное превосходство, фашистам так и не удалось захватить высоты Берлюк и Сахарная головка. Их путь был усеян трупами. Только за один день боя с Ичкинским и Джанкойским отрядами каратели потеряли свыше 200 солдат и офицеров.
Еще более ожесточенные бои с оккупантами на этих высотах вели отряды в августе 1942 года.
Отрядами 1-го района в это время командовал М, И. Чуб. Своевременно осведомленный разведкой о том, что гитлеровцы готовят широкое наступление на карасубазарские леса, он расположил отряды на выгодных позициях по склонам высот.
Крупные силы фашистов атаковали Джанкойский и 2-й Красноармейский отряды. Почти сутки партизаны вели бой, не отступив ни на один метр, все время держа в своих руках боевую инициативу. Отвагу и мужество проявили в этом бою командиры групп Октябрь Козин, Георгий Красовский, Владимир Мамасуев, пулеметчики Эммануил Грабовецкий, Иван Посторонко. Только на вторые сутки, когда дальнейшее сопротивление стало бесцельным и задача сковать силы врага была выполнена, партизаны покинули свои позиции.
Жестокий бой разгорелся в районе дислокации Карасубазарского отряда. На высоте Берлюк оборону держала группа, командиром которой был Василий Львович Тимохин. К концу второго дня у партизан осталось по нескольку патронов. Вражеские цепи все ближе и ближе, вот они уже у самой вершины. В. Л. Тимохин приказал бойцам отойти, а сам прикрыл их отход. С ним остались его жена Елена Ивановна и десятилетняя дочь Оля.
Прорвавшись на вершину, фашисты захватили девочку в плен .
Еще несколько минут Тимохин и его жена продолжали отбпватьс» от наседавших врагов. Но положение было безвыходным, и последними пулями они покончили с собой...
На высоте Сахарная головка в окружение попали три партизана — Аркадий Матуленко, Николай Орлов и медсестра Феня Барыбкина. Когда сопротивление стало безнадежным, они последние патроны использовали каждый для себя. К счастью, Феня была только тяжело ранена. Когда к девушке вернулось сознание, она ползком добралась до пункта сбора отряда, вся окровавленная, с разбитой челюстью...
Героизм и мужество в боях проявили партизанские врачи и медсестры. Тепло вспоминают все, кто сражался на этих высотах,, врачей Леонида Митлера и Ольгу Приходько, медицинских сестер Анастасию Бродзь, Валю Диминовскую, Нину Залесскую, Аню Финкельштейн.
В эти дни отличились многие бойцы, разведчики, командиры и комиссары отрядов. Трудно даже перечислить тех, кто геройски проявил себя в те августовские дни. Нередко шел в цепи атакующих и командир района Михаил Чуб. Жестокие бои разгорелись здесь в последний период народной войны. С ноября 1943 по апрель 1944 года фашистским карателям противостояла 2-я партизанская бригада, созданная в зуйских лесах. Возглавлял ее Н. К. Котельников, опытный и отважный командир, сражавшийся вначале в рядах Красной Армии, а с января» 1942 года — в партизанском лесу.
Бригада быстро пополнилась новыми бойцами. К середине декабря 1943 года она насчитывала 445 человек. Четырьмя ее отрядами командовали испытанные в боях партизаны, в недавнем прошлом военнослужащие, Михаил Беляев, Николай Галич, Дмитрий Косушко, Яков Кушнир. Командиром 2-го отряда стал в дальнейшем Иван Заика, герой обороны Севастополя: его батарея, располагавшаяся в селе Николаевка, первой вступила в бой с фашистами на дальних подступах к городу и задержала противника на несколько' дней.
Бригада занимала те же позиции, на которых стояли насмерть партизаны 2-го района в 1941—1942 годах. Она как бы приняла боевую эстафету и с честью пронесла ее через все испытания, через все превратности судьбы — до полной победы над врагом и изгнания его с крымской земли.
5 ноября 1943 года приказом начальника Крымского штаба партизанского движения бригада была сформирована, а уже 11 ноября произошел первый бой. Партизанский отряд № 4 совершил нападение на румынскую заставу, охранявшую дорогу Карасубазар — Ускут. Застава находилась на важной ключевой позиции: она располагалась на пути движения вражеских войск у самого выхода партизанских отрядов с мест базирования на боевые операции. Эта вражеская позиция была основательно укреплена: отрытые по всем правилам окопы, пулеметные гнезда, проволочные заграждения...
Партизанской группе в 20 человек под командованием комиссара отряда С. И. Черкеза потребовалось всего несколько минут, чтобы разгромить заставу. Развивая достигнутый успех, партизаны взорвали мост и 9 столбов телефонно-телеграфной связи.
26 ноября 1943 года бригада вела бой с карателями в районе высоты Берлюк. Противник наступал с двух сторон, пытаясь обойти и взять отряды в кольцо. Численно гитлеровцы превосходили партизан в 2—3 раза. Бой длился с 11 часов утра до 16 часов дня, атаки следовали одна за другой. Высокий ратный дух проявили все партизаны — героизм был массовый. Несколько раз поднимались в контратаку бойцы Николай Бойко, Александр Шелест, Юрий Челухин, Аскольд Гохович. Пример храбрости и отваги показали политработники Виктор Денисов, Александр Кобыльский, Тимофей Каплун. Неутомим был командир бригады: он появлялся то на одном участке обороны, то на другом, высматривая, как лучше повести бой, заражая всех своим оптимизмом.
Противник не прошел. Потеряв 76 человек убитыми и ранеными, фашисты отступили.
В январе 1944 года, так и не добившись успеха в зуйских лесах, -фашисты перебросили войска в район расположения 2-й и 3-й партизанских бригад — к высотам Караул-Тепе, Караголь, Сахарная головка, Берлюк. Скирда, Средняя, Бурус...
Бои начались 16 января. С утра противник обрушил на позиции нартизан шквал артиллерийского и минометного огня. 16 и 17 января партизаны вынуждены были вести позиционный бой, сдерживая натиск численно превосходящего противника.
Несколько раз переходила из рук в руки высота Берлюк. Гитлеровцы несли большие потери, но не прекращали атак.
Самоотверженно дрались партизаны. На самых трудных участках, боя, постоянно рискуя жизнью, находились командиры Михаил Беляев, Дмитрий Косушко, Яков Кушнир, Талят Тынчеров, политработники Виктор Денисов, Александр Кобыльский. Неутомимо, не ведая страха, атаковали и контратаковали противника бойцы Аркадий Власеико, Василий Грачев, Иван Казаков, Иван Крючковенко и многие другие.
Геройский поступок совершили партизаны-пулеметчики Сергей Жигалов и Василий Терелля. Несколько часов им пришлось отбиваться от наседавшего противника. К концу дня фашисты окружили героев. Выхода не было, оба партизана были тяжело ранены. Не желая сдаваться в плен, они подорвали себя гранатами.
На высоте Караголь врагу удалось прорваться на вершину и отрезать часть партизан (в том числе пулеметчика Николая Беляева) от основных сил отряда. Народные мстители не дрогнули и продолжали сражаться. Командир бригады Николай Котельников приказал группе разведчиков выручить бойцов. Смелым броском, с криками «Ура!» была разорвана цепь противника, и партизаны вышли из окружения.
Ночью 20 января, выведя из района боя все гражданское население и раненых, партизаны оторвались от противника и поменяли позиции.
Каратели, однако, не покинули лес. Они продолжали атаковать другие высоты, где в то время находилась 3-я партизанская бригада под командованием Владимира Кузнецова. 19 января бригада приняла бой и вела его весь день. К вечеру противник, успешно атакованный партизанами, был отброшен на 5—6 километров от лагерей.
На следующий день, сосредоточив в близлежащих населенных пунктах до 4000 солдат, фашисты вновь начали наступление. Окоп» 10 атак отбили в этот день партизаны 3-й бригады. В ночь на 21 января 3-я бригада сблизилась с районом действия 2-й бригады, С новой силой разгорелись бои. 21 января к подножию высот были стянуты крупные силы карателей. Опять ударила вражеская артиллерия. Била час, другой... Партизаны молчали. Но как только враг поднялся в атаку, тотчас заговорили пулеметы и автоматы народных мстителей. Одна атака отбита, следом за ней другая, третья... Во второй половине дня фашисты получили подкрепление. Теперь их было около 5 тысяч. А две партизанские бригады насчитывали всего 700 бойцов. И все же они держались с невиданной стойкостью и упорством.
Шел третий день неравного боя. Партизаны заняли на высоте Сахарная головка круговую оборону, под их защитой — женщины, дети, старики, больные и раненые.
Только 23 января к вечеру, когда боеприпасы были па исходе, искусно маневрируя, партизаны вышли из вражеского кольца.
Еще несколько дней каратели прочесывали карасубазарские леса и, не обнаружив отряды, к концу января ушли из района высот. Так провалилась еще одна попытка гитлеровцев уничтожить народных мстителей.
А тем временем, пока враг пытался установить в партизанском лесу «новый порядок», сами партизаны усиленно готовились к новым рейдам и диверсионным операциям и вскоре возобновили боевую деятельность. Об этом мы расскажем несколько позже, продолжив путешествие. А пока подведем некоторые итоги боевой деятельности 2-й бригады.
Итак, что сделано за время ее существования? С ноября 1943 по апрель 1944 года бригада провела 117 боевых операций. В результате уничтожено 2 танка, 1 бронемашина, 55 автомашин, 3 пушки калибра 75 мм, захвачено 59 подвод с продовольствием. В боях противник понес огромные людские потери: убитых. — 831 человек, раненых — 173 и взятых в плен — 721 человек. Народные мстители совершили за этот период 16 диверсий на 'коммуникациях врага и 104 глубокие разведки вражеских сил. Командование Красной Армии регулярно получало информацию о расположении вражеских огневых точек, о передвижениях войск и
планах противника.
Завершив нашу небольшую экскурсию по белогорским лесам, возвращаемся тем же путем на дорогу Симферополь — Феодосия и продолжаем путь по феодосийскому шоссе. На этом отрезке дороги расположены села Чернополье и Богатое, где также весь период народной войны партизаны совершали боевые операции.
Из села Богатого к юго-востоку хорошо видны очертания гряды гор. Ближайшая и самая высокая из них — гора Бурус. В январе 1944 года на вей держал оборону комсомольско-молодежныЁ отряд имени Ленинского комсомола, которым командовал Алексей Бахтин. Фашисты начали штурмовать позиции отряда 19 января после длительной артподготовки. Бой продолжался два дня. Несмотря на явное превосходство в силе, противнику не удалось овладеть высотой.
21 января артиллерийский обстрел возобновился. Около двух часов гулко раскатывалось в горах эхо канонады. Потом гитлеровцы пошли в атаку, но тотчас же залегли, встреченные плотным автоматным в пулеметным огнем. Получив подкрепление, они снова атаковали и опять были отброшены.
Шел четвертый день неравного боя. Партизаны заняли на горе Бурус круговую оборону. Вновь на позиции отряда обрушился яростный огонь орудий и минометов. Простреливался буквально каждый сантиметр горы, казалось, что ничто живое здесь не уцелеет. Но атака гитлеровцев тотчас же захлебнулась. Раненого командира заменил начальник разведки Н. Ф. Толкачев. Бой продолжался.
Несколько раз переходила в контратаку группа Семена Сагайдака. Отважный партизан уничтожил более 20 гитлеровцев; при отражении одной из атак он погиб смертью храбрых.
Отличилась в бою группа разведчиков под командованием Георгия Стоянова. Когда ценой больших потерь карателям удалось достичь гребня горы, группа контратаковала настолько смело и стремительно, что враг не выдержал и отступил.
Были еще атаки и контратаки. В одной из них погиб Георгий Стоянов. А отряд продолжал сражаться, мстя за погибших.
Яростно строчил пулемет Александра Наумова, прикрывая партизанскую атаку. Но вскоре он смолк. Обнаружив, откуда ведется огонь, враг засыпал отважного пулеметчика снарядами и минами. Замолк пулемет, а бой продолжался, и фашисты снова — в который уже раз! — скатывались по склонам Вуруса, не устояв перед яростью партизан, перед беспредельным их мужеством.
И до и после этого боя отряды, располагавшиеся близ горы Бурус, у ее подножия, совершали нападения на гарнизоны врага в деревнях Орталан, Топлы и других близлежащих населенных пунктах.
Смелые боевые операции проводили партизаны и у деревни Салы. Это нынешнее село Грушевка, оно на нашем маршруте.
Почти на вселг протяжении от Тополевки до Грушевки и далее до Старого Крыма вплотную к шоссе подступает лес. Сейчас на этом отрезке пути дорога значительно выровнена, а прежде делала она не один крутой поворот. Во время оккупации шоссе тщательно охранялось, фашисты ездили по нему с предосторожностями. Но и это не спасало их от ударов народных мстителей.
Только в течение одного дня — 4 ноября 1943 года — партизаны совершили у деревни Салы несколько нападений на врага.
1 ноября войска Красной Армии высадили десант па Керченском полуострове и в упорных боях освобождали метр за метром родную землю. Дорога Симферополь — Керчь в эти дни приобрела для гитлеровцев особое стратегическое значение: по ней они перебрасывали свои войска и военную технику, стремясь уничтожить десант, Партизаны решили оказать десантникам посильную помощь. В ночь на 4 ноября на дорогу близ деревни Салы вышли боевые группы 3-й партизанской бригады. Бойцы 5-го отряда повредили в нескольких местах телефонно-телеграфную связь противника, а одна из групп 8-го отряда тем временем уничтожила вражескую грузовую автомашину. Убито пять фашистских солдат. Партизаны потерь не понесли.
В тот же день бойцы 7-го отряда уничтожили пятитонную машину, убили 9 солдат врага, захватили пленных и трофеи, а группа партизан 10-го отряда повредила связь еще на одном участке вдоль шоссе, и гитлеровцам пришлось потом долго ее восстанавливать. И все это у одного лишь населенного пункта и за один только день — 4 ноября 1943 года.
С косогоров вблизи Грушевки хорошо видны горы, окружающие Старый Крым. В литературе по истории партизанского движения в Крыму упоминаются гора Агармыш и гора Кара-Бурун как места базирования народных мстителей. Здесь, на этих высотах, у лесных казарм располагались Старокрымский, Судакский, Кировский и Феодосийский отряды.
И, 12 и 16 ноября 1941 года партизаны старокрымских лесов уже вели бои с гитлеровцами. Успешно громил врага Судакский отряд. 22 ноября народные мстители разбили вражеский обоз на дороге Судак — Алушта у деревни Кутлак (Веселое). Обоз состоял из 19 подвод и 5 автомашин. Все машины, часть подвод были сброшены партизанами с обрыва.
14 декабря фашистский батальон при поддержке двух танков и горной артиллерии, выйдя из Судака, примерно там же, у деревни Кутлак, напал на Судакский и Кировский отряды. После короткого боя враг вынужден был отступить, потеряв 22 солдата и трех офицеров.
19 января 1942 года Кировский отряд совершил нападение на оккупантов в том же районе. В бою было убито 8 фашистов, в том числе два офицера, подорваны две легковые автомашины, захвачены трофеи: автомашины, пулеметы, винтовки, штабные документы и карты.
Отрядам 1-го района пришлось вести бои и с многочисленными карательными экспедициями, которые безрезультатно пытались уничтожить партизан.
Активно действовал в этих местах Феодосийский отряд (командир И. С. Мокроус, комиссар Р. М. Пономаренко). В ноябре — декабре 1941 года отряд провел 12 крупных операций. Во время одной из них — 16 декабря — партизаны подорвали на участке шоссе Судак — Салы три грузовые автомашины, уничтожив 14 фашистских солдат и 2 офицеров.
Перечень боевых эпизодов можно было бы продолжить.
Народные мстители стали грозой для оккупантов. После высадки советских войск в Керчи и Феодосии в канун нового, 1942 года партизанские удары следовали один за другим. Были разгромлены фашистские гарнизоны в деревнях Айлянма, Соллар, Бий-Эли, Чермалык, Сартана, Ени-Сала, Кишлав, Орталан. Партизаны заняли эти населенные пункты и теперь полностью контролировали магистраль Керчь — Феодосия — Симферополь.

СТАРЫЙ КРЫМ. Этот небольшой, утопающий в зелени городок стал в годы войны одним из центров народной борьбы в восточной части Крыма. Здесь был сформирован партизанский отряд, командиром которого стал Г. Е. Водопьянов, комиссаром — А. М. Крюков. Отряд, насчитывавший более 100 человек, дислоцировался у подножия горы Агармыш, на горе Вурус, высоте Могилки, горе Кара-Бурун. Просуществовал он недолго. В связи с большими потерями, понесенными в боях с карателями, решено было объединить этот отряд с Кировским. Старокрымцы, действуя совместно с кировцами, провели немало умелых боевых операций.
В конце 1942 года объединенный отряд значительно пополнился новыми бойцами, пришедшими в лее из Старого Крыма и окрестных деревень. В феврале 1944 года было образовано Восточное соединение (в него вошли 2-я и 3-я бригады). Деятельность партизан старокрымских лесов усилилась.
Наиболее значительной операцией народных мстителей был разгром фашистского гарнизона в Старом Крыму, в котором находилось тогда в общей сложности около 1300 солдат и офицеров.
Партизан не смутили ни численность гарнизона, ни наличие боевой техники, в том числе танков, орудий, минометов. Операция осуществлялась силами двух бригад — 2-й (командир Н. К. Котельников) и 3-й (командир А. А. Куликовский) под общим руководством командира Восточного соединения В. С. Кузнецова.
В ночь на 27 марта 1944 года народные мстители незаметно подошли к городу. В установленное время был дан сигнал к атаке, и противник подвергся массированному обстрелу из пулеметов. Внезапность и сила удара сделали свое дело. Фашисты пытались сопротивляться, но сопротивление их носило беспорядочный характер.
В этой операции проявилось ратное искусство многих партизанских руководителей, прежде всего командира Восточного соединения В. С. Кузнецова, командиров бригад Н. К. Котельникова и А. А. Куликовского. Энергично и слаженно действовали все боевые подразделения партизан — комсомольско-молодежный отряд Алексея Бахтина, отряды Михаила Беляева, Ивана Заики, Якова Кушнира...
Во время боя партизаны уничтожили два танка (сделали это Александр Шелест и еще один боец, имя которого неизвестно), 16 автомашин, склад с горючим и боеприпасами, заняли здание комендатуры и городской полиции, забросали гранатами ресторан, где пировали гитлеровцы. Одна из групп захватила тюрьму и освободила 46 советских патриотов.
Освобожденные ушли в партизанский отряд и влились в ряды народных мстителей. Партизаны захватили трофеи: оружие, боеприпасы, обмундирование, документы.
Весь период оккупации борьба шла и в самом городе. Первым организатором и руководителем старокрымского подполья был Ф. В. Ургачев, до войны — секретарь партийной организации местного отделения связи. В декабре 1941 года фашисты арестовали Ургачева. Назад он не вернулся.
В 1942 году в городе сложилась подпольная комсомодьско-молодежная организация, в которую входили братья Дмитрий, Георгий и Анатолий Стояновы, П. П. Косенко, Б. Н. Периоти, Г. Г. Коптев, К. Я. Никифоров и другие. Позднее в нее вступили В. Е. Токарев, В. Л. Леванский, Е. Л. Леванская, Г. А. Субботин, II. А. Периоти и Е. П. Периоти. Тесную связь поддерживал с организацией главный врач больницы И. И. Давыдов. Он помогал укрывать молодых людей от угона в фашистскую Германию, прятал в больнице разведчиков-партизан, содействовал подпольщикам в сборе разведывательных данных и переправке их в партизанский лес. С его помощью проводились и диверсионные акты против оккупантов.
Осенью 1943 года все члены организации ушли в партизанский лес. Именно из них был сформирован в конце октября отряд имени Ленинского комсомола.
Многие патриоты отдали жизнь за Родину. Не дожили до светлого дня победы командир партизанской группы, бывший учитель математики средней школы коммунист Н. И. Холод, партизан-разведчик С. А. Логвинов. Пали смертью храбрых в январе 1944 года Г. П. Стоянов, Г. Е. Погукай, В. Л. Лсвапскин. а в апреле фашисты расстреляли И. И. Давыдова, Г. А. Субботина, Дмитрия и Анатолия Стояновых. Погибли в неравном бою перед самым освобождением города П. П. Носенко, Л. Н. Периоти и другие.
Жители города чтят память своих героев. В их честь сооружены памятники, их именами названы улицы, поселки, пионерские отряды, дружины.

ФЕОДОСИЯ. 22 июня 1941 года у здания городского военкомата собралось множество людей. В первый же день войны поступило более 200 заявлений добровольцев с просьбой об отправке в действующую армию.
Жизнь города перестраивалась на военный лад. Некоторые предприятия были переведены на производство оружия — минометов, противотанковых мин, гранат. Фронт приближался, и в Феодосии началась подготовка к борьбе в тылу врага.
В партизанский отряд вступили 86 коммунистов, 40 комсомольцев. 45 беспартийных патриотов. Возглавил отряд участник гражданской войны И. С. Мокроус, комиссаром стал политработник Р. М. Пономаренко, оба — опытные организаторы, пользовавшиеся доверием масс.
В Феодосийском отряде были и другие замечательные партизаны — бойцы и командиры, связные и разведчики. Таковы начальник штаба коммунист Е. П. Колодяжный, разведчица Л. С. Прокопенко, комсомольцы В. Анюнас, В. Четвертак, Г. Иощенко.
Уже 1 ноября 1941 года отряд сосредоточился на своих базах в урочище Кизил-Таш (Судакский район), а 8 ноября партизаны вступили в неравный бой с врагом. С этого времени борьба против оккупантов не прекращалась.
На следующий же день, 9 ноября, боевые действия возобновились. Из деревни Отузы (Щебетовка) фашисты в количестве 200 человек напали на группу партизан-феодосийцев, которой командовал Д. Я. Назаров. Народные мстители смело перешли в контратаку и нанесли противнику существенный урон: 10 фашистов было убито и более 10 ранено. Враг отступил.
12 ноября фашистские каратели, действуя с двух сторон — со стороны Отуз (Щебетовка) и Суук-Су (Лесная),— пытались окружить и уничтожить отряд. Разгорелся жестокий бой. И на этот раз отвага и упорство партизан сорвали вражеский замысел. Понеся потери, гитлеровцы позорно ретировались.
Только за две недели в боях под Феодосией и Судаком противник потерял 784 человека, 58 автомобилей, много другой военной техники, 3 обоза. А всего на счету феодосийцев — более трех тысяч убитых и раненых оккупантов. Таких успехов добился отряд за год своего существования — с осени 1941 до осени 1942 года .
Смертью храбрых погибли партизаны Д. Я. Назаров, Н. Д. Смирнов, Л. С. Прокопенко, В. А. Анюнас. Разведчик В. Ф. Четвертак, возвращаясь с боевого задания, попал в засаду. Положение было безвыходным. Последней гранатой герой подорвал себя, предпочтя смерть позорному плену.
В начале 1942 года в обстановке кровавого террора в Феодосии формируется антифашистское подполье. Инициатором объединения патриотов была Нина Михайловна Листовничая, педагог по профессии, работавшая до оккупации Феодосии заведующей детскими яслями на табачной фабрике. Первыми членами организации стали врачи А. В. Богданова, К. И. Шепелева и Т. М. Пислегина, которых Нина Михайловна хорошо знала но работе. Затем в организацию вступили директор конторы «Заготскот» коммунист Д. В. Самарин н его 15-летняя дочь Люба, бухгалтер горфо Н. П. Богданов, домохозяйка М. Залепенко, комсомольцы Б. Маевский, Д. Шаталов, К. Пахомов, Н. Бовстрюк, Н. Удачин, Л. Журавлева.
Постепенно круг борцов расширялся. Со временем их численность возросла до 130. Подпольщики создали также патриотическую группу в лагере военнопленных.
По заданию Листовничей было подобрано несколько конспиративных квартир. Сама Нина Михайловна открыла у себя на каартире (ул. Лермонтова, 14) швейную мастерскую, а Николай Бовстюк — часовую мастерскую. Точно так же, с разрешения оккупационных властей, врач А. В. Богданова вела на дому прием больных. То, что у них всегда бывало много людей, никому не казалось подозрительным.
Деятельность организации была разносторонней. Подпольщики, четко распределив между собой обязанности, успевали сделать многое. С их помощью шла отправка в лес военнопленных, от них партизаны получали продукты питания, одежду, медикаменты. Они же устраивали на предприятиях акты саботажа, вели среди феодосийцев агитационную и просветительную работу, собирали разведданные... Врачи-патриоты, выдавая фиктивные справки о болезни, спасали молодежь от угона в фашистскую Германию. Мария Залепенко, Люба Самарина, Лия Журавлева были неутомимыми связными. Подпольщики поддерживали связь с лагерем военнопленных, распространяли полученные из лесу листовки, газеты, брошюры.
Наведываясь в лагерь военнопленных, Листовничая познакомилась с переводчиком Антоном Айрапетовым, коммунистом младшим лейтенантом Красной Армии. Айрапетову удалось войти в доверие к коменданту лагеря, завоевать его расположение, что позволило патриоту ограждать пленных от побоев и издевательств, помогать тяжело больным, ослабевшим.
По заданию Листовничей Айрапетов создал в лагере военнопленных подпольную группу. Как только организация наладила связь с подпольным центром, патриоты начали освобождать военнопленных из концлагеря и отправлять их в лес. В дальнейшем из них был создан в старокрымских лесах партизанский отряд. В одном из донесений командованию партизан II. М. Листовничая писала: «...Мы приступили к освобождению людей из фашистского плена и, одевая их во все то, что могли достать, отправляли в лес с целью организации отряда... Из лагеря военнопленных освобождено и послано в отряд 55... лучших людей. Кроме того, 3 человека отправлены на катере на «Большую землю». Одному военнопленному достали документы, и он работает в организации.
Таким образом, партизанский отряд организован и функционирует. В данное время проводится работа по созданию диверсионной группы. Работа по освобождению людей проводится... Вам послана карта города с обозначением на ней огневых точек и всевозможных укреплений».
В начале февраля 1943 года областной подпольный центр направил в Феодосию майора Э. Я. Сизаса, опытного чекиста и разведчика. В течение двух недель Сизас находился в Феодосии, встретился со многими подпольщиками, разъяснил им задачи и методы борьбы, определил круг деятельности организации.
В марте 1943 г. по доносу предателя, засланного фашистской контрразведкой, были арестованы почти все активные подпольщики. Долго мучили фашисты Пину Михайловну Листовничую. Ей выкололи глаза, рассекли лицо... Героически погибли А. В. Богданова, К. И. Шепелева, Т. М. Пислегина, Д. В. Самарин и его дочь Люба, Лия Журавлева и другие.
Подпольная борьба в городе на время прекратилась. Однако уже в середине 1943 года создается ряд патриотических групп на рыбокомбинате, в рыбтресте, в водоканале. Особенно плодотворной была деятельность Михаила Ивановича Коробкова, которому помогал его сын пионер Витя. Многое сделали Коробковы. Они собирали ценные сведения о военных объектах противника, о передвижении вражеских войск, а затем передавали эту информацию советским разведчикам, пробиравшимся в город.
В октябре 1943 года фашистская агентура выследила Коробковых, но они успели все же уйти в лес. Несколько раз ходили патриоты в город на разведку и однажды не вернулись. Опознанные предателем, оба подпольщика были схвачены и расстреляны.
Феодосийцы чтят память о своих героях. В тенистом городском парке установлен памятник Вите Коробкову. Есть в городе улицы, носящие имена Л. С. Прокопенко, Н. М. Листовничей, Д. Я. Назарова, П. Д. Смирнова... Там, где шли бои советских воинов и народных мстителей с оккупантами, установлены памятники и мемориальные обозначения.
Подвиг феодосийцев отражен в экспозиции местного краеведческого музея и комнаты боевой славы, созданной ветеранами войны. В городе работает секция бывших партизан и подпольщиков. Убеленные сединой ветераны ведут воспитательную работу среди юных горожан, помогая им осознать величие подвига советского народа, совершенного в годы Великой Отечественной войны.
Осталась позади Феодосия, и вот уже Акмонайский перешеек — граница Керченского полуострова. На керченской земле, как и всюду в Крыму, шла в годы оккупации народная война с фашизмом. Несмотря на трудные условия — на всем полуострове нет ни лесов, яи высоких гор,— здесь действовали партизанские отряды. В качестве баз народным мстителям служили каменоломни. В населенных .пунктах была создана сеть подпольных организаций.
Учитывая важное стратегическое значение этой части Крыма, гитлеровцы держали на ней значительный контингент своих войск. Это не помешало Красной Армии в проведении десантных операций: за два с половиной года дважды советские воины освобождали Керчь. В общей сложности около года они удерживали отвоеванные плацдармы.
Основным объектом действий партизан и подпольщиков Керченского полуострова были железная дорога Феодосия — Керчь и Феодосия — Джаикой. Патриоты совершали диверсии, выводили из строя подвижной состав, взрывали эшелоны противника, нарушая тем самым снабжение немецкой армии в период боев на Керченском лолуострове.
Следуя по маршруту Феодосия — Керчь, первую остановку сделаем на станции Айвазовская, ранее— Сарыголь.
В годы войны на станции Сарыголь действовала группа подрыл-пиков, которую возглавлял Григорий Колегаев. Устроившись па работу в депо, подпольщики под видом ремонта портили основные узлы паровозов, в уголь на тендере и в топки закладывали мины, противотанковые гранаты, головки от противотанковых снарядов. Таким способом группа вывела из строя 10 паровозов на станциях Сарыголь, Джанкой, Керчь.
Патриоты уничтожили склад с боеприпасами на станции Сарыголь, подорвали водокачку. Подпольщик Александр Гревцов устроил столкновение поездов на перегоне станций Пятиозерная — Будановка. Движение на этом участке было приостановлено на несколько часов.
Группа занималась распространением листовок, газет. Она способствовала пополнению партизанских отрядов Восточного соединения новыми бойцами.
Познакомим теперь читателя с подпольем Ленинского района Здесь было создано несколько подпольных групп и организаций в поселке Ленино, деревнях Кашик-Джермай (ныне Слюсарево) и Красный Кут (теперь Заводское), в Мариентале (Горностаевка), в Марфовке.
Вначале на нашем маршруте — село Марфовка.
В мае 1942 года, после того, как советские войска оставили Керченский полуостров, в Марфовке была создана молодежная подпольная организация. Ее основатели — коммунист Андрей Наголов и комсомольцы Василий Мотузов, Александр Касьянов и Александр Чуб. Возглавил организацию Александр Касьянов.
Как-то ночью Саша Касьянов забрался в сбитый немецкий самолет, чтобы снять пулемет. Но оказалось, что в машине уже кто-то есть. Так случай помог Касьянову встретиться с моряком-черноморцем Анатолием Подпориным. бежавшим из лагеря военнопленных. Вдвоем они сняли пулемет, забрали боеприпасы к нему и все спрятали в склепе на кладбище.
Подпольщицы Лидия Влачуга, Юлия Чичерова и Антонина Загорко собирали листовки, сброшенные советскими самолетами, переписывали их и распространяли в Марфовке и ближайших селах. Однажды недалеко от села была сброшена листовка, в которой рассказывалось о героических делах молодогвардейцев Краснодона. Прочитав ее, комсомольцы решили назвать свою организацию «Молодой гвардией», как бы принимая эстафету подвига от краснодонцев.
Молодогвардейцы Марфовки добыли оружие для всех членов организации; вскоре у них уже были пулемет, пистолеты, гранаты. Не раз Василий Савченко, Михаил, Бойчее, Андрей Наголов устраивали вооруженные нападения на противника, совершали диверсии на его коммуникациях.
Марфовские подпольщики установили связь с партизанами Багеровских каменоломен. Узнав, что у партизан трудное положение с продовольствием, они собрали и отправили подводу с продуктами. Член подпольной организации Анна Анатольевна Белоненко, врач сельской больницы, передала лекарства и перевязочные материалы.
По заданию организации Лида Влачуга устроилась на работу секретарем сельской управы, а Анатолий Подпорин на биржу труда. Они обеспечивали подпольщиков, а также бежавших из концлагеря военнопленных необходимыми документами. Белоненко выдавала местным жителям фиктивные справки о болезнях, спасая их от угона в Германию.
Деятельностью марфовских патриотов и еще нескольких подпольных групп в ближайших селах (Коджалар, Тайгуч, Коп-Кипчак, Бпкеч) руководил комитет «За Родину». Членами его были избраны коммунист А. А. Наголов, комсомольцы В. П. Мотузов и А. Т. Чуб.
Комитет разрабатывал планы боевых операций, контролировал их выполнение, следил за выходом и распространением листовок.
Молодогвардейцы действовали смело и решительно. В октябре 1943 года комсомольцы Василий Савченко и Михаил Бойчее устроили засаду на феодосийском шоссе. Они убили мотоциклиста, забрали автомат, диски с патронами. А через неделю Василий Савченко и Андрей Наголов заминировали это шоссе. В воздух взлетел грузовик с вражескими солдатами. Часто подпольщики нарушали телефонную связь врага.
31 октября 1943 года комитету стало известно, что в районе села Героевское — тогда Эльтиген — наши войска высадили десант. Всем группам было дано задание готовиться к решающим боям с фашистами. Весь период, пока десантники удерживали плацдарм, подпольщики оказывали им помощь: собирали сведения о противнике, совершали диверсии, чтобы отвлечь его на себя.
4 ноября комитет принял решение в честь XXVI годовщины Великого Октября укрепить транспаранты, лозунги на близлежащих дорогах. Задание выполнили Андрей Наголов, братья Василий, Григорий и Савелий Мотузовы, Александр Чуб, Михаил Нешев и Михаил Секов. На один из телефонных столбов подпольщики водрузили красное знамя.
В декабре 1943 года агентам фашистской тайной полиции удалось выследить подпольщиков. 27 декабря были арестованы 13 человек, среди них А. А. Белоненко, Л. Влачуга, А. Загорко. Патриоты.избежавшие ареста, ушли в Багеровские каменоломни к партизанам. Александр Касьянов и Анатолий Подпорин скрывались на конспиративных квартирах.
После некоторого перерыва организация возобновила свою деятельность. Вскоре, однако, начались новые аресты. В марте был схвачен А. Касьянов. Он погиб 10 апреля 1944 года, за четыре часа до прихода наших войск. 20-летний юноша был совершенно седой, на теле остались следы жестоких пыток. Чудовищным пыткам подверглись Василий Савченко, Юлия Чичерова, Валентина Нешева. Как стало известно на судебном процессе над предателями Родины в Краснодаре в 1959 году, на допросах патриоты молчали, не называя себя, не выдавая товарищей...
На братской могиле молодогвардейцев, погибших в борьбе с фашистами, установлен памятник.
Из Марфовки отправляемся в центр Ленинского района — поселок Ленино.
В годы Великой Отечественной войны свыше 200 жителей райцентра ушли в ряды Красной Армии. Бесстрашную борьбу против фашистов вели подпольщики во главе с бывшим шофером «Рыбтреста» К. И. Богдановым. В организацию входили А. Г. Лубенцов, Е. Г. Иванов, А. В. Беспалов, Г. А. Перемещенко, Л. П. Шведченко, В. И. Сильванев и другие.
Большую помощь в создании и деятельности подполья в Ленино оказал руководитель краснокутских подпольщиков, коммунист, участник гражданской войны Г. А. Останин. Он был оставлен для организации народной борьбы в тылу врага Ленинским райкомом партии. Судьба Останина сложилась трагически: он стал жертвой предательства и погиб в фашистском застенке. Ныне его имя носят железнодорожная станция и село в Ленинском районе .
С гибелью Г. А. Останина борьба не прекращается, 25 сентября 1943 года Александр Лубенцов и Александр Беспалов взорвали склад с горючим. Ночью они подошли незамеченными к ограждению склада. Цистерны охранялись, но Лубенцов точно знал, когда происходит смена караула. Именно в этот момент патриоты по-пластунски проползли под проволокой и заложили мины с часовым заводом. Через три часа раздался взрыв огромной силы. Взрывом был убит часовой и уничтожено 120 тонн горючего.
6 октября 1943 года на участке железной дороги Семь Колодезей — Владиславовка на полном ходу сошел с рельсов вражеский эшелон с боеприпасами. В результате диверсии вышли из строя паровоз и десятки вагонов, погибло свыше 100 фашистских солдат и офицеров.
Ищейки из СД сбились с ног, разыскивая диверсантов. Они арестовали дежурного по станции Е. Г. Иванова и после пыток расстреляли.
Подпольщики А. Беспалов, А. Лубенцов, Л. Шведченко вынуждены были уйти в лес к партизанам Восточного соединения. А. В. Беспалов стал командиром диверсионной группы 5-го отряда, Л. Шведченко — разведчицей, секретарем комсомольской организации отряда. Патриотка погибла в бою с фашистами в конце 1943 года.
Несколько слов о самой юной подпольщице — Гале Перемещенко. Гале не было и 17 лет, когда она стала членом организации и устроилась на работу писарем в сельскую управу. Работая там, доставала для подпольщиков чистые бланки пропусков, предупреждала односельчан об опасности ареста или угона в фашистскую Германию. Галя спасла нескольких летчиков, сбитых над территорией Ленинского района. Раненых юная патриотка выхаживала в своем доме, а затем помогала им перейти линию фронта.
Галя Перемещенко оказалась незаменимой разведчицей. Особенно ценны были её сведения о прохождении вражеских эшелонов в перевозимых ими грузах. Сведения оперативно передавались на Большую землю через радиста Красной Армии, который обосновался в деревне и имел передатчик.
Юная подпольщица была схвачена фашистами и после пыток расстреляна 14 марта 1944 года. В поселке Ленине сооружен в честь нее памятник, ее именем названа одна из улиц райцентра.
В последние дни перед освобождением поселка погибли отважные патриоты А. Г. Сухомутов, К. И. Богданов и другие.
Мы уже упоминали о селе Горностаевка (б. Мариенталь) — оно на нашем пути. Подпольная организация была создана здесь одновременно с марфовской — в конце 1942 года. Инициатива ее создания принадлежала врачу А. А. Белоненко и комсомольцу Александру Касьянову. Анна Анатольевна знакома была с медицинской сестрой Александрой Плотникоиой и ветфельдшером Наумом Гришановичем. Они-то и стали активом, вокруг которого постепенно формировалась вся организация.
Членами ее стали комсомольцы Василий Карпухин, Анна Мам-сова, Василий Васильев, Клавдия Васильева, Мария Марченко, Иван Слободской — всего 12 человек. Организация действовала под непосредственным руководством комитета «За Родину». По его заданию подпольщики добывали оружие, чтобы при первой возможности вступить в открытую борьбу с врагом, совершили несколько крупных диверсий — взорвали мост на Феодосийском шоссе, вывели из строя 7 вражеских автомашин...
Патриоты распространяли листовки, вели устную агитацию среди крестьян села, призывая их прятать продукты, ничего не отдавать фашистским захватчикам. Была установлена тесная связь с партизанами Багеровских каменоломен. Народные мстители получали ценные разведывательные данные о планах противника, в каменоломни поступало из села оружие, продовольствие. В роли связной выступала Александра Плотникова (подпольная кличка «Бауэр»)',, мужественная, отважная женщина.
В организацию проник провокатор, засланный фашистами. Все подпольщики были арестованы. Однако Науму Гришановичу, Александре Плотниковой, Ивану Слободскому, Анатолию Машелю, Клавдии Васильевой и еще нескольким патриотам удалось бежать. С остальными оккупантами беспощадно расправились.
Жестоко пытали Аню Мамсову, однако девушка не выдала никого из членов организации. Когда ей дали на подпись протокол,
она ответила:
— Подписывать не буду! Мы не банда, а советские патриоты. Бандиты — это вы, фашисты, с вашим Гитлером!..
Более двух месяцев фашисты разыскивали Александру Плотникову. Им удалось установить, что она скрывается в поселке совхоза «Кенегез» (ныне село Красногорка). Агенты полиции, выдав себя за советских парашютистов, сумели войти в доверие к Наталье Волкопроползли под проволокой и заложили мины с часовым заводом. Через три часа раздался взрыв огромной силы. Взрывом был убит часовой и уничтожено 120 тонн горючего.
6 октября 1943 года на участке железной дороги Семь Колодезей — Владиславовка на полном ходу сошел с рельсов вражеский эшелон с боеприпасами. В результате диверсии вышли из строя паровоз и десятки вагонов, погибло свыше 100 фашистских солдат и офицеров.
Ищейки из СД сбились с ног, разыскивая диверсантов. Они арестовали дежурного по станции Е. Г. Иванова и после пыток расстреляли.
Подпольщики А. Беспалов, А. Лубенцов, Л. Шведченко вынуждены были уйти в лес к партизанам Восточного соединения. А. В. Беспалов стал командиром диверсионной группы 5-го отряда, Л. Шведченко — разведчицей, секретарем комсомольской организации отряда. Патриотка погибла в бою с фашистами в конце 1943 года.
Несколько слов о самой юной подпольщице — Гале Перемещенко. Гале не было и 17 лет, когда она стала членом организации и устроилась на работу писарем в сельскую управу. Работая там, доставала для подпольщиков чистые бланки пропусков, предупреждала односельчан об опасности ареста или угона в фашистскую Германию. Галя спасла нескольких летчиков, сбитых над территорией Ленинского района. Раненых юная патриотка выхаживала в своем доме, а затем помогала им перейти линию фронта.
Галя Перемещенко оказалась незаменимой разведчицей. Особенно ценны были её сведения о прохождении вражеских эшелонов в перевозимых ими грузах. Сведения оперативно передавались на Большую землю через радиста Красной Армии, который обосновался в деревне и имел передатчик.
Юная подпольщица была схвачена фашистами и после пыток расстреляна 14 марта 1944 года. В поселке Ленине сооружен в честь нее памятник, ее именем названа одна из улиц райцентра.
В последние дни перед освобождением поселка погибли отважные патриоты А. Г. Сухомутов, К. И. Богданов и другие.
Мы уже упоминали о селе Горностаевка (б. Мариенталь) — оно на нашем пути. Подпольная организация была создана здесь одновременно с марфовской — в конце 1942 года. Инициатива ее создания принадлежала врачу А. А. Белоненко и комсомольцу Александру Касьянову. Анна Анатольевна знакома была с медицинской сестрой Александрой Плотникоиой и ветфельдшером Наумом Гришановичем. Они-то и стали активом, вокруг которого постепенно формировалась вся организация.
Членами ее стали комсомольцы Василий Карпухин, Анна Мам-сова, Василий Васильев, Клавдия Васильева, Мария Марченко, Иван Слободской — всего 12 человек. Организация действовала под непосредственным руководством комитета «За Родину». По его заданию подпольщики добывали оружие, чтобы при первой возможности вступить в открытую борьбу с врагом, совершили несколько крупных диверсий — взорвали мост на Феодосийском шоссе, вывели из строя 7 вражеских автомашин...
Патриоты распространяли листовки, вели устную агитацию среди крестьян села, призывая их прятать продукты, ничего не отдавать фашистским захватчикам. Была установлена тесная связь с партизанами Багеровских каменоломен. Народные мстители получали ценные разведывательные данные о планах противника, в каменоломни поступало из села оружие, продовольствие. В роли связной выступала Александра Плотникова (подпольная кличка «Бауэр»)',, мужественная, отважная женщина.
В организацию проник провокатор, засланный фашистами. Все подпольщики были арестованы. Однако Науму Гришановичу, Александре Плотниковой, Ивану Слободскому, Анатолию Машелю, Клавдии Васильевой и еще нескольким патриотам удалось бежать. С остальными оккупантами беспощадно расправились.
Жестоко пытали Аню Мамсову, однако девушка не выдала никого из членов организации. Когда ей дали на подпись протокол,
она ответила:
— Подписывать не буду! Мы не банда, а советские патриоты. Бандиты — это вы, фашисты, с вашим Гитлером!..
Более двух месяцев фашисты разыскивали Александру Плотникову. Им удалось установить, что она скрывается в поселке совхоза «Кенегез» (ныне село Красногорка). Агенты полиции, выдав себя за советских парашютистов, сумели войти в доверие к Наталье Волковой, у которой скрывалась Плотникова. Наутро ее и Волкову арестовали.
Что только не делали фашисты, чтобы сломить волю женщины! Александра никаких показаний не дала, выдержала самые изощренные пытки. Геройски погибла и Наталья Волкова. Позже были казнены Н. Гришанович, И. Слободской.
После освобождения села родные, соратники по борьбе нашли обезображенные трупы патриотов, похоронили их в братской могиле. Подробности о последних днях жизни героев выяснились в 1959 году на упоминавшемся уже судебном процессе в Краснодаре.
...Пройдут годы, но никогда не умрет память о героях, отдавших жизнь за Родину, за ее свободу и независимость. Никогда не зарастут тропы к могилам отважных.
Поселок Багерово... В годы Великой Отечественной войны название это стало известно миллионам: в январе 1942 года Советское правительство опубликовало материалы о чудовищном злодея-яви фашистов, расстрелявших в багеровском противотанковом рву
7 тысяч мирным советских граждан...
В начале ноября 1943 года гитлеровцы предприняли массовое выселение жителей Керчи и ее окрестностей в глубь Крыма. Не желающих подчиниться приказу расстреливали. Люди потянулись в каменоломни.
Из жителей и военнопленных, бежавших из концлагеря, создается партизанский отряд. Командиром его стал С. Е. Паринов, комиссаром— И. С. Белов. В каменоломнях было заготовлено оружие, завезено заранее продовольствие, устроен госпиталь на 12 коек.
Количество беженцев в каменоломнях возросло вскоре до 500.
8 отряде перед началом боевых действий насчитывалось свыше 100 бойцов. Остро встал вопрос с продуктами и особенно с водой: запасы ее были скудны. В довершение всех бед фашисты минировали и взрывали входы, пускали удушливые газы.
Так началась трудная боевая жизнь. О беспримерном мужестве народных мстителей рассказывают скупые строки дневника, который вел сперва начальник штаба А. Паршин, а затем, после его гибели,— командир отряда С. Паринов.
28 октября 1943 года: «Выставлены посты снаружи. Выслана разведка. Немцы продолжают обход... Группа под командованием т. Рогозина вышла на боевую операцию к железнодорожной будке с целью забрать оружие. Задание группа выполнила. Бойцы захватили фашистов, охранявших станцию, один пулемет системы Дегтярева и две винтовки. Захватили в плен двух солдат противника».
29 октября на операции вышло пять боевых групп. Три группы боевые задания выполнили, а две, вследствие усиленной охраны немцев, не смогли этого сделать
31 октября произошел первый бой. Гитлеровцы с собаками попытались проникнуть в каменоломни, но, встреченные в упор огнем партизан, откатились назад. Сбив спесь с врага, партизаны решили узнать его намерения. На выполнение этого задания послали группу разведчиков. Возвращаясь с задания, разведчики Виктор Морозов, Николай Семенцов, Владимир Лось в четырех местах нарушили связь противника.
4 ноября 1943 года выполняли боевые задания четыре боевые группы. Одна из них принесла в отряд 36 авиабомб для взрыва грунта под колодец.
В те же дни группа партизан заминировала склад с боеприпасами на станции Багерово. Склад взлетел в воздух. Партизаны несколько раз минировали дороги. Вначале подорвалась вражеская автомашина, груженная продуктами, затем — подвода.
Фашистское командование приняло решение уничтожить отряд. 7 ноября багеровские шахты были окружены. В дневнике находим такую запись, датированную этим днем: «Была выслана группа Силина М., Кучера Г. Выйти из шахты не смогли. Шахта окружена немецкими солдатами. В вертикальные шурфы начали бросать Д. Ш. (дымовые шашки.— Ред.) и зажигательные вещества. Произведено три сильных взрыва, бросали гранаты. Митинг в честь 26-й годовщины Октябрьской революции».
Все последующие дни шли бои. Гитлеровцы поливали каменоломни минометным огнем. Под его прикрытием пробурили шесть шурфов, в которые лили из бочек бензин, бросали гранаты, дымовые шашки. В главный шурф фашисты заложили шесть авиабомб. От взрыва в подземном «общежитии» обвалился потолок и погибло несколько человек, в том числе дети.
В начале января 1944 года начальник штаба отряда записал: «Мы окружены и высунуться не имеем никакой возможности, все выходы обстреливаются немцами... Ранен старшина Карпенко. Продукты на исходе, бойцы получают один литр баланды из ячменя...» 25 января 1944 года: «Народ голодает третий день. Произошел сильный обвал в колодце — работы дня на два, дров нет, света нет... Отправились через линию фронта Курочкин, Еремеев М., Меркулов».
С 27 по 31 января в дневнике сделана только одна запись: «Народ голодает, воды нет, света нет. Гражданское население выходят к немцам, но немцы отсылают обратно. Кругом все заминировано, женщины подрываются на минах, немцы требуют выхода всех».
В феврале 1944 года на совещании комсостава и партбюро решено было небольшими группами пробиваться через линию фронта. В конце февраля 1944 года командир отряда С. Е. Паринов сделал последнюю запись в дневнике: «Командир отряда Паринов Степан Егорович, Воронежской области, Березовского района, дер. Париново... Если кто жив будет, то скажите власти Советов: пусть сообщат моей семье, что я последний выхожу из скалы... Эти записи делал 29.11.1944 года. Участи вышедших товарищей не знаю».
Судьба некоторых из них теперь известна. Все, кто попал в руки фашистов, были злодейски убиты. Мученической смертью погибли 22 коммуниста, в том числе комиссар И. С. Белов, и более 30 комсомольцев, среди них — командир отряда С. Е. Паринов. Палачи уничтожили почти всех беженцев — женщин, детей, стариков, находившихся под защитой партизан.
Некоторым партизанам удалось все же вырваться из окружения и уйти в степные районы Крыма. В живых осталась не более 15 человек: М. И. Борщ, А. Д. Морозова, А. Т. Ковбаса и другие.
В центре поселка установлен ныне памятник в честь героев Багеровских каменоломен, отдавших жизнь за Родину.
Аджимушкайские каменоломни, крупнейшие на Керченском полуострове, тянутся северо-западнее Керчи на десятки ки-лометров. В период фашистской оккупации они стали базой партизан, как это было и ранее — в годы гражданской войны.
В Аджимушкайские каменоломни спустился отряд имени В. И. Ленина в составе 60 человек. Командовал им М. А. Майоров, комиссаром был С. И. Черкез.
Вскоре пришло пополнение — воины Красной Армии и моряки Черноморского флота, вышедшие из окружения. Основу отряда составляли рабочие заводов имени Войкова и имени Кирова, еникальские рыбаки, партийный и хозяйственный актив. В каменоломнях находился также начальник керченских отрядов И. И. Пахомов, старый большевик, сражавшийся здесь против белогвардейцев и интервентов еще в годы гражданской войны. Подчинялись отряды непосредственно Крымскому обкому партии.
Несмотря на все тяготы жизни в каменоломнях, партизаны Аджимушкая вели успешные боевые действия в течение двух месяцев.
21 ноября 1941 года гитлеровцы оцепили все выходы из каменоломен и спустились в подземелье. Партизаны встретили их огнем. Потеряв несколько человек, враг отступил.
22 ноября в каменоломнях снова разгорелся жаркий бой. Убедившись, что лобовая атака успеха не принесет, фашисты перешли к методической осаде. Они закладывали камнями основные выходы на поверхность, цементировали их, выставляли охрану. Но у партизан всегда были запасные пути...
Выходили на боевые операции отважные разведчики — А. А. Носков, А. С. Зайченко, А. И. Кущенко, И. А. Небора. Командовал разведгруппой А. А. Сатири, партизан гражданской войны, еникальский рыбак. Часто в разведку ходил начальник штаба отряда II. И. Бантыш.
Почти каждую почь происходили схватки с врагом. Особенно активно действовали отряды во время высадки Керченско-Феодосийского десанта.
28 декабря партизанская разведка обстреляла и сожгла фашистскую радиостанцию. Целый день народные мстители мелкими группами атаковали противника.
29 декабря они возобновили атаки, отвлекая на себя значительные силы фашистов. Во время налетов уничтожено до 80 вражеских солдат и офицеров, выведены из строя шесть автомашин, в селе Шейх-Эли (ныне Партизаны) освобождены 26 заложников, приговоренных оккупантами к смертной казни.
30 декабря народные мстители напали на штаб саперного полка 46-й гитлеровской дивизии, захватили штабные документы и два знамени. 31 декабря отряд вступил в освобожденную Керчь.
Миновало пять месяцев. В мае 1942 года советские войска оставили Керченский полуостров, а в Аджимушкайские каменоломни спустилось несколько тысяч солдат и офицеров, прикрывавших отход нашей армии, и местные жители, не успевшие переправиться черев пролив. Был создан гарнизон подземной крепости. Его бойцы, применяя партизанские методы борьбы, совершали вылазки, истребляли фашистов и их технику. Гитлеровцы взрывали каменоломни, обрушивали на патриотов огонь из всех видов оружия, пускали отравляющие газы, но сломить волю аджимушкайцев им не удалось.
Гарнизон Аджимушкая вписал в историю Великой Отечественной войны славную и вместе с тем трагическую страницу.
Осенью 1943 года, когда гитлеровские оккупанты объявили принудительную эвакуацию жителей Керченского полуострова, часть населения ушла в каменоломни Аджимушкая. Под землей создается еще один партизанский отряд.
Общая численность двух отрядов составила 76 человек. Они действовали главным образом в районе дорог Баксы (ныне Глазовка) — Булганак (Бондаренково). Партизаны нарушали телефонную связь противника, нападали на его обозы, на мотоциклистов и отдельные автомашины. Они уничтожили около 200 вражеских солдат и офицеров, батарею 75-мм орудий, 4 зенитные точки, 2 тягача, 4 легковые и несколько грузовых автомашин, 2 мотоцикла, 2 прожектора, захватили, продовольственный склад и много оружия.
11 ноября 1943 года народные мстители встретились с войсками Красной Армии и приняли участие в освобождении полуострова.
Старокарантинские каменоломни также вошли в летопись боевой славы города-героя. Во время Великой Отечественной они дважды становились партизанской базой.
7 ноября 1941 года в подземелье ушел отряд, состоявший иа 41 человека. Командиром его стал председатель рудкома Камыш-Бурунского комбината А. Ф. Зябрев, комиссаром — И. 3. Котло. В отряд иступили рабочие Камыш-Бурунского комбината Н. Т. Гайдаров, И. 3. Грищенко, П. И. Мацюляк, Н. С. Юров и другие. Были и совсем юные бойцы — пионеры Володя Дубинин, Ваня Гриценко, Толя Ковалев. 12 ноября 1941 года в отряд влилась большая группа советских воинов, не успевших переправиться на кубанский берег. Группу эту возглавили лейтенант А. Петропавловский и политрук Г. Корнилов.
Первая боевая операция была проведена ночью 13 ноября. В ней участвовало 30 бойцов, руководил ими командир отряда А. Ф. Зябрев. Партизаны смело атаковали штаб воинской части. Было убито несколько вражеских солдат. Но в бою погиб командир отряда. Командование принял рабочий железорудного комбината С. М. Лазарев.
18 февраля 1942 года фашисты подошли вплотную к каменоломням и предложили выйти всем на поверхность и сложить оружие. Партизаны ответили огнем. Один офицер был убит, несколько солдат ранено. Впоследствии фашисты многократно предпринимали попытки проникнуть в каменоломни, но каждый раз позорно ретировались, неся потери.
В декабре 1941 года, взорвав вход в каменоломни, противник попытался проникнуть вглубь. Ожесточенный бой шел более суток. Партизаны одержали победу. В этом бою было уничтожено более 80 вражеских солдат и офицеров. Некоторое время фашисты не рисковали спускаться в каменоломни, но приняли все меры, чтобы заставить партизан выйти на поверхность. Они блокировали каменоломни, в шурфы нагнетали удушливые газы, многие входы и выходы замуровали, а подходы к ним заминировали. Только юным партизанам Володе Дубинину и Толе Ковалеву удавалось выходить на разведку.
Уже после высадки десанта Володя Дубинин встретился с советскими саперами, участвовавшими в освобождении Камыш-Буруна. Он привел их, к каменоломням, где находились партизаны. Мины были обезврежены, и патриоты вышли на поверхность. Во время разминирования Володя Дубинин погиб.
Родина высоко оценила подвиги керченских партизан. Семь человек были награждены орденом Красного Знамени, четверо — Красной Звезды, еще четверо — медалью «За отвагу» и свыше пятидесяти — Почетными грамотами. Командир Старокарантинского отряда А. Ф. Зябрев посмертно удостоен ордена Ленина, Володя Дубинин — ордена Красного Знамени. Именем Володи Дубинина в Керчи названы улица, школа, детская библиотека. В городе есть улица имени А. Ф. Зябрева, увековечены имена других отважных партизан и подпольщиков.
В 1943 году каменоломни вновь стали партизанской базой. Разместившийся здесь отряд организовал бывший рабочий Камыш-Бурунского железорудного комбината, военный моряк-черноморец Кузьма Мухлынин.
В мае 1942 года, прикрывая отход группы моряков, Мухлынин не успел переправиться через Керченский пролив. Жители поселка Старый Карантин укрыли моряка, достали ему документы. Задумав создать отряд народных мстителей, он начал искать единомышленников.
Первыми бойцами — соратниками Мухлынииа стали комсомольцы Владимир Панкратов, Владимир Шакшнн и Никифор Гаврилов. Вчетвером они подготовили одну из шахт под базу для будущего отряда. Очистили от мин проходы, перенесли туда оружие, продукты, воду. Все это делалось только ночью и с величайшей осторожностью.
Постепенно в группу вступали все новые и новые люди. В августе 1943 года была выпущена листовка, которая рассказывала о победоносном наступлении Красной Армии. Печатали и распространяли листовку Иван Чепелев, Мария Шевченко и Ада Филатова. Вскоре ее читали во всех близлежащих населенных пунктах — Камыш-Буруне, Эльтигене, Старом Карантине.
Когда фашисты начали угонять население из прибрежной полосы, патриоты перешли в каменоломни. 3 октября 1943 года родился новый партизанский отряд. Возглавил его Кузьма Мухлынин, комиссаром стал рабочий аглофабрики Дмитрий Васюнин. Отряд быстро рос. В результате смелых налетов на врага пополнялись запасы оружия, продовольствия. Во время одной из вылазок удалось добыть медикаменты. Были освобождены три русские девушки, которые работали во вражеской санчасти. Они стали в отряде санитарками. Фашисты неоднократно снаряжали карательные экспедиции, чтобы уничтожить партизан. 4 ноября 1943 года снятые с передовой войска под прикрытием сильного минометного и пулеметного огня попытались ворваться в каменоломни. Завязался ожесточенный бой. Противнику пришлось отойти. Тяжелую утрату понесли партизаны: смертью храбрых пал командир отряда Кузьма Мухлынин.
Отряд продолжал действовать. На следующий день народные мстители устроили засады на дорогах. Было убито 13 солдат и офицеров противника, взорваны три автомашины, захвачено много оружия и боеприпасов. В день XXVI годовщины Великого Октября бойцы отряда напали на вражескую автоколонну ц в ожесточенной схватке уничтожили более 40 солдат и офицеров, сожгли 10 автомашин, взяли трофеи.
Когда гитлеровцы блокировали и заминировали выходы из каменоломен, оставив партизан без продовольствия и воды, заместитель командира отряда Владимир Панкратов взорвал одну из штолен шахты. Старокарантинские каменоломни соединились со Старопартизанскими. Это дало партизанам до 30 неизвестных фашистам
лазов и выходов.
В первой декаде декабря патриоты встретили группу отставших от десанта советских солдат под командованием гвардии полковника П. И. Нестерова. Он возглавил отряд.
12 декабря батальон врага пытался штурмом овладеть каменоломнями. Потеряв более сотни своих солдат и офицеров, фашисты отступили, однако каменоломни оставались блокированными. В бою отличились Владимир Панкратов, Александр Савельев, Аркадий Эмин, Николай Куренев, Иван Чепелев, Владимир Товарчи и другие. Военный совет отряда принял решение переправить часть партизан через линию фронта. 19 февраля успешно совершил переход -с группой бойцов полковник П. И. Нестеров. Их сопровождал Владимир Панкратов. На обратном пути гитлеровцы схватили его, подвергли пыткам, но, не добившись показаний, повесили патриота на
станции Семь Колодезей.
Вторую группу провел через линию фронта Тимофей Кокошко.
Третья группа при переходе наткнулась на вражескую засаду. Часть партизан погибло в бою, а трое — Ада Филатова, Владимир Стародонкин и Андрей Шипковский — попали в плен. Искалеченных во время допросов, скованных тяжелой цепью, фашисты вывели патриотов в степь и расстреляли. Оставшиеся в живых народные мстители и находившиеся под их защитой беженцы вышли из каменоломен, когда Керчь снова стала советской.
В боях с отрядом противник потерял более 600 солдат и офицеров, 5 орудий, более 30 автомашин...
У обочины дороги, ведущей к Старому Карантину,— памятник погибшим партизанам. На пьедестале — фигуры юноши и девушки; большинство бойцов Старокарантинсйого отряда были очень молоды, не старше 17—18 лет.

КЕРЧЬ... Много бед и страданий пережил в годы войны этот город, каждый метр земли здесь обильно полит кровью советских воинов. Наш рассказ о том, что происходило здесь в период фашистской оккупации, о героизме и мужестве подпольщиков.
Керчане не покорились оккупантам. В городе действуют подпольные группы и организации. Одну из таких организаций создали Л. Ф. Карасева, А. Ф. Комарова и М. Т. Русанова. Подпольщиками стали Тамара Григорьева, В. Е. Самарай, М. Е. и Ф. А. Шпоник, У. А. Щукина, А. А. Козлов (подпольная кличка «Храброе»), 3. Р. Черноморченко, Иван Колотаев и другие. С конца октября 1942 года руководила патриотами Л. Ф. Карасева, а с мая 1943 года — А. А. Козлов, участник Аджимушкайской обороны.
К XXV годовщине Великой Октябрьской социалистической революции подпольщики выпустили первую листовку. Написанная в форме поздравительного письма, листовка призывала керчан подниматься на вооруженную борьбу с врагом, вселяла в них уверенность в, победе. За первой листовкой последовали другие, сперва написанные от руки, затем отпечатанные (шрифт подпольщики изготовили из резины). Тогда же выпущены и распространены среди населения несколько номеров рукописной газеты «Керченский партизан».
Члены подпольной организации А. Комарова, Т. Григорьева и М. Русанова снабжали военнопленных гражданской одеждой и помогали им бежать к партизанам. Подпольщики успешно вели диверсионную работу.
Гитлеровцам удалось напасть на след патриотов. В застенках СД погибли Мария Русанова, Владимир Самарай, Тамара Григорьева, Зоя Черноморченко. Те, кому удалось избежать ареста, продолжали борьбу. В октябре 1943 года, когда было невозможно оставаться в Керчи, некоторые члены группы перешли в зуйские леса к партизанам. Иван Колотаев был избран секретарем комсомольской организации отряда «Смерть фашистам», Надя Комарова назначена командиром диверсионной группы этого отряда.
Бесстрашно действовала комсомольско-молодежная группа, во главе которой стоял Алексей Стрижевский. В августе 1942 года он бежал из плена, с помощью своего отца устроился на работу в городскую больницу санитаром и стал подыскивать надежных людей. В организацию вошли его отец — главврач городской поликлиники Г. С. Стрижевский, А. А. Архангельская, Н. Л. Гвоздева-Кобзева с дочерью Н. Гвоздевой, Т. А. Клоконос, Н. В. Кудряшов, В. Г. Сапсай, Л. А. Черникова и другие.
Подпольщики старались устроиться на работу в фашистские административные органы. Так, Л. А, Черникова работала секретарем-переводчиком на бирже труда. Она неоднократно уничтожала карточки на людей, отобранных для угона в Германию, добывала бланки немецких документов для военнопленных, бежавших из концлагерей. Г. С. Стрижевский доставал справки о мнимых болезнях, что давало возможность спасать молодежь от фашистской каторги.
Группа совершила несколько диверсионных актов: на Широком молу подпольщики взорвали склад с боеприпасами, на станции Керчь-2 устроили крушение воинского эшелона. Патриоты вели устную агитацию, распространяли листовки, сводки Совинформбюро...
В сентябре 1943 года фашистам удалось раскрыть патриотическую группу. А. Г. Стрижевский и его отец были расстреляны в керченской тюрьме, остальные — в Симферополе, в концлагере совхоза «Красный».
15 мая 1942 года, когда советские войска переправились на таманский берег, в Керчи была оставлена в качестве военной разведчицы 19-летняя комсомолка Евгения Дудник. Друзья Жени С. Бобошин, А. Родягин стали активными ее помощниками. Патриоты собирали сведения о противнике, а затем передавали их командованию Красной Армии. С 27 мая по 7 августа 1942 года Женя передала 87 радиограмм с ценными разведданными. Жизнь всех троих разведчиков оборвалась трагически. В августе 1942 года они были арестованы и расстреляны. Фашисты казнили и их родных — отца, мать и двух малолетних сестренок Жени, мать С. Бобошина.
В Керчи действовали еще несколько подпольных групп. Одна ив них, созданная в городской типографии, поддерживала связь с партизанами. Патриоты изготовляли бланки документов, печатали листовки... Десять членов группы, выданные провокатором, погибли в фашистском застенке.
Страницей небывалого мужества вошла в историю Великой Отечественной войны боевая слава Керчи, ее защитников и освободителей, борцов подполья, народных мстителей. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 14 сентября 1973 года Керчи присвоено почетное звание «город-герой». Ордена Отечественной войны 1-й степени удостоена Керченская городская комсомольская организация. В этих двух высоких наградах Родины — признание великого ратного подвига, совершенного советскими людьми на керченской земле.
Закончено наше путешествие по местам боевой славы партизан и подпольщиков. В книге использован далеко не весь материал, которым располагают авторы,— рассказано лишь о самых значительных событиях народной войны в Крыму.
Военный совет Отдельной Приморской армии так отзывался о героической борьбе крымских партизан: «...Нападая на вражеские гарнизоны, разрушая коммуникации противника, уничтожая связь, транспорт и его живую силу, партизаны Крыма деморализовали тыл врага, мешали ему подтягивать резервы на фронт, оттягивали на себя регулярные части противника, чем содействовали проведению боевых операций наших войск».
Вышедшие из народа, крымские партизаны составляли с ним неразрывное целое. Это определило силу и непобедимость партизанского движения в Крыму, как и всюду в нашей стране, где сражался с оккупантами советский народ.















.

.


.



.







































.

.


.



.


Создан 17 фев 2008



  Комментарии       
Всего 1, последний 5 лет назад
gukova-elena 22 июл 2012 ответить
А где фото?
Имя или Email


При указании email на него будут отправляться ответы
Как имя будет использована первая часть email до @
Сам email нигде не отображается!
Зарегистрируйтесь, чтобы писать под своим ником